Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег - Страница 386

— Пойдёмте.

В итоге, попали в пещеры. Часовня на самом деле там имела место. И в ней имелся алтарь. Его так же солдаты с помощью кирок и ломиков разобрали. Простучали и прощупали всё под ним. Но увы. Алтарь часовни тоже стоял на скальном массиве и никаких тайных ходов под ним не оказалось. Я оказалась в тупике. Ещё раз сверилась со схемой и с текстом. Значок чётко показывал место расположение казны в монастыре. И по тексту — под алтарём. Я села на каменную скамью с видом на море. Солдаты, палатины и сержант-дамы молча ждали. Я сидела и думала. Так, тамплиеры не такие идиоты, чтобы на глазах у монахов начать долбить каменное основание алтаря. И они этого не делали, в чём я убедилась лично. Тогда где? И почему указано именно на монастырь? И под каким алтарём??? Велела позвать к себе настоятеля. Ещё раз спросила его, если ли ещё алтарь в монастыре? Он сказал, что нет. Я не поверила. Велела солдатам обыскать весь монастырь. Но они ничего похожего на алтарь не нашли. Так ещё раз… Под алтарём… Что-то я упускаю. Под алтарём… А почему я решила, что под алтарь тамплиеры что-то положили, именно убрав его и выдолбив в скале схрон??? Долбить ходы и вырубать комнаты в скальном массиве, это то ещё занятие и далеко не одного дня и даже месяца. Вспомнила фильм «Граф Монте-Кристо» с Жаном Маре в главной роли. А ведь он нашел клад аббата Фариа в гроте.

Я встала.

— Поплыли. — Сказала я палатинам. — И возьмите факела.

Мы вернулись в одну из четырёх шлюпок. Солдатам я велела ждать на берегу. Со мной в шлюпку залезли все палатины и сержант-дамы. И ещё я взяла в шлюпку одного молодого монаха. Мы стали обходить остров по периметру. Я внимательно вглядывалась в берег. Сказала парням и девушкам искать пещеру с моря. И вот, когда находились с юго-восточной стороны острова, Айно крикнул:

— Там! — И указал рукой. Я тоже увидела. Узкая щель грота над водой.

— Подойдите ближе. — Велела я.

— Не делайте этого. — Тут же возразил монах.

— Это почему?

— Идёт прилив, Ваше Величество. Нас может разбить о скалистый берег. — Пояснил он. Велела отойти. Я наблюдала. Постепенно щель исчезла. Всё ясно, вход в пещеру-грот скрыла вода. Ну а что, идеальное место для того, чтобы что-то спрятать. Велела возвращаться в бухту Наставницы. Близился вечер. Приняла решение остаться на острове. Переночевать в монастыре.

Утром вновь вышли уже на двух шлюпках. Подошли к месту, где был вход в пещеру. Проход в неё был максимально открыт. И то, когда заплывали туда, пришлось пригнуться. Зажгли факела. Плыли метров пятьдесят. Наконец пристали к берегу. Он возвышался на метр над поверхностью моря. Перелезли со шлюпок на него. Это была пещера, естественного происхождения. Примерно метров десять в ширину и уходила вглубь острова, постепенно повышаясь. Мы пошли. Ещё через сто-сто-двадцать метров пещера закончилась площадкой, размерами тридцать на двадцать пять метров. Вся площадка была заставлена сундуками. Причём, сундуки стояли в два яруса, друг на друге. У меня колотилось сердце так, что готово было выпрыгнуть из груди. Прикинула расположение площадки и поняла, что находимся как раз под монастырём. Скорее всего прямо под алтарём. Вот же засранцы, эти тамплиеры. Увидела, как палатины улыбаются. Как им вторят сержант-дамы. Тот-же монах, которого мы брали вчера, смотрел потрясённо на сундуки. Тут и так всё было понятно, что в сундуках далеко не камни и не семечки. Солдаты так же смотрели на всё большими глазами. Всё же они впервые участвовали в таком. Были из вновь набранных и на Рейн, в своё время, не ходили.

— Ну вот и всё, господа-братья-монахи! — Я засмеялась. Это на самом деле была третья часть казны, самая большая.

— Матушка, неужели это всё тоже самое, что мы нашли в той часовне? — Спросил Богдан.

— Это даже больше, Богдаша. Намного больше. Снимите первый сундук. Вот этот. Посмотрим.

Парни стащили сундук. Снимали вшестером. Мало того, им помогали солдаты.

— Тяжёлый какой, Матушка! — Пожаловался Богдан.

— Яша, твой выход. — Сказала Бреберу. Он подошёл, осмотрел замок на сундуке. Усмехнулся. С собой у него была матерчатая сумочка. Он вытащил оттуда тряпичный свёрток, развернул его и достал оттуда свой инструмент. Поковырялся в замке и открыл его. Положил рядом с сундуком на каменный пол. Отошёл. Я кивнула палатинам на крышку. Божен поднял её. Сверху лежала какая-то тряпка. Палатин убрал её. Под ней лежал небольшой лист пергамента. Я взяла его. Там на латыни было написано: «Coronae aureae gallicae». Указаны годы чеканки, конец 13 века — начало 14 века. Количество золота в монетах и количество самих монет. Весь сундук был набит монетами. Я взяла одну из них. Посмотрела её. Бросила назад в сундук.

— Закрой, Яков. — Велела ему. — Французские золотые экю. — Пояснила я остальным. Обратила внимание на солдат. Эти были вообще в шоке от такого количества золотых монет, большинство из которых, если вообще не все, никогда ранее не видели золотые монеты в таких количествах, если вообще видели когда-нибудь золото.

Подумала немного.

— Так, берём сундук. Тащим его к шлюпкам. Надо уходить, пока не начался прилив.

Притащили вёсла, закрепили сундук с помощью верёвок на вёслах. Палатины и солдаты взялись и потащили. Когда вернулись к берегу грота, поняла, что начинается прилив.

— Грузим в шлюпку. В неё садятся четверо. Остальные рассаживаются в другую шлюпку. Прилив начался.

Сундук установили в одну из шлюпок. Туда сели четверо, как я и велела. Остальные разместились в нашей шлюпке. Она оказалась перегружена. Но делать нечего. Выплывая из грота, пришлось чуть ли не ложиться в шлюпке, настолько низко был свод пещеры. Но мы вышли. Гребли, преодолевая течение прилива, как сумасшедшие. Подошли сразу к флагману.

— Верёвки сбросьте. — Крикнула я, когда подплыли к борту. Сундук подняли. Потом залезли по верёвочной лестнице сами.

Пандольфо смотрел на сундук, полный золотых монет. Крышка сундука была открыта. Перевёл взгляд на меня. Леонардо сидел в кресле и рассматривал монету.

— Французские золотые экю. — Сказал он. — Первые золотые монеты Франции начали чеканить при Людовике IX в середине 13 века. Но позже чеканка этих монет прекратилась, так как они не пользовались спросом из-за разницы курсов золотых экю и серебряных. Пользовались большим спросом именно серебряные. Возобновил чеканку золотой монеты Филипп IV на рубеже 13 и 14 веков. Вот эти монеты как раз отчеканены при Филиппе IV.

— Много там? — Спросил меня Пандольфо.

— Много. Гораздо больше, чем я привезла от берегов Рейна. Вот только вытаскивать их оттуда придётся долго. Они в гроте. Вход в грот при приливе заливает полностью. Мы еле успели выскочить оттуда.

— Ты больше не пойдёшь, Саша. Прости уж, но я тебя не пущу туда. И делай со мной, что хочешь. Если с тобой что-то случиться, мне этого просто не простят. Особенно после того, что произошло в Риме.

— Ладно. Не пойду. — Согласилась я.

— Вот и хорошо. А вытащить всё, что ты нашла, есть кому.

— Хорошо. Но все сундуки, которые будут грузится на транспорты, я должна вскрыть и посмотреть. И составить опись. Там, в гроте, сундуки не вскрывать.

— Это сколько угодно.

Тут же в кают-компании «Революшна» находился и Ульрих Вюртембергский. Он тоже взял монету из сундука. Повертел её в руках. Потом бросил назад в сундук.

— Александра! Удивляюсь я. Золото само к тебе идёт. Поразительно.

А так же в кают-компании находились и португальцы. Наследный принц, две инфанты, младший инфант. Адмирал Португалии и представитель португальского короля. Эти во все глаза смотрели на сундук, полный золотых монет. Ничего не говорили. К тому же, пока мы плыли к Монте-Кристо, я разговаривала с Адмиралом Лопо Вас де Азеведо. Я ему прямо сказала, что его семья либо заплатит за него выкуп в размере пятисот тысяч флоринов серебром, либо он проведёт остаток жизни у меня в тюремном каземате.

— Не португальских реалов, Адмирал. Я знаю о низкой стоимости реала. Поэтому только флорины. И если твоя семья не заплатит, что же, в казематах моего замка в Вендене для тебя найдётся место. Поэтому, напиши письмо своей семье. Когда будем проходить мимо Лиссабона, то твоё письмо переправят на берег, вместе с наследным принцем.