Системный Археологю Тетралогия (СИ) - Вотчер Ник - Страница 201

– Да‑да? Очень интересно послушать.

– Ты мало того, что с небоевым классом умудрился войти в топ пятьдесят Игроков Гильдии, так ещё и в Высокоранговые Разломы ходишь. И довольно успешно.

– Как и ты, – я вернул её комплимент. – Причём, наравне с остальными членами отряда, а не «прицепом». Это многое говорит о человеке.

– Да? Например? – она кокетливо поправила локон.

– Сильный характер, целеустремлённая, сильная и независимая…

– Ха‑ха‑ха, – засмеялась Ира. – Последнее точно не про меня. Я слабая и зависимая.

– Ну‑ну, рассказывай сказки. Тяжело, наверное, найти достойного мужчину, который не будет висеть на тебе грузом или беситься, что недотягивает до твоего уровня?

– Ты даже не представляешь, как сильно попал! – грустно засмеялась Ира.

– Да чего тут попадать. Я учился на историко‑филологическом факультете. У нас, на истфаке, было ещё относительно много парней. А вот у филологов с этим был полный швах. Один‑два парня в группе, и это в лучшем случае. Как‑то так получилось, что мне приходилось с ними постоянно пересекаться.

– Это почему?

– Да я же культоргом был в универе. С нас вечно требовали на какое‑нибудь мероприятие набрать участников и болельщиков. Приходилось разговаривать, уговаривать…

– Интересно, но я только не поняла, какое это отношение имеет ко мне?

– А, да, увлёкся. Это я к тому, что насмотрелся на их вечные душевные страдания и терзания. Если у кого‑то появлялся парень, про это тут же узнавал весь факультет. Что поделать, бабский коллектив.

– Эй! – она ударила меня кулачком в плечо. – Поуважительней про прекрасных дам!

– У тебя сколько в Силе? – я потёр место удара. – И я со всем почтением! Баба – это, если что, не оскорбительное слово. Так раньше называли женщину, которая родила девочку.

– В том то и дело! А ты так про своих однокурсниц!

– Ладно, проехали. Я это вообще к тому всё начал, что знал я пару девчонок похожих на тебя. Они тоже вечно не могли нормальных парней найти. Всё им какие‑то козлы попадались, которые только языком чесать были горазды, а по факту – были пустышками с понтами.

– Ну, так‑то я их понимаю. Я хоть и не на историческом училась…

– Историко‑филологическом, – поправил я.

– … но у нас ситуация схожая на управлении была, – Ира тяжело вздохнула.

– О, наша машина! Прошу, – я открыл Ире дверь, после чего сел сам.

В машине мы молчали. Каждый думал о своём. Я размышлял о том, как сильно изменилась моя жизнь за какие‑то несколько месяцев. О чём думала Ира, я не знал.

– Бывала тут? – спросил я Иру, когда мы вышли из такси и пошли к зданию.

– Нет. Я вообще по ресторанам не особо хожу.

– Не приглашают? – делано удивился я, хотя внутренне напрягся.

– Приглашают.

– Но?

– Но я обычно отказываю.

– Хм, выходит, мне повезло?

– Выходит, что так, – улыбнулась она.

Мы поднялись на лифте на самый верх. Столик я заказал у окна, чтобы можно было полюбоваться вечерним видом. Мы заказали салаты и горячее, от вина Ира отказалась, как и от любого другого алкоголя, чем сильно меня удивила.

Мы сидели и болтали ни о чём. Беседа текла легко и непринуждённо. Я расспрашивал её о новой должности, Ира жаловалась на кадровый голод и предвзятое отношение. В открытую она это не говорила, но по обмолвкам я сделал вывод, что некоторые завистники распускают слух, что место своё она получила благодаря «близкому» знакомству с Сиволаповым. Мол, даже не постеснялась и поехала к нему в зону боевых действий, чтобы наверняка получить тёплое местечко.

– Завистливые уроды, – прокомментировал я. – Не обращай на них внимания. Кому надо, тот знает, что ты добилась всего сама.

– Да просто раздражают такие люди, которые считают, что женщина у нас может чего‑то достичь только через постель.

– Ну… – протянул я, но «споткнулся» о взгляд её прищуренных глаз. – Недалёкие, что с них взять, – закончил не совсем так, как собирался.

– Ничего, пройдёт время, я им всем покажу, как они ошибались. Они у меня взвоют!

– Жёсткая ты, хорошо, что я не твой подчинённый.

– Это только пока…

– Не‑не, я в вашу кухню лезть не собираюсь! У меня и своих дел выше крыши, уж поверь.

– Это ты про Осколок? Да, тут не поспоришь. Ты уже подумал, что будешь с ним делать дальше?

– Пока начну с добычи ресурсов и заселения.

– Заселения? У тебя же уже есть там троглодиты и термиты.

– Этого мало. Думаю расширяться. Мне для этого нужны, скажем так, приносящие пользу жильцы. Буду искать полуразумных монстров в Дэшках и Цешках. А то после расширения Осколка появилось несколько новых локаций.

– Ты расширил Осколок? – Ира подалась вперёд, её лицо выражало крайнюю степень заинтересованности. – А насколько? А покажешь?

– Покажу, почему бы и нет. У меня там, кстати, озеро появилось. Система писала, что вода там обладает слабыми регенеративными свойствами. Думал открыть там что‑то типа вип‑спа…

– Чур, я первая! – тут же произнесла Ира, подняв руку, как ученица в школе. – Могу помочь с оценкой эффективности и дать море ценных советов по благоустройству.

– У тебя же вроде и своих дел полно, ты говорила, – произнёс я, приподняв брови. – Мол, совсем времени свободного нет, зашиваюсь, все дела…

– Найду. Для этого – найду. Если там действительно такая волшебная вода, то я просто обязана убедиться в этом лично!

– Да без проблем, просто скажи, когда ты…

Меня прервал звук разбившегося стекла и последовавший за ним крик:

– Ты чё, мля, тупой? Я же сказал, принести нам лучшее, что есть в вашей забегаловке! А ты нам какую‑то мочу налил!

– Простите, но это Хайн Антик Икс О. Это очень качественный коньяк. Он…

– Я сказал – моча! – какой‑то пьяный мужик завёлся не на шутку.

Я обернулся на звук скандала и увидел группу из четырёх мужчин. Они уже были в такой стадии, когда попа ищет приключений, море кажется по колено, а реальность воспринимается с огромным трудом.

– О, Макс, тут у них какой‑то Ремиртан, Ремиратаман, Реми Мааартан Луи хрен пойми что.

– И чё?

– Да тут нулей видел скока?

– Скока?

– Многа!

– И чё?

– Ну, дорогое самое. Может вкусное?

– Думаешь?

– Ну а чё?

– Эй, человек, – агрессивный тип попытался изобразить свист, засунув в рот пальцы, но у него ничего не вышло. – Эй, ты! Тащи нам это… как там?

– Ремартанлуи х и и и, – попытался выговорить его приятель.

– Да, вот эту хрень неси нам.

– Простите, но это очень дорогой напиток. Вы уверены, что…

– Ты чё, ёпта! Думаешь, мы какая‑то голытьба? Да ты вот это видел! – он зашарил по груди и выудил из‑под рубашки цепочку с медальоном. – Знаешь, чё это?

– Значок Гильдии Игроков нашего города, – ответил официант, кидая взгляды в сторону управляющего залом, который что‑то быстро говорил в телефон.

– Не просто значок, э! Это серебряный знак! Покажите ему, ну!

Все остальные тоже полезли доставать свои значки.

– Мы их тут обмываем, а ты нам мешаешь! Ты чё, конфликта хочешь?

– Н‑да, поужинали, блин, в романтической обстановке, – с досадой произнёс я, глядя на происходящее. – И откуда они вообще вылезли?

– Через меня в дисциплинарке знаешь сколько таких прошло?

– Много?

– Да вообще. Вечером напиваются, как свиньи, устраивают дебоши, а на утро начинается «ой, я случайно», «ой, я больше не буду», «простите меня, пожалуйста» и в том же духе.

– Сочувствую.

– Это ещё одна причина, почему я редко хожу в рестораны, – Ира мотнула головой в сторону пьяных Игроков. – Всегда находится кто‑то, кто испортит вечер.

– Ещё не всё потеряно, – я положил ладонь поверх её руки, чувствуя, как она вздрогнула от неожиданности, но отдёргивать или убирать руку не стала. – Сейчас я быстренько решу проблему, и мы продолжим наш прекрасный вечер.

– Коля, может не надо? Они же Игроки, причём явно неслабые. Серебряные значки, уровень не меньше двадцатого. И все пьяные в стельку. Ты же видишь, они уже начали съезжать с тормозов. Сейчас я позвоню, и сюда пришлют ГБР.