Александра. Большая игра 2 (СИ) - Ростов Олег - Страница 142

Выйдя на палубу, спросила у вахтенного, какие склянки прозвучали?

— Шестые, Ваше Величество. — Ответил он, вытянувшись по стойке смирно. Этому фризов уже научили. По принципу, хочешь служить на моём флоте и получать хорошие деньги, будь добр исполнять флотский устав. Устав я писала вместе с Пандольфо. Он был у меня консультантом. В конце концов, я же не была пока морской волчицей. Я ей ещё только готовилась стать.

Услышав ответ, поняла, что сейчас шесть, седьмой час утра. Вдыхала с удовольствием свежий морской воздух, пахнущий йодом, деревом корабля. Стояла закрыв глаза и улыбалась.

— Ваше Величество⁈ — Услышала за спиной вопрос по-немецки. Оглянулась. Это был капитан.

— Всё нормально. Я выспалась, отдохнула. Капитан, распорядитесь, чтобы принесли сюда воды пресной, холодной, умыться мне.

Капитан отдал распоряжение вахтенному. Ко мне подошёл Айно.

— Доброе утро, Матушка.

— Доброе, Айно. Давно стоишь?

— На четвёртых склянках сменил Илью.

— Хорошо. Принеси мне полотенце и остальных буди, кроме Ильи. Он пусть поспит. И сюда пусть выходят раздетые по пояс. С учебными палками. А то я смотрю расслабились добры молодцы. — Улыбаясь посмотрела на палатина. Он тоже в ответ усмехнулся. Кивнул мне и ушёл в их с парнями каюту. Вскоре вернулся. Мне как раз притащили в двух кувшинах чистую воду. Капитан сам полил мне на руки. Я сполоснула лицо. Айно, раздетый уже по пояс, подал мне полотенце. Из каюты стали выходить палатины. В руках несли учебные палки. Да, мы даже в походе о них не забывали. Правда последние несколько дней не занимались. Вытерлась, отдала полотенце Айно. Он унёс его в каюту. Когда вернулся, я сняла китель. Он и так был у меня не застёгнут. Китель отдала капитану. Сама осталась в штанах с лампасами, высоких сапогах, и верхней рубашке с манжетами, застёгнутой до горла.

— Итак, братцы-кроли мои, начинаем разминку. Утренняя зарядка, это наше всё. А я вижу, что вы стали этим пренебрегать.

— Матушка… — Попытался возразить Богдан, но я не дала, подняла руку, давая понять, чтобы помолчал.

— Именно так, стали пренебрегать. В шеренгу встали… Палки положили на палубу… Молодцы. Теперь разминка. На месте бегом марш. — Парни побежали на месте. Я засекла время по своим часам. — Живее бежим. Божен, ты у меня сейчас по воде побежишь, аки Исус Христос.

— За что, Матушка?

— Живее беги, а ты еле ноги переставляешь. Не разочаровывай меня, палатин! Или ты не проснулся ещё?

— Проснулся, Матушка.

— Вот теперь вижу, что проснулся… Так переходим с бега на шаг… Молодцы! На месте стой. Раз-два! Теперь приседаем. Руки вытянули перед собой. Начали. И раз-два, три-четыре. Раз-два, три-четыре… — Смотрела, как они приседают. Кивала им. Когда они поприседали раз тридцать, скомандовала. — Встали. Достаточно. Теперь упор лёжа принять!.. Отжимаемся. По тридцать раз каждый. Начали… — Считала громко. В этот момент подняли экипаж «Святой Елены». Народ потянулся за завтраком. Смотрели удивлённо на моих палатинов. Но мы не обращали внимания. Досчитав до тридцати, дала команду вставать.

— Становись, равняйсь… Смирно!.. Вольно. Берём учебное оружие. — Указала им на палки. В этот момент появился контр-адмирал. Смотрел на меня, изогнув в удивлении брови. Я пожелала ему доброго утра. Взяла свою палку. — В две шеренги, лицом друг к другу, становись. Божен, так, как твой дружок отдыхает, будешь со мной в паре. Приготовились, стойка! — Все сделали шаг назад, встав в боевую стойку. Ноги чуть согнуты в коленях. Палки держим обеими руками. Условное остриё меча направлено чуть вверх и в сторону противника.

— Все помнят команды, которые буду давать на языке страны Ямато?

— Помним, Матушка. — Ответил Богдан. Он стоял со мной в одной шеренге.

— Отлично. А если вдруг кто-то забыл, тот после занятий, должен будет отжаться ещё тридцать раз. И так, Божен, твоя шеренга наносит удары по моей команде. Мы отбиваем. Всё понятно?

— Понятно, Матушка. — Хором ответили они. Стояли в боевой стойке, так называемой верхней.

— Мэн! — Это удар в голову. Все трое, Божен, Аббас и Айно мгновенно нанесли удар, целясь нам в голову. Я, Богдан и Никифор блокировали их, своими палками.

— До! — Тут же последовала новая команда, это удар ниже воображаемых доспех. Точнее в ноги. Удар-блокировка.

— Кэса! — Не делая ни одного мгновения промедления. Это удар от шеи до талии. Удар-блокировка. И опять по новой:

— Мэн!.. До!.. Кэса!.. — Не останавливаясь дала команду: — Гэдан! — Это переход на нижнюю защиту. Кончик палки опустился под углом ниже, к палубе. И вновь команды:

— Куби! — Удар в шею.

— Тэкуби! — Удар по запястьям.

— Хара! — Удар в живот.

Потом мы наносили удары, они защищались. После был произвольный бой между парами. Когда я объявила об окончании, грудь и спина каждого из моих палатинов были мокрые от пота.

— Вот, мальчики мои. Хорошо позанимались, что кровь молодая заиграла в венах, закипела. Правда, Божен?

— Правда, Матушка. — Ответил палатин потирая себе левый бок, куда ему прилетело во время произвольного боя со мной.

— Зайдёшь к Фросе, Божен, она тебе бок чем-нибудь намажет, чтобы не болел.

В этот момент из кают стали выходить девушки. Смотрела на них и улыбалась.

— Доброе утро, красавицы мои. — Поприветствовала их. Парни по тону моего голоса поняли, что сейчас что-то будет. Стали ухмыляться, глядя на сержант-дам.

— Доброе утро. Матушка. — Поздоровались они все в унисон.

— Выспались? Отдохнули?

— Выспались, Матушка. — Ответила за всех Ксения. Остальные закивали мне.

— Значит готовы к труду и обороне?

— К какому труду, Матушка? — Это уже Агнешка.

— Как к какому, Княжна моя? К ратному. Идите сюда. — Жестом подзывая их к себе. Они подошли. Все пятеро, не подошла только Фрося. Но её это не касалось. Посмотрела на палатинов. — Отдайте им свои палки. А сами идите и приведите себя в порядок. Потом завтракать будете.

— Матушка, мы что прямо здесь будем? — Шокировано спросила меня Паула.

— А что тебе не нравится, радость моя, Паула, свет Пандольфовна? Я же занималась здесь, с палатинами и ничего. Рубашки верхние под мундирами у вас есть?

— Есть, Матушка. — Ответила Паула.

— Можете снять мундиры. А можете в мундирах. На ваш выбор. И учебное оружие взяли, ЖИВО!

Девчонки сбежали с капитанского мостика, куда вышли из кают, на палубу. Ксения смотрела на меня. Потом расстегнула свой мундир и сняла его. Осталась так же, как и я. Глядя на подругу и на меня, тоже самое сделали Агнешка и Паула. А вот Айтан и Саша остались в мундире. И лицо у Айтан по самые глаза продолжала скрывать шёлковая вуаль. Девушки взяли в руки палки. Выстроились передо мной.

— Итак, девочки, каков наш ритуал? Вижу забывать начали. Агнеша?

Польская княжна глянула на остальных подруг, потом начала декларировать:

О, если кто-то хочет знать,

Искусство иль наука — фехтованье?

Послушать ему стоит мой ответ.

И чутко внять моим советам,

Наука это, не Искусство

Как покажу я кратко вам.

Что геометрией ведома,

С промерами и счетом,

Что полнит грамотой листы.

Где меч — орудие,

Которым меряют удары и шаги,

Все в геометрии дано…

- Достаточно, дорогая. Ксения продолжи.

Русская княжна заговорила:

И фехтованье ею рождено,

И с нею нет ему конца,

И оба безгранично многогранны.

И коли выучишь мои доктрины,

То сможешь верно отвечать

И розу от шипов отъединять.

— Достаточно. Паула?

Теперь итальянская княжна продолжила трактат Филиппо де Вади:

Чтоб чище были твои мысли,

Острее разум, крепче шаг,

Чтоб каждому ты мог ответить:

Как музыкою красят и полнят

Искусство звуков и стихов,