Неприкаянный. Тетралогия (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 138

И… долго. Безучастные маги закончили с вампирессой, быстро «расправились» со мной и Нормой, довольно долго возились с нервничающим Алебастром, постоянно прося альва успокоиться, а затем, в конце концов, выдав каждому из проверенных по небольшому металлическому талисману, застряли на кицуне.

– Впервые вижу такие показатели… – качнул головой маг‑мужчина, держащий в руках прибор, напоминающий безумно сложную астролябию, – Широсаки Юки, вы что, частично духовная сущность?

– Н‑нет! – шепнула в ответ ну очень сильно нервничающая лиса.

– А магией когда‑нибудь занимались? – осведомился почти сварливо инквизитор, но тут же себя перебил, – Нет, не занимались. И не займетесь. Если хотите жить, конечно же. Впрочем, есть и хорошая новость, вас невозможно качественно проклясть или надолго заколдовать. Позавидовал бы, но не буду.

– Кицуне… – вздохнула ранее молчавшая женщина, – Вы там, на островах, своими невнятными духовными практиками такую ерунду с аурой вытворяете. Как еще живы, не понимаю…

Пристыженная Широсаки, имеющая отношения к Японии меньше, чем я, потупилась, как будто почувствовав ответственность за всех сородичей разом, а колдуны, выгнав её из круга, озадаченно уставились на бинтуронга. Тот, сидя на полу у моих ног, ответил им тем же.

– Это же зверь…? – неуверенно прозвучал вопрос.

– Зверь, – кивнул я, – Домашний.

– Мы обязаны его проверить. Как его можно… закрепить?

– Серьезно?!. – тут даже барон не выдержал, – Вы будете проверять бинтуронга⁈

– А вы как думали? – поднял бровь мужчина маг, – Это очень крупный экземпляр, он вполне мог бы убить человека, а значит – вписывается в условия заклинания как проводник. Он в вашей зоне ответственности, барон. Проверим, прикрепим негатор, а затем отправимся заниматься действительно серьезными делами. Озаботьтесь… доступностью зверя, коллеги.

Соня была хоть и очень умной девочкой, но, мягко говоря, не горела желанием сидеть на одном месте по чужой указке. Просьбы и обещания черная пушистая гадина проигнорировала, меня, излучающего по отношению к ней ласку и любовь тоже, а попытку подкупа Эрики так вообще обернула себе на пользу, украв угощение и припустив с ним куда подальше, да еще и уминая на ходу!

Нам же всем вместе было довольно обидно и позорно бегать за кошачьим медведем, как людям, знающим, что хитрая мохнатая зараза прекрасно понимает, что от неё требуется. Но… вредничает. Почему? Такого же никогда не бывало! Стесняется чужих?

Все оказалось куда прозаичнее. «Контору спалила» Норма, метнувшаяся со словами «я сейчас!»… в комнату Алебастра. Прямо в святая святых. И вытащившая оттуда спустя минуту… нечто. Это нечто было похоже на подушку, которую кто‑то сшил в виде рулона ковра, нарисовав на ней во имя абсурда и глумления полуголую анимешную девочку! Тем не менее, стоило только Норме аккуратно уложить эту неведомую вещь поперек заклинательного круга, как прибежавший со всех лап медведь тут же улегся в центре, урча, фырча, ворча и обнимая всеми лапами эту «подушку»! Даже хвостом обвил.

Создалась немая картина, полная удивленных лиц, причем лица пришлых инквизиторов просто выражали умеренную долю эмоций, а вот всех остальных… особенно Алебастра… Да, это было совсем  другое дело. Альв выглядел так, как будто ему вырвали сердце.

– Ну… – откашлявшись, развел руками я, – Медведь‑анимешник – горе в семье, вы же понимаете…

– Не понимаем, – нервно дёрнув веком, заявила одна из женщин, – И не стремимся. Гюнтер, приступаем.

Максимально неловкая ситуация, учитывая, что Алебастру всю его жизнь не требовалось держать лицо… особенно сейчас, когда на него по‑прокурорски вызверилась Хатсбург. В полной тишине маги закончили свою проверку, записали результаты, затем приклеили на прозрачный скотч амулет к шерсти ни на что не реагирующей Сони и… потребовали от нас всех пройти собеседование. Уже на другую тему. «Потрошили» они нашу команду на каждую подробность дела с саркофагом Дракулы, объяснив, что в Центре чрезвычайно серьезно относятся к версии беглого вампира.

– Влад Третий Бессараб пропал в застенках Ватикана в возрасте сорока пяти лет, – объяснила одна из женщин, – Думаю, мне нет смысла говорить о том, какая это молодость для вампира. Учитывая его крайне незаурядный интеллект, а также весьма насыщенную… диету, мы просто не знаем, как в итоге развился или мутировал господарь. Как и то, куда он делся после своего побега и что там делал. Мы вынуждены предполагать худшее.

– В данный момент наши люди помещают кардинала Пьетро Резо и его подчиненных под арест, – добавила её соседка, – Мы вывезем их из Апсародая, направим сюда и в Ватикан свои команды исследователей. Это даст необходимый оперативный простор для того, чтобы разобраться с местным проклятием. Однако, от вас требуется полное содействие. Мы должны знать всё, что знаете вы, о жизни и характере так называемого Армэна Ди Вайна, человека, получившего доступ к сведениям, о которых и в Ватикане знало менее десятка лиц.

– Арест кардинала…? – тут даже Эрика не выдержала, – Вы не мелочитесь.

– Это дело даже близко не стоит рядом с источником питания, который вы откопали и со скандалом в Японии, но лишь потому, что оно сильнее засекречено! – отрезал маг Гюнтер, – Таковым и останется. А теперь, будьте добры, расскажите нам всё про Армэна Ди Вайна. Вплоть до того, какую газированную воду он пил, если он её пил. Мы включаем диктофоны. Начнем.

Допрос, а иначе это не назвать, занял почти десять часов, после чего мы, избавившись от визитеров и организовав Соне ошейник для амулета‑медальона, расположились в зале, употребляя мороженное в не рекомендованных никем количествах. Надо было разгрузиться после напряжения мозгов, да и как‑то найти сил, чтобы смириться с реальностью. Не каждый день узнаешь, что жил бок о бок не только с явным, но и с тайным анимеш…

– Да хватит уже! – взорвался альв, – Мне теперь новую дакимакуру искать! Эта… осквернена! Я знал, что зверюга зачем‑то хочет мою любимую подушку, я трижды едва успевал её спрятать! И что? Норма отдала её!! Просто отдала!

– Ты, наверное, не объяснял ей ценность этой подушки для себя, да? – примирительно улыбнулся я, видя, как сжалась наша тоненькая смуглянка.

– Да она и видеть её не должна была! Всё! Моя комната снова запретная территория! Для всех! – альв, сердито похватав штук шесть мороженного, ретировался к себе, хлопнув дверью. Продолжавшая валяться в обнимку с «опороченной» подушкой Соня окончательно затравила ему нервы.

Пришлось вызывать кавалерию, дабы купировать эмоциональный ущерб нашего незаменимого хакера. Вызванные силы в лице Мария Гритта отбрыкивались, ныли, убеждали нас, что они не такие, но деваться им, по сути, было некуда, так что блондин отправился приставать к бинтуронгу на предмет изучения специфик утраченной альвом подушки для покупки новой. Вампиресса, осуществив этот акт убеждения, выглядела довольной и спокойной. С проклятием теперь возились профессионалы, перед которыми мы были чисты как задница свежеискупанного младенца, кардинал перестал быть нашей головной болью, а общий курс дальнейших действий заключался в том, чтобы сидеть дома и не отсвечивать, пока город не забудет про моё «выступление».

– Осталось только понять, как заработать денег в такой ситуации… – озадачилась брюнетка, разглядывая присутствующих так, как будто бы прикидывала, кого из нас продать, – Вы же этим в последнее время не заморачивались? Мы на мели, народ!

Это было не настолько острой проблемой, как могло показаться, но даже закупка антистрессового мороженного сурово шлепнула по бюджету. Кроме того, как выяснилось, некая кицуне уже заказала нехилую груду запчастей для наших простреленных тачек, что оказалось очень немалой суммой наличности. Залезать в кубышку Хатсбург отчаянно не хотела, но вид закрытой двери в комнату Алебастра ставил крест на возможных поисках заказов, которые, кстати говоря, мы и не могли исполнить. Домашний арест во всей красе, причем и из уст Цурье и по желанию больших дядь города.