Неукротимый Бастард 3 (СИ) - Измайлов Сергей - Страница 19

— Отвечал так, как я это вижу, — спокойно ответил я. — И магистру Лаврентьеву это понравилось.

— Я докажу магистру, что фамилия Куракиных значит гораздо больше, чем каких-то там Пожарских, — злобно произнёс Мирон и сделал шаг ближе, сжав кулаки, а вот это он уже зря сделал.

— Так, господа, что здесь вообще происходит? — неожиданно вмешался Марк. — Вас не устраивает ответ Михаила Фёдоровича? Он всё рассказал правильно и очень доходчиво, лично я именно так считаю.

— А ты-то куда лезешь? — презрительно прищурился Мирон.

Марк уже собирался было ответить, даже открыл для этого рот и набрал полные лёгкие воздуха, но вперёд шагнул Илья. Он молча встал между мной и Мироном. Причём настолько близко, что Куракину пришлось слегка запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза, а не в кадык.

Богатырь неспешно упёр руки в бока, отчего его фигура стала казаться ещё массивнее, и спокойно посмотрел на него сверху вниз, как слон на Моську. Не угрожал, не повышал голос, не играл мышцами, просто смотрел. Повисла тяжёлая пауза.

— Закончил? — наконец спросил Илья.

Мирон несколько секунд мужественно выдерживал его взгляд, затем перевёл глаза на меня. Похоже, он понял, что сейчас перевес явно не в его сторону. Тем более, что никто из сопровождавших его парней не спешил в это вмешиваться, оставались зрителями.

— Это ещё не конец, бастард, — процедил он, делая шаг назад. — Это только начало. Мы ещё поговорим. Позже.

Мирон с компанией удалился, но не бежал, важно шагал вперёд, сохраняя осанку, словно он сейчас вышел победителем, хоть это было и не так.

— Это кто вообще такой? — удивлённо спросил Марк, когда те отошли достаточно далеко.

— Младший сын князя Куракина, — сказал Дмитрий, который во время этого конфликта тоже хотел втиснуться между мной и Мироном, если бы его не опередил Илья. — Наши соседи. Почему-то род Пожарских стал им поперёк горла, особенно Михаил, вот и принялись регулярно досаждать.

— Вот я не понимаю, отчего люди бывают такие злые? — нахмурился Марк, провожая взглядом удаляющуюся команду. — Вот чего в жизни не хватает? Ведь всё есть: власть, деньги, обеспеченное будущее. Что ему мешает быть нормальным человеком?

— Значит всё-таки что-то мешает, — сказал своё слово молчавший до этого Никодим.

— Яд во рту да шило в одном месте, — усмехнулся Илья. — Ладно, пойдёмте. Уже и обед скоро.

— Полностью поддерживаю, — кивнул Марк. — После такого разговора всем не помешает немного остыть.

Когда Мирон с новыми друзьями уже вышел на улицу, я увидел в стороне Прасковью. Странно, девушка всё время держалась отдельно от брата. Видимо у них в семье не всё так просто, раз даже в первые дни они не вместе, но вот какие причины?

В какой-то миг наши взгляды встретились. Девушка едва заметно улыбнулась и кивнула, я кивнул ей в ответ. Прасковья тут же продолжила общение с двумя новыми знакомыми. Этот момент не ускользнул от наблюдательного Марка, но, вопреки моим ожиданиям, он тактично промолчал, тоже слегка улыбнувшись. Наверно приберёг тысячу вопросов на потом, чтобы поговорить без свидетелей.

Мы вышли на улицу, где полуденное солнце заливало ярким светом территорию Академии, выставляя на всеобщее обозрение каждый ухоженный уголок её территории. Прошли по широкой центральной площади и вышли на аллею ведущую к нашему общежитию.

В день, когда только приехали, было достаточно суетно, а утром после завтрака было не до этого, зато теперь можно было спокойно рассмотреть все красоты: остриженные под шары и конусы кроны деревьев, идеально ровные заборы и бордюры из кустарников, яркие пятна идеально оформленных клумб, ровно стриженый газон.

Тут и там крутились адепты в форме Академии со значком факультета магии Земли и Жизни.

— Старшекурсники, — кивнул Никодим в сторону двух корпевших над сложной клумбой девушек.

— Верно, — уверенно кивнул Дмитрий.

— Ты-то откуда знаешь? — с интересом обернулся к нему Марк. Почему-то такие познания Волконского его не удивили.

— Старший брат рассказывал, Александр, — продолжил Дмитрий. — Он учится сейчас на третьем курсе. Со второго начинается разделение по стихиям.

— Значит первый год мы будем учиться вместе, а потом разделимся, — тихо сказала Софья.

— Это немного грустно, — сказал Дима.

— Ничего страшного, зато в первый год мы вместе, — улыбнулся Марк и обвёл всех взглядом. — А дальше мы также сможем общаться, разве что не на самих занятиях. Главное — это команда, которая сформировалась на старте. Кстати, вот и наши соседки, — быстро переключился Марк. — Пойдёмте познакомимся.

Две девушки из нашего блока стояли в тени большого дерева, рассматривая роскошную клумбу с цветущими лилиями. Увидев нас, обе почти одновременно выпрямились и насторожились. Брюнетка спокойно сложила руки перед собой, блондинка же по мере нашего приближения приветливо улыбнулась.

— Добрый день, сударыни, — вежливо поклонился Марк, подходя к девушкам первым. — Хочу ещё раз извиниться за своё утреннее поведение. Уж простите меня непутёвого, немного перенервничал. А когда нервничаю, начинаю говорить без остановки. Сам понимаю, что иногда перегибаю, но так мне почему-то становится немного легче.

— Такое действительно иногда бывает, — сказала блондинка и негромко рассмеялась.

Брюнетка лишь улыбнулась и едва заметно кивнула. Теперь у меня была возможность в спокойной обстановке ещё раз посмотреть на девушек. Вблизи они выглядели совершенно разными: одна живая, открытая, постоянно готовая улыбнуться, а вторая спокойная, собранная и очень внимательная. Но стоило немного отойти, и казалось, будто отличаются они лишь цветом волос.

— У вас всё хорошо прошло? — спросила блондинка. — Все экзамен сдали?

— Всё отлично, — ответил за всех Дмитрий, заинтересовавшись девушками и подойдя ближе.

— Вы ведь тот самый Михаил Пожарский? — неожиданно спросила у меня брюнетка, теперь заговорила именно она. — Говорят, вы спорили с преподавателем.

— Не спорил, — улыбнулся я. — Просто отвечал немного иначе, чем ожидали.

— Уже весь корпус об этом говорит, — сказала блондинка.

— Неужели настолько быстро разнеслась эта новость? — удивился Марк.

— Почти сразу после экзамена, — пожала плечами блондинка и снова улыбнулась.

— А ещё говорят, что вы успели поссориться с каким-то Куракиным, — спокойно добавила брюнетка.

— И это уже знают? — рассмеялся Марк, разведя руками. — Когда только успели?

— Да я слышала там и ссоры-то почти не было, — улыбнулась блондинка. — Просто какой-то парень начал говорить гадости, а потом ваш здоровяк… — она посмотрела на Илью. — … просто навис над ним, — девушка невольно прыснула. — Словно дуб над молодой осинкой.

Даже брюнетка на мгновение улыбнулась. Марк тут же снова подхватил разговор, разумно переключив его на другую тему. Начал рассказывать о преподавателях, об экзамене, об Академии и о том, как рад здесь оказаться.

Я же больше слушал, иногда отвечал, когда вопрос касался лично меня, но в основном наблюдал — за девушками, за другими абитуриентами, за старшекурсниками, за девушкой с факультета Жизни, которая, проходя мимо соседней клумбы, одним лёгким движением руки заставила поникшие цветы снова расправить лепестки.

Пока Марк без умолку рассказывал очередную историю, девушки почти не перебивали. Блондинка улыбалась и легко поддерживала разговор, брюнетка же больше молчала, но именно она первой замечала каждую мелочь — кто на кого посмотрел, кто промолчал, кто ответил слишком быстро, кто, наоборот, тщательно подбирал слова.

И чем дольше я наблюдал за ними обеими, тем сильнее убеждался, что они далеко не так просты, как хотят казаться. Даже жизнерадостная блондинка общалась со всеми легко лишь на первый взгляд. Прежде чем ответить, её взгляд на короткое мгновение становился внимательным и сосредоточенным, словно она успевала взвесить каждое своё слово.

— Послушайте, до меня только сейчас дошло, совсем переучился! — всплеснул руками Марк. — Мы уже столько времени разговариваем, а я даже не знаю, как вас зовут. Я — Марк Олегович Добровольский.