Битва за прокат. Как легендарные франшизы убивают оригинальность в Голливуде - Фритц Бен - Страница 20

Paramount Pictures согласилась распространять и рекламировать фильмы — затратный процесс, который Marvel не могла себе позволить, — за 10 % дохода. Это стандартная сумма для подобных сделок, но позднее, после успеха «Железного человека», Marvel снизит эту долю до 8 %.

Победа со вторым эшелоном

Теперь вопрос был не в том, сможет ли Marvel самостоятельно делать фильмы, а в том, как именно она их сделает. Здесь была одна большая проблема: те десять персонажей, которые вошли в сделку с Merrill, не укладывались в амплуа звезд первой величины. Более того, их сложно было назвать даже вторым эшелоном — за исключением, пожалуй, Капитана Америки.

Соколиный глаз — парень, который хорошо владеет луком и стрелами? «Пауэр Пак» — четверка юных братьев и сестер, получивших сверхспособности от инопланетянина, похожего на лошадь? Человек-муравей — парень, который может уменьшаться в размере и контролировать муравьев силой мысли? Ник Фьюри — шпион, который… ну, просто шпион?

Перспективы этих персонажей стать героями культовых фильмов выглядели довольно призрачно. Вряд ли с ними начинающая с нуля компания могла бы конкурировать с такими гигантами, как Warner Bros., Disney и Sony. Как бы умно ни была выстроена их финансовая структура, от творческих устремлений Marvel Studios было легко отмахнуться как от высокомерной глупости.

«Если бы вам понадобилось запустить голливудскую франшизу — неужели вы действительно обратились бы к этим супергероям?» — вопрошала скептически настроенная Los Angeles Times.

Но Marvel улыбнулась удача.

Фильм о Железном человеке на долгие годы застрял в аду препродакшна. Выкупленный Fox в 1990-х годах, в 2000 году он был замечен президентом по производству New Line Cinema Майком Де Лукой (будущим главой производства Sony). New Line отсеяла несколько сценаристов и почти год безуспешно вела переговоры с режиссером Ником Кассаветисом, который был на пике популярности после выхода слезливой мелодрамы «Дневник памяти» 2004 года, но все никак не мог подписать контракт. В то же время ролью Железного человека заинтересовался Том Круз. Но «заинтересоваться» и «решиться» для Круза — совершенно разные вещи. И когда звезда его калибра начинает заигрывать с проектом, все остальные планы приходится ставить на паузу в ожидании ее решения.

Адаптировать Железного человека для большого экрана было не так-то легко и при более благоприятных обстоятельствах. Этот персонаж хоть и любит подурачиться, внутри всегда остается сломленным. Созданный в 1963 году Стэном Ли и писателем Ларри Либером вместе с художниками Джеком Кёрби и Доном Хеком, Железный человек технически не был супергероем — он просто создал суперкостюм из металла, который позволял ему летать и стрелять лазерами и ракетами. А человеком под броней был Тони Старк, безбашенный производитель оружия с образом жизни а-ля Говард Хьюз, который тайно прикладывается к бутылке и ненавидит самого себя.

Совладелец New Line Роберт Шей не очень-то верил в успех проекта. Пусть руководителям и удалось убедить его в ценности персонажа, а кассовые сборы фильмов о Человеке-пауке красноречиво говорили о размерах потенциальной прибыли, он продолжал утверждать, что зритель никогда не поверит, будто персонаж в громоздком металлическом костюме может легко парить в воздухе. «Я никогда не сниму фильм, в котором Железный человек летает, — заявил он Араду во время одного из их многочисленных споров. — Это просто бессмысленно! Железо не летает».

Таково было типичное отношение голливудского продюсера к миру Marvel. Он считал, что фильмы должны быть как можно более понятны и близки среднестатистическому зрителю, который не погружен в мир комиксов. И это прекрасно иллюстрировало точку зрения Майсела: никто не может понять персонажей Marvel лучше, чем люди, которые работали над их созданием.

Поэтому, когда в конце 2005 года права New Line на «Железного человека» истекли и студия попыталась, как обычно, обновить контракт, Marvel уже не выпустила его из рук. Арад и Майсел отказались продлевать лицензию, на что, конечно, имели полное право — но в Голливуде, где отсрочка подобных контрактов обычно не более чем формальность, это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Руководители New Line были взбешены решением Marvel, но ничего не могли с ним поделать.

«Это был замечательный подарок», — сказал Майсел.

И не единственный. После того как все недовольства продолжением «Халка» (2003), который собрал в прокате посредственные $245 миллионов и подвергся резкой критике из-за чересчур психоаналитического подхода режиссера Энга Ли к персонажу, поутихли, Universal согласилась вернуть Marvel все права на гигантского зеленого монстра в том случае, если той удастся выпустить фильм вместо Paramount.

Кроме того, Майсел и Файги наконец уговорили Арада включить Тора, скандинавского бога, который становится человеком со сверхвозможностями, в список готовящихся к выходу проектов Marvel Studios. Арад сначала колебался, потому что не верил, что фильм о персонаже, который проводит большую часть времени в мифологическом и дорогом для производства мире Асгарда, можно снять в рамках максимального, по условиям займа, бюджета в $165 миллионов. Но когда планы Marvel стали постепенно претворять в жизнь и группа начала обсуждать идею, которая оставит Тора на большую часть фильма на Земле, Арад смягчился.

Итак, вместо того чтобы сразу начать работу над Капитаном Америкой, как изначально предполагал Арад, Marvel смогла выбирать. Конечно, никто из этих персонажей не мог сравниться с Человеком-пауком и Людьми Икс. Но с правами на Железного человека, Халка, Тора и Капитана Америку у компании, по крайней мере, появилось несколько супергероев, о которых кое-что слышали за пределами магазинов комиксов.

Чтобы решить, какой фильм сделать первым, Marvel собрала фокус-группы, но не чтобы спросить случайных людей, какие сюжетные линии и персонажей они хотели бы увидеть на экране. Вместо этого Marvel пригласила детей, показала им фотографии супергероев, описала их способности и оружие, а затем спросила, с какими из них им больше всего хотелось бы поиграть. К удивлению многих, с большим отрывом победил Железный человек.

«Именно это и вывело Железного человека на передний план», — сказал человек, помогавший Marvel принять решение.

Руководители Marvel в Нью-Йорке стали разрабатывать планы производства новой линейки игрушек Железного человека, которые должны были выйти в 2008 году. Одновременно Арад, Майсел и их команда, включая Файги, приступили к работе над фильмом, который должен был поднять продажи этих игрушек.

Технически они пользовались деньгами банка, и каждый потраченный доллар нужно было возвращать, а это означало, что Marvel Studios все еще должна была играть по правилам Айка Перлмуттера. То же пристальное наблюдение за сотрудниками, которое заставляло их изнемогать от жары летом, замерзать зимой и извлекать скрепки из мусора, означало, что Marvel и близко не могла потратить те $200 миллионов, которые Sony вложила в «Человека-паука 2» 2004 года, а Fox — в «Люди Икс: Последняя битва» 2006-го. Железный человек стоил всего $109 миллионов — на $30 миллионов меньше, чем Sony потратила на первого Человека-паука шесть лет назад.

Что ж, значит, никаких звезд первой величины, которые могли бы потребовать большие гонорары или, что было еще более отвратительно для Перлмуттера, рейтинговые баллы — деньги, которые Marvel должна была бы выплатить до получения прибыли. Другими словами, у Тома Круза больше не было шансов стать Железным человеком.

Джон Фавро, у которого было всего три режиссерских проекта, ни один из которых не располагал большим бюджетом, и чей последний релиз, «Затура: Космическое приключение», оказался провальным, был очевидным выбором. Он впечатлил Арада своим пониманием характера персонажа и планом уравновесить политические элементы истории комедией. Поскольку Marvel не будет тратить много денег на экшн-сцены, было очень важно, чтобы режиссер привнес энергию в диалоги персонажей. Фавро, который писал сценарий к «Тусовщикам», известный остроумными диалогами, и режиссировал комедию «Эльф», доказал свое мастерство в этой области.