Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег - Страница 155

— Всё правильно, Филипп. А почему рискованное?

— В случае если король или император не в состоянии расплатиться или намного проще, не захочет отдавать деньги, то банкиры ничего не смогут сделать. Им приходится нести колоссальные убытки. Такое уже случалось и ни раз. Например, в своё время, очень влиятельные итальянские банкирские семьи Барди и Перуцци разорились именно из-за этого. В 14 веке они выдали английскому королю Эдуарду III огромную сумму даже по нашим временам, на войну с Францией. Барди выдали кредит на 900000 золотых флоринов, а Перруци ещё на 600000 флоринов золотом.

— Итого, полтора миллиона золотом? — Сказала я. — Да, большая сумма, даже огромная.

— Совершенно верно, Ваше Величество. Так вот, долг английский король не отдал, объявил себя банкротом по своим долгам.

— Объявил дефолт. Какой красавчик! — Я засмеялась.

— Что, простите, Ваше Величество?

— Дефолт. Термин такой, означающий банкротство.

— Да, Ваше Величество. Обе семьи понесли огромные убытки. Это спровоцировало кризис во Флоренции и даже по всей Италии, так как на финансах обеих семей были завязаны многие. Многие вкладчики разорились, оставшись полностью без денег. Перуцци первые объявили себя банкротами, сумев вернуть своим вкладчикам и кредиторам меньше половины того, что должны были. Барди продержались несколько дольше. Но и они, в конце концов, объявили себя банкротами.

— Вот, Филипп, тебе хороший пример. Поэтому не нужно кредитовать монархов персонально. Это не продуктивно. Если и давать кредит, то под конкретные гарантии возврата долга и процентов. Например, оформлять королевским банком залог за ту или иную часть территории этого правителя.

— Но если он не отдаст всё равно?

— А вот для этого есть государственные взыскатели долгов, это армия и флот. То есть то, чего банкиры сейчас не имеют. Либо давать под залог королевских драгоценностей, той же королевской короны и прочих атрибутов власти, которые по своей цене могут перекрыть финансовые потери. Но это так, небольшая часть работы банка. Через королевский банк будут проходить все платежи по таможне, налогам и прочих сборах государства. Через банк будут проходить выплаты денежного довольствия армии и флоту. Плата государственным чиновникам. Кроме этого, все остальные банки, а так же ростовщики и менялы, прежде чем начать работать на территории королевства должны будут получить лицензию на занятие этим видом деятельности в королевском банке Ливонии. А лицензия будет стоит не дёшево. И нарушения законов королевства, в плане финансов, будут сопровождаться отзывом такой лицензии. Понимаешь?

— Понимаю, Ваше Величество. Очень интересно.

Мы с ним ещё долго говорили. Наконец, я решила закончить аудиенцию.

— Итак, Филипп. Я подумаю над твоей кандидатурой на место управляющего королевским банком и главным королевским казначеем, то есть министром финансов. Но ты должен понимать, что в случае твоего назначения, интересы твоей семьи должны отойти на второй план. Главное для тебя станет, это мои интересы и интересы Ливонии, даже если они войдут в противоречия с интересами клана Вельзеров. В противном случае это будет расцениваться, как государственная измена и измена мне лично. И если ты поинтересуешься, то узнаешь, что больше всего на свете я ненавижу предателей и лжецов.

— Да, Ваше Величество, я полностью отдают в этом отчет.

— И ты должен будешь принести мне личную присягу, от которой смогу тебя освободить только я.

— Да, Ваше Величество.

— Тогда иди, Филипп. Я буду думать.

Решение я приняла на следующий день. Что ж. Моя команда и так больше, чем на половину состояла из молодых и амбициозных. Да, среди моей команды были и люди в возрасте, умудрённые жизненным опытом, такие, как Канцлер, контр-адмирал, Георг фон Фрунсберг и другие. Но много было и молодых. И посчитала, что Филипп хорошо впишется в мой двор. Объявила об этом Филиппу и он принёс мне личную присягу верности.

— Филипп. Теперь ты часть Корпуса. Запомни формулу, Корпус отвечает за тебя, ты отвечаешь за Корпус.

Спустя несколько дней я собрала ландаг, парламент Ливонии. Там я объявила о начале выпуска собственных денег Ливонского королевства. Объявила о создании королевского банка Ливонии. Так же, представила на утверждение ристага первого главу госбанка и министра финансов Филиппа Вельзера. Возражений не возникло. Ландсгеры, духовенство и представители городов утвердили его на этих должностях. Единственно, кто выразил сомнение, это архиепископ Рижский, спросив меня, не слишком ли молод Филипп Вельзер для такой должности? На что я заверила Его Высокопреосвященство, что молодость, это такой недостаток, который проходит с годами. Ну и, в конце концов, разве я не молода??? С чем было трудно не согласится даже Его Высокопреосвященству.

А ещё видя, как начинается застраиваться Венден, решила сделать это централизованно, без всякой отсебятины, по единому генеральному плану застройки. А для этого мне нужны были хорошие, самые лучшие архитекторы и инженеры, в том числе и военные. Замок сам уже закончили, причём с упором на новые веяния в системе оборонительных сооружений, рассчитанных на противодействие артиллерии. Дала задание своим послам и тайной службе Корпуса начать поиск таких людей. Написала письмо Леонарду Да Винчи, гениальному человеку этой эпохи. Хотя я не надеялась, что он приедет, так как он был уже в возрасте. В этом году ему исполнилось 63 года. Для этого времени довольно приличный возраст.

Наметила отъезд в Москву на конец июля-начало августа. За пару дней до отъезда, когда я решила совершить со своими фрейлинами конную прогулку, к моему коню подскочил какой-то юноша. Палатины сразу надвинулись на него выхватывая сабли. Девушки тоже обнажили своё оружие, а Ксения взвела быстро курок пистоля и нацелила его в голову парню. Он же упал на колени. В руках у него была котомка. Сам был очень молод, 17–18 лет, может даже моложе. Непропорционально большая голова, тщедушное тело и маленькие кривые ноги. Я подняла руку останавливая палатинов и сержант-дам.

— Вы же Королева Александра Комнина-Нибелунг? — Воскликнул парнишка. Я удивлённо на него посмотрела.

— Совершенно верно, мой юный друг. Я Королева Александра Комнина-Нибелунг. А ты кто такой и как здесь очутился?

— Меня зовут Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм.

Раздались смешки моих палатинов и девушек.

— Что-то слишком длинно для такого оборванца. — Услышала я голос Божена. Я же услышав имя, поняла, что, что-то знакомое. Вот только что или где я его слышала??? Улыбнулась сидя на коне и глядя сверху вниз на незадачливого молодого человека.

— Судя по приставке фон, ты из дворян?

— Да, Ваше Величество. Но мой род давно обеднел.

— Ну и что ты хочешь, Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм?.. И правда такое длинное имя, Филипп.

Он встал с колен. Тоже улыбнулся. Кивнул мне. В его глазах не было страха, зато было любопытство и почему-то восхищение.

— Да, длинное, Ваше Величество. Именно поэтому я взял себе другое, более простое, Парацельс! Зовите меня просто Парацельс.

— Что??? — Мои глаза округлились. Господи, всё верно. Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм, он же Парацельс. Гениальный учёный, врач, естествоиспытатель, алхимик и можно сказать химик-фармацевт. Отец современной медицинской науки. Имею ввиду науки, которая сложится в последующие столетия, вплоть до 21 века. Впервые ввел в медицину использование препаратов полученных химическим путём для лечения болезней. Правда сейчас он ещё не тот гениальный учёный.

— Тебе сколько лет, Парацельс? — Спросила его, продолжая с улыбкой смотреть на него. Господи, как же я могла забыть про него⁈ В какую удивительную всё же эпоху я попала, где живы те, кто в последующих столетия стал настоящей легендой.

— Восемнадцать исполнилось, Ваше Величество.

— Ты учишься где-то?

— Я учился. Два года назад я покинул свой дом. Мой отец врач. Он дал мне образование врача. Но этого мало. Я учился в Базельском университете. А недавно решил приехать в Венден.