Вторая жизнь. Том 4 (СИ) - Чудаева Ксения - Страница 33

— А ты, значит, понимаешь? — сощурилась, смотря в белые глаза.

— Конечно,— снисходительно заметил Маалар.— Демон всегда лучше поймет тень.

— Потому что вы с ней дело имеете,— отмахнулась.

— Разные начала взаимодействуют лучше.

— То есть? — непонимающе посмотрела на демона.

Тот откинулся на спину, сложил руки под затылком, покосился на меня.

— Кто считается отцом нашей расы? — спросил он вдруг.

— Хараш,— ответила, все ещё ничего не понимая.

— Верно. Но для получения потомства одной особи мало. Так кто же выступает матерью?

Интересный вопрос, я нахмурилась, понимая, что ни разу, ни в одной легенде, что мне когда-то удалось прослушать в Южной Цитадели, не упоминалась мать расы демонов, тогда как о Хараше вещали через слово и на каждом углу.

Правильно оценив мое молчание, Маалар ответил на свой вопрос сам:

— А матерью нашей расы является противоположность Хараша — Тень. Именно она одаривает нас способностями, с помощью которых мы, демоны, должны защищать нашу расу. И поэтому, как заботливая мать, перекрывает доступ к силе демонессам, потому что нечего им делать на поле боя. Но и учит нас, демонов, что для того, чтобы обрести полную силу и контроль, нам необходима крепкая семья и жизнь в согласии со второй половиной.

— А Хараш? — выдохнула тихо. Слушать это полулегенду-полуправду, озвученную глубоким хрипловатым голосом, было очень интересно, несмотря на обстоятельства.

— А Хараш дает демонессам стойкости. Возможность стабилизировать нашу тень именно от него. Демонессы не горят в огне тени, не чувствуют боли при ритуалах, все достается нам. И даже настоящий огонь,— Маалар в задумчивости протянул руку к дорожке огня у края пола, прикоснулся к пламени. На лице не дрогнул ни единый мускул, но кожа на ладони демона покраснела, а через некоторое время лопнула, показалась кровь.

Я рефлекторно хлопнула по его предплечью:

— Прекрати!

Маалар вынул руку, невозмутимо посмотрел, как прямо на глазах ожог третьей степени затянулся!

— Меня спасают силы Правителя. У демонессы бы чуть кожа покраснела,— совершенно серьезно проговорил он.

— А мне у магов крови в их пещерах было очень жарко и плохо,— задумчиво проговорила, разглядывая абсолютно здоровую руку Маалара. Только потом поняла, что сморозила. И при ком.

— У тебя тело вообще непонятно чьей милостью было одарено. Ты почти всю тень отдавала Энсаадару каждый раз при ритуалах, но при этом продолжала сохранять часть ее в себе,— пожал плечами демон, не выражая никаких эмоций, и только в белых глазах мелькнуло что-то такое, что заставило меня поежиться.— А маги крови потому и подлежат тотальному уничтожению, что осквернили Тень своими недостойными телами. Превратили ее из нашей защиты в оружие, направленное против нас. Но, я думаю, тебе будет приятно узнать, что больше ни одного мага крови в живых уже нет. Я не принял бы титула Правителя, пока не истребил всех до последнего. Сложно одновременно заниматься политикой и охотой.

Я прокашлялась, очищая горло, и торопливо спросила, переводя тему:

— Так что там особенного произошло при твоем восхождении на престол демонов?

Демон хмыкнул, снова перевернулся на бок, посмотрел на меня в упор:

— Ну у тебя и формулировки. Обычно Правителя мирно сменяет преемник. После подготовки, длящейся десятки лет. Причем, чаще всего преемник заранее вступает в род Правителя, чтобы не было смены правящего рода в Совете. И да, обычно это идет только на пользу. Но не сейчас. Я не захотел дожидаться своей очереди, да и менять род в мои планы не входило. Так что я вызвал старого Правителя на поединок. И нет, не надо на меня смотреть такими большими глазами,— хищно улыбнулся Маалар.— Я его не убил. Достаточно было доказать, что я сильнее. Нас обоих оттуда на носилках уносили, но я был в сознании дольше. Так что шаманы признали меня победителем. И новым Правителем, потому как старый уже не мог претендовать на этот цвет после поражения. Но и принять новый цвет сразу же я не мог, сначала надо было восстановиться, потом всё-таки пройти подготовку. Потом принять контуры и привыкнуть к ним. И вот сегодня у меня последнее полноценное посвящение в новый цвет,— довольно оскалился демон.— Перед тобой полноправный Правитель всех демонов, какие имеют хоть малейшие рисунки на теле.

— А дикие? — тут же спросила я.

— Ты отстала от жизни, деми,— хмыкнул Маалар.— Дикие истреблены.

Сглотнула: пусть это даже дикие, но говорить об этом так просто… демоны и их менталитет в разрезе.

— Если быть совсем точным, то мне понравилась тактика, примененная Даареном. Не зря я этого демона в свое время розгами гнал вперед.

— Ты убил всех, кроме детей? — голос существенно так сел.

— Именно. Я пощадил младенцев. Их забрали и распределили по Цитаделям. Сейчас это уже полноценные демоны, служащие на благо империи и даже не думающие о жизни без контроля тени.

Промолчала. Говорить, что это жестоко, было глупо и поздно. С Даареном же не спорила. Да и кто я такая, чтобы судить демонов и их действия? Особенно учитывая, сколько горя приносили дикие кланы.

— Маалар,— подала голос спустя несколько минут молчания.— А у тебя дети есть?

То, что у него есть жена, даже не обсуждалась — демону без ритуала разделения цвета таких высот не достичь.

— Есть,— спокойно отозвался Правитель.— Два демона и две демоницы. Взрослые уже довольно-таки.

— И ты за них не переживаешь? — пристально посмотрела в белые глаза демона.— Ведь ты не просто занял место старого Правителя, ты и целый род лишил правящего положения, поставив выше всех свой род потомственных шаманов. Или я в чем-то ошибаюсь?

— Ошибаешься,— Маалар чему-то улыбнулся.— Но не во многом. Мой род не является родом шаманов, их поколениями давала империи конкретно моя ветвь рода. Но в остальном ты права, я существенно потеснил Сур-Арашей. И не думаю, что они в ближайшие лет пятьдесят мне это простят. Но за детей мне можно не переживать, ни один демон, из ныне живущих, кроме троих поверенных, не знает, как они выглядят.

— Что? — непонимающе посмотрела на Правителя.

— Маленькая деми,— склонил голову Маалар, снисходительно глядя на меня.— Я со своего тридцатилетия знал, кем стану. И добивался этого всеми возможными способами. Соответственно, я изначально отдавал на воспитание своих детей в другие семьи ветви. У многих шаманов нет детей, поэтому существует такая практика.

— Но… как же… а их мать⁈ — у меня в голове не укладывалось! Сознательно отдать своего ребенка в чужую семью⁈

— Деми,— на этот раз на меня смотрели уже с укоризной.— Я не только себя готовил к этому цвету. Я и демонессу себе выбирал сам. Она знала, на что шла. И не переживай ты так, я вижусь со своими детьми, жена тоже, но она существенно чаще. И мои дочери и сыновья знают, кто их отец. И какая опасность может им угрожать сейчас, когда я только в начале своего пути, тоже осознают. Они — часть моего народа. Делая что-то на своем нынешнем месте и создавая новые условия для жизни, я, в том числе, делаю это и для них,— усмехнулся демон.

Я покачала головой. И ведь, конечно, в логике Правителю не откажешь… Но как-то это слишком… Даже слов подобрать не могу. Расчетливо, что ли.

— Кстати, о детях,— протянул Маалар, подтягивая к себе дрожащую черную ногу в белых рисунках и критически осматривая. Но только скривился и отпустил: управлять своими нижними конечностями он все ещё толком не мог.— У тебя выросли занимательные сыновья. Все в мать, приносят немало пользы.

Я сощурилась, озаренная внезапной догадкой:

— Это ты лично протолкнул идею о том, чтобы Ли попал в делегацию. Зачем?

— А как ты думаешь, зачем мне в первой мирной договорной делегации молодой, симпатичный и обученный демон? Особенно, когда только-только представлена двору будущая императрица человеческого государства? — со смешком посмотрел на меня Правитель.

— Да ты шутишь! — вырвалось у меня.

— Нет, пусть ты и не совсем права, но нет, не шучу. Конечно,— осклабился Маалар,— такого успеха я не ожидал. Но на дружбу, симпатию к расе в целом и улучшение отношений рассчитывал, пусть и никаких инструкций на этот счет никому не давал. То, что там в итоге натворил твой сынок — это его личная импровизация. Полностью меня устраивающая, надо признать.