Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег - Страница 235

— Но я вижу, что тебе всё это не нравится.

— Сир, какая разница, нравится мне или нет что-то. Я в любом случае обязан выполнять Вашу волю.

— Э, нет, Талбот, так не пойдёт. Говори, что тебе не нравится в моей встрече с братом Лораном и нашей сделки с ним? Я хочу знать мнения всех сторон.

— Хорошо, сир. Конечно, предложения брата Лорана очень заманчивые. И перспективы, просто блестящие для Англии. И в случае победы, Вы, сир, получаете очень многое.

— Ты сомневаешься в победе?

— Сир. С некоторых пор, я стал интересоваться восточным вопросом, а именно, что происходит в Московии. Кардинал Уолси правильно сказал, что на континенте появилась новая сила, которая стала оказывать всё больше и больше влияния на Европу. И не только на Европу, но и на Азию. И эта сила в связке Ливонского королевства и Moscow. В супружеской чете грандпринца Бэзила и Александры Византийской. Я даже одну русскую поговорку выучил.

— Какую? — Генрих заинтересованно смотрел на графа.

— Она звучит примерно так, не хвались, когда идёшь на битву, а хвались, когда возвращаешься с неё живым. Как-то так.

— Хмм… Хорошо сказано.

— Да, сир, хорошо. Как я Вам, Ваше Величество, сказал, в случае победы, Вы получите очень многое. Но, сир, а что будет в случае поражения? Я понимаю, что Вам, сир, это не очень нравится. Но надо рассматривать все варианты исхода Восточной компании.

— За зиму я заключу, союзные договора с Литвой, Польшей, Данией, Империей. А орденцы обещали помочь с османами. Это очень мощная коалиция.

— Согласен. Но так ли едина эта коалиция? Как сам кардинал сказал, Максимилиан, хоть и будет гадить Византийке, но гадить по мелкому. Воевать с Александрой он не будет. И насчёт того, что Максимилиан заключил мир с поляками, думаю говорить пока рано. Сама Литва и Польша сейчас ослаблены. Литва потеряла большие территории на севере. Её фактически отрезали от Балтики. И если Литва нападёт на Ливонию, туда моментально вмешается грандпринц Бэзил. А с юга вторгнуться варвары-кочевники. В прошлом году юг Литвы и часть Польши уже пострадали от сильнейшего набега кочевников. И с османами не всё так просто.

— А что именно?

— Увы, Ваше Величество, но брат Лоран забыл кое-что Вам сообщить. Да, османы сильны. И это признают все. Насчёт продать им олово и медь на пушки, идея не плохая. На этом, через посредников можно хорошо заработать. Хотя до последнего времени именно артиллерия осман считалась самой лучшей в Европе, сир. И это правда. Но только до тех пор, пока не появилась ещё более совершенная артиллерия. И эта артиллерия Ливонской волчицы. Я сомневаюсь, что турецкий султан сейчас ввяжется в борьбу против грандпринца Бэзила и его жены. Дело в том, что на востоке он сцепился в смертельной схватке с персами шаха Исмаила. Одно время османам удавалось теснить персов. Они захватили практически всю Анатолию. Но сейчас ситуация изменилась в плохую для них сторону. Персы, ранее не использовавшие огнестрельное оружие и артиллерию в том числе, вдруг стали её использовать и использовать интенсивно. Угадайте, сир, откуда они получили пушки?

— Византийка⁈

— Именно, сир. На стороне персов воюет так называемый русский Корпус. И персидский шах относится к ним очень благосклонно, даже не смотря на то, что они христиане. Ливонская волчица сумела договорится с сарацинами. И не только с персами. Но и с египетскими варварами-мамлюками. На стороне последних тоже воюет русский Корпус со своей артиллерией. Персы нанесли несколько крупных поражений османам и фактически отвоевали Анатолию так, что у них открылся прямой путь на Константинополь. И поэтому султан стал перебрасывать свои войска с Египта и Леванта с той его части против персов в Анатолию. Как, сир, Вы думаете, рискнёт султан пойти в такой ситуации ещё и на север? Я лично, сомневаюсь.

— Ай какая молодец. — Усмехнулся король. — Жаль, что я не её муж. Поддержала более слабого, против более сильного и стравила их. Пока они изматывают друг друга в кровопролитных битвах, она делает свои дела.

— Совершенно верно, сир. И последнее. Рассчитывать на то, что аристократия Moscow, сумеет сместить грандпринца и его жену с престола и уничтожить в результате мятежа, не стоит. Всё дело в том, что саму Ливонскую волчицу на Moscow, почитают, как святую. Якобы сама Дева Мария распростерла над ней покров свой. И защищает её.

— Что за ересь? Это богохульство! — Генрих был шокирован.

— Возможно, сир. Но в Moscow в это верят как простолюдины, так и аристократы. Якобы там не раз происходили чудеса явления Девы Марии Александре. И что многие это видели в том числе и примас русской Церкви. Он, кстати, поддерживает Ливонскую Королеву. И многие аристократы её поддерживают. А если говорить про грандпринца, то он очень жёстко держит власть в своих руках. Любое подозрение в умышлении против грандпринца, не повиновение или тем более подозрения в измене, и человек оказывается в тюремных казематах. Причём не имеет значения кто он, простолюдин или аристократ. Даже родичей своих не щадит. Знаете, сир, он даже своим младшим братьям запретил женится, чтобы они не смогли детей родить, пока у него наследник не родится.

— А вот это правильно! Молодец Бэзил. Всё правильно делает. Все эти родственники только и ждут, как убрать тебя с трона. Особенно братья. И не важно, родные или ещё какие.

— Совершенно верно, сир. Но сейчас грандпринц получил то, о чём мечтал. Сына. Ливонская волчица родила ему наследника. Мало того, она пообещала родить ему ещё сыновей.

— Откуда она знает, что потом у неё будут сыновья, а не девки?

— А об этом в Moscow, знают все. Королева сказала, что девочек у неё не будет, хотя она хотела. Но у неё будут только мальчики, сыновья.

Генрих внимательно смотрел на графа.

— Джордж, а откуда ты всё это знаешь? У тебя что, есть сеть шпионов?

— Увы, сир, шпионов у меня нет. На шпионов нужны средства, а я в этом ограничен. Но я умею слушать. Умею разговаривать с людьми. Особенно с купцами. Я собирал сведения по крупицам. Выслушивал многих купцов, привозящих сведения с разных концов, не только из Европы, но и из Азии. Много идёт лишнего. Но я привык вычленять главное.

— Я тебя понял, Джордж.

— Поэтому, сир, я прошу Вас, взвесить все за и против Восточного похода.

— Поздно, мой дорогой граф. Я уже дал согласие орденцам. И поход будет. Нравится тебе или нет.

— Не нравится. Но я буду следовать Вашему Величеству. Если Вы решили идти, я иду с Вами. Разрешите мне?

— Конечно, граф. Я буду даже рад…

…Кто обращает внимание на слуг? Никто. Особенно, если слуга из низших. Джейкоб, по прозвищу Крыса, был как раз из самого Лондонского дна. Ему исполнилось 15 лет. Его отец два года назад умер от чахотки. Его мама, Дебора или как обычно её звали Дебра, что значит пчела, на самом деле трудилась день и ночь, чтобы прокормить самого Джейкоба, по-мимо которого у неё на руках осталось две младших дочери 10 и 7 лет, и ещё один младший сын 4 лет отроду. Дебра работала прачкой, отстирывая одежду зажиточных горожан. Но заработанных денег тотально не хватало. Поэтому Джейкобу приходилось с малолетства заниматься добыванием пропитания. Ему повезло в том, что старший брат его матери, дядя Джон, работал истопником в королевском дворце. Вот, год назад он и взял Джейкоба к себе в помощники. Нет, Джейкобу никто за работу денег не платил, ещё чего не хватало. Но зато он мог питаться объедками на кухне. А иногда даже что-то приносить домой, вечно голодным сестрёнкам и братику. Так как дядя работал истопником и следил, как и ещё несколько истопников за отоплением дворца, то он и рассказывал племяннику, как устроена система отопления. Все дымоходы. А по мимо этого Джейкоб узнал о слуховых окнах. И самое главное, на участке Джейкоба находилось слуховое окно, благодаря которому он мог слушать то, что говорят у самого короля! Если бы кто узнал, ему сразу отрубили бы голову. Но, конечно же, Джейкоб об этом никому не говорил, ибо собственная шкура дороже. Сегодня же, Джейкоб особенно внимательно слушал всё, что произносилось в кабинете у короля. Слушал и запоминал. Несмотря на хроническое недоедание, тщедушное тело, памятью Джейкоб обладал феноменальной. Да и вообще, у мальчишки был живой и изобретательный ум. Находчивость и изворотливость. Вечером, как обычно, дядя отпустил его домой. Джейкоб сумел раздобыть немного объедков из королевской кухни и отнёс это домой в их с мамой, сёстрами и братиком полуподвальное помещение, состоявшее из двух маленьких комнат. Сестрёнки с братом встретили Джейкоба, как обычно, голодными глазами, в которых была надежда, что старший брат принесёт им что-нибудь. Он принёс. Они накинулись на еду. Матушка Джейкоба сидела на скамье, смотрела с болью на своих детей.