Вторая жизнь. Том 4 (СИ) - Чудаева Ксения - Страница 3

Глава 2

Сложно описать ощущения от этого портала. Тебя как будто заживо сжигают на костре, затем горстку пепла, которой ты становишься, подхватывает мощный порыв ветра и носится с тобой, как маленький тайфун. После чего тебя снова собирают из мелких чешуек пепла в нечто гуманоидное. Вот именно с такими ощущениями ты вываливаешься на что-то твердое, отбивая себе все, что только есть у человека сзади. И единственное, на что хватает сил,— так это сжаться в позу эмбриона и еле слышно стонать от охватившей тело боли. Именно это я и делала, вдыхая воздух в истерзанные легкие только для того, чтобы тут же выдавить его из себя в мычании. На крик меня уже не хватало. В глаза как песка насыпали, но я всё-таки смогла поднять веки и сквозь слезы увидела второе такое же нагое тело, катающееся по полу. Его пытались поднять какие-то тени. Только через несколько секунд я поняла, что это не тени, а люди в черных балахонах. И не поднять они его пытались, а разогнуть и влить какую-то жидкость из прозрачной склянки. Как-то помочь ему и воспрепятствовать действиям теней у меня не было ни малейшей возможности, как и уверенности, что это необходимо. Мне даже глаза открытыми удержать не удавалось, так что происходящее улавливала лишь кусками. Вот обладатели черных балахонов всё-таки смогли разжать челюсти Оркуса, и жидкость частично оказалась во рту мужчины, а частично расплескалась на подбородок и грудь. Вот они уже обернули Гарахи в ещё один балахон. А вот я вижу уже только их удаляющиеся спины. Мое корчащееся тело никого не интересовало, а боль все не утихала.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем рядом со мной оказался кто-то ещё, меня резко разогнули, грубо схватили за лицо, заставили открыть рот, и я закашлялась от вдруг хлынувшей в глотку жидкости.

— Пассию учителя в комнату рядом. Раз уж лорд Гарахи решил взять ее с собой, то приведите в порядок,— пробился недовольный голос сквозь вату в ушах.

Меня подняли над полом и стремительно куда-то понесли. Света во всех пересекаемых и посещаемых помещениях было немного, везде царил полумрак, за что я была благодарна, ещё и удар светом глаза сейчас не пережили бы.

В итоге мое тело довольно небрежно было брошено на что-то мягкое, после чего шаги удалились, и хлопнула дверь. А я медленно возвращала себе контроль над конечностями, да и вообще над всем организмом. Не знаю, что такое было в той жидкости, что в меня влили, вкуса она вообще не имела, как и запаха, но боль отступала, постепенно возвращая мне способность мыслить. Я кое-как подняла дрожащие руки, протерла мокрые глаза и наконец полноценно смогла их открыть. Огляделась: меня принесли в какую-то темную комнату с большой кроватью, комодом, зеркалом и не разожженным камином. Скудный свет давал магический светильник у потолка, работавший в десятую часть стандартной яркости. И только теперь до меня дошло, что я жива! Что у нас с Родькой все получилось, и мы вернулись туда, где знали лорда Гарахи, а, значит, по правильному адресу! Нас не разорвало на атомы и не распылило по Вселенной!

— Ну, насчет первой части последнего утверждения я бы всё-таки поспорила,— хмыкнула сама себе. Ко мне как будто возвращалась былая жизненная наглость, более присущая демонам, которая несколько поугасла в бытность в моем мире.

Осмотрела себя. Да, скажи этому миру привет в своем родном теле… Надеюсь, Айну нравятся русые и бледные? Ну, синие же нравились, а я, почти не бывающая на солнце, уже в голубизну кожей отливать начала… Рассмеялась бреду в своей голове, провела руками по кровати, приподнялась, сдирая покрывало и намотала его на себя на манер тоги. Нет, ну не в стиле ню же тут гарцевать. А чувствовала себя я все лучше и лучше. И улыбка с лица не сходила. Пусть и кривил ее тот факт, что меня тут за женщину Родьки приняли, ну да это не впервой. Только теперь, думаю, Гарахи поможет мне эту информацию опровергнуть, тогда как в моем мире он особо на этом моменте и не заморачивался.

Тут раздался стук в дверь, после чего она медленно открылась, и в комнату вошел Оркус, поддерживаемый одним из «балахонов». Точнее, чтимого местным культом или что там у них ученого практически внесли на руках. На мужчине был надет халат из мягкой даже на вид, серой ткани.

— Дальше я сам,— Гарахи отослал своего сопровождающего взмахом руки и кое-как доковылял до кровати на нетвердых ногах, упал рядом со мной. Я подобрала нижние конечности.— Прости, что они тебя там кинули,— он покачал головой.— Как только смог говорить, сказал им тебя забрать и обо всем позаботиться.

— Воспитывать их ещё и воспитывать. И они тоже уверены, что я — твоя пассия,— хмыкнула, отмахиваясь от его извинений.— Не прибили ненароком — и ладно. Главное, что свое дело с порталом они провернуть смогли и перенесли нас, не разобрав на запчасти к зоргам.

Оркус усмехнулся в ответ:

— Мне было сложно объяснить им, почему тащу с собой ещё одного человека, так что это я им сказал, что ты в таком статусе моей женщины. Это было короче, чем пояснять, кем ты являешься. Не волнуйся,— тут же поднял он руки, заметив изменение выражения моего лица.— Уже заявил об обратном. Завтра ещё раз скажу, для пущей убедительности,— мужчина не удержался и широко зевнул.

Я тут же повторила за ним, едва не вывихнув челюсть.

— А сейчас нам надо поспать. Побочное действие той настойки, что нам с тобой дали, мне только что объяснили,— проговорил Оркус уже заплетающимся языком, пихнул меня в бок.— Двигайся давай, я до своей комнаты уже не дойду.

— И смысл тогда в твоем объяснении этим адептам о том, что я не в твоем вкусе? — вяло огрызнулась, но место для мужчины освободила. На такой кровати четверо таких, как мы, поместится.

— Да ну их, эти объяснения,— Гарахи уже устроился рядом, по стандартной своей манере складывая ладони вместе и подкладывая их под щеку.— Завтра разберусь.

Я даже отвечать не стала, только отвернулась от сопящего горе-ученого.

— Сколько спать-то будем? — решила вдруг спросить, потому как столь резкое отключение, да ещё и определенная побочка намекала на конкретные цифры.

— Я — часов семь, ты — где-то чуть больше суток,— сонно проговорил Гарахи.

— А чего такая разница? — нашла в себе силы удивиться.

— Потому что я — маг. А здесь это — аргумент.

— Да ради Хараша, посплю подольше, я не в накладе,— фыркнула.

Глаза закрывались неумолимо, и не было никакой возможности удержать их открытыми. Нечто подобное я уже в своей жизни испытывала после укола седативного наркоза перед операцией.

Когда открыла глаза, в освобожденное от темных штор окно бил солнечный свет. Судя по всему, день был в самом разгаре. С удовольствием потянулась, хрустя суставами. Да, настолько хорошо я не высыпалась, кажется, ни разу за последние два года. Повернула голову, ища Оркуса, но вторая половина кровати была пуста. Что ж, ожидаемо. Он уже почти день в этом мире обживается заново, да и мне пора заняться тем же в новом мире-старом теле. Или наоборот, это как посмотреть. Только хотела подняться, как в дверь постучали с той стороны. Я замерла, ожидая посетителя, но никто не вошел, только стук повторился.

— Войдите,— проговорила, поняв, что там ждут разрешения.

После вчерашнего представления я рефлекторно ожидала увидеть очередного «брата» в балахоне, но нет, в комнату вкатила сервированный на одну персону столик миловидная девушка в скромном сером платье и белом переднике.

— Доброе утро,— она дружелюбно улыбнулась и склонила голову в легком поклоне.— Лорд Гарахи приказал подать завтрак.

— Ну, раз приказал, то кто мы такие, чтобы ослушаться? — иронично хмыкнула я, ощущая, что есть хочу просто зверски. Ну ещё бы, столько проспать, организм, должно быть, в шоке от подобного графика.

— И ещё, вам передали одежду, переодеться,— девушка вынула из нижнего отдела столика сверток и положила его на кровать.— Как закончите с завтраком, позвоните в звоночек, и я приду за посудой,— она вновь поклонилась и скрылась за дверью.