"Фантастика 2026-156". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 126

Но что бы Эрта ни делала сегодня, Юдейр не забывал. С каждым касанием он делался все грубее и грубее, пока не понял, что причиняет вред женщине, в общем, безвинной. Достоинство его никак не реагировало, и в конце концов мужчина оттолкнул Эрту. Сегодня последняя ночь, когда он мог бы насладиться привилегиями, дарованными таншей. А вместо этого только танша перед глазами и стояла.

– Проваливай, – пренебрежительно бросил Юдейр Эрте.

– Юдейр? – осторожно позвала женщина. – Что-то случи…

– ВОН!

Собрав вещи и наскоро одевшись, Эрта исчезла. Юдейр в ярости зарыдал.

Когда танша огласила решение возглавить вылазку за приближающимся и поднадоевшим ей преследователем под красными знаменами, Дан рванулся с места первым:

– Тану, разрешите начать приготовления?

Бансабира перевела на подчиненного такой полный пренебрежения взгляд, что тот, дрогнув, даже невольно усомнился, звали его вообще на это собрание или нет.

– Что? – невозмутимо спросила танша. Дан, уверенности ради, даже заозирался по сторонам – может, кто еще так же вскочил со стула и это не ему сейчас влетит непонятно за что? Но нет, стоял только он. Очевидно, именно его угораздило перебить главнокомандующего на полуслове, да еще и явно промахнувшись выпадом. Дан скрипнул зубами и приготовился каяться.

– Долго еще будешь гвоздем стоять, Дан Наглый? Сядь на место, – велела танша ледяным тоном. Тот еще потаращился на таншу несколько секунд и с недоумевающим выражением на лице плюхнулся обратно. Не влетело, значит.

– Все, здесь собравшиеся, прекрасно знают, что тан Сабир поручил нам вклиниться в ребро Синего танаара. Однако эти два месяца было полно другой работы, не говоря о том, что красные заставляют нас мотать крюки по всей полосе.

– Так давайте сразимся с ними, – безапелляционно заявил Такул.

– Я тоже давно это предлагаю, – авторитетно поддержал Гобрий. – Хватит уже бегать от них!

– Вот и я о том, Бану, – вступился Нер. – Отец уже замотал меня письмами! Требует отчетности об успехах нашей кампании.

– Любезный свекор не в том положении, чтобы вообще чего-то от нас требовать. Он-то сам предпочел спрятаться за стенами фамильного чертога и откупиться от обоих сыновей. Причем, судя по всему, от одного – наследством, а от другого – приданым, пока сам он занят какими-то сомнительными делами.

– Бансабира! – взметнулся Нер.

– Тану, при всем уважении, – деликатно намекнул Гистасп, – все же не стоит…

– Обсудите без меня, что, по-вашему, и как мне стоит или не стоит. Мы здесь не за этим. Ладно Нер и Такул, но ты, Гобрий, – обратилась женщина к командиру, – из присутствующих едва ли не самый опытный командующий, лучше меня должен знать, что тот, кто чаще всего побеждает в битвах, чаще всего проигрывает в войне. Вступать в серьезный бой с алыми до тех пор, пока сюда не явится Ранди Шаут или хотя бы один из его земных сыновей, бессмысленно и бесполезно. В качестве пленников ценны только они, а ту прорву бастардов, которых Шауту нарожали бесчисленные водные жены, политической выгодой не назовешь.

– Но сократить их количество будет нелишним, – вставил Гистасп, не опровергая мысли, что так называемые акбе – водные дети – мало чем отличаются от бастардов. В отличие от Нера.

Тот посчитал нужным высказаться по этому поводу. Дослушав мужа, Бансабира обвела всех взглядом.

– Может, кто-то из вас не сообразил, но это не совет. То, что я беременна, не значит, что стала добрее. И на месте некоторых из вас, – Дан пристыженно вжал голову в плечи, – я бы либо сама кинулась под нож в ближайшей бойне, либо помолилась, чтобы танша – то есть я – померла в родах. В противном случае однажды я припомню всем болтунам мое потраченное зазря время.

Сменив тон на еще более сухой и неопределенный, танша выговорила:

– Согласно донесению разведки, во главе преследователей очередной акбе. Две с половиной тысячи или около того. Я возьму только свое подразделение, но вместо Дана пойдет Гистасп.

– Слушаюсь, – со скучающим видом отозвался Гистасп.

Мигом поднялся хай.

– Вы не можете так рисковать, вам нужно больше людей, – заявил Гобрий.

– И не в твоем положении, Бану! – влез Нер. – Я тебя не пущу!

Гистасп кашлянул, услышав подобный запрет. Бансабира даже позавидовала, что не может хотя бы в той же мере открыто выражать эмоции.

– Верно! Я могу повести войско сам, – заверил командир третьего подразделения.

– Любой из нас, – поддержал командир пятого.

– Или даже я, если вы позволите, – робко предложил вице-командир первого. И продолжил тут же, куда смелее: – Доверьте это мне, тану!

– Ты вообще отстранен от участия в собраниях на ближайший месяц, – невозмутимо заметила танша.

Дан оторопел.

– Но тану! – жалобно проскулил он. – За то, что я?.. Я же ваш вице-коман…

Повысив голос, чтобы перекрыть остальных, Бану произнесла:

– В мое отсутствие Гобрий остается за главного. С места не сниматься, муштровать ряды. Такул, будешь отвечать за пленных вместо командира. Раду, займись приготовлениями. Гистасп, Гобрий и Серт – останьтесь, обсудим стратегию. Если вопросов нет, остальные свободны.

Мужчины разошлись. Кто-то ушел сразу и без лишних слов (например, Раду – Бансабире достаточно было глянуть на него, чтобы телохранитель все понял; участие его отряда в вылазке даже не обсуждалось – и так понятно, что они в деле), а кто-то уходил нехотя, задерживаясь, скрипя зубами и сжимая кулаки.

Координировать сражение Бану оставила Гистаспа, к впечатляющему недопониманию последнего. Он не стал задавать вопросов, но поглядел как-то так, что Бансабира непроизвольно вздохнула. О чем-то подумав, танша бросила на командующего ответный взгляд, которого вполне хватило, чтобы Гистасп понял – девчонка просто хочет в авангард. Что ж, почему бы и нет. Рубка хорошо прочищает голову, а у танши там сейчас, поди, полный бардак. Да и на душе наверняка скверно. В конце концов, ну кто их ведет?

Билась Бану отчаянно, с наслаждением. Так, как не сражалась, наверное, со времен Багрового храма. Разве что был потом еще один раз, в поединке с Маатхасом на берегу Бенры, но ведь…

Слишком много пришло разочарований с момента ее возвращения на родину. Стоило ли оно того, это возвращение? Может быть, фамильный чертог внесет хоть какую-то ясность и успокоит растревоженное сознание, раскаленное до белизны измышлениями и усталостью?

В любом случае сейчас был не лучший момент для сомнений. Лагерь разросся до пяти тысяч копий, и половина из них моталась с ней по стране больше года. Сомневаться теперь поздно – иначе все прошедшее будет напрасным. Нельзя бросать дела на полдороге. Надо доделать начатое и сдавить уже удавку на шее раману Тахивран, а заодно – помочь отцу объединить северные кланы.

Бансабира билась, не зная устали, безотчетно убивая красных, мечась по полю битвы, как свирепая тигрица. Все ее телохранители и Серт с его отборной сотней находились неподалеку. Только Гистасп, как командующий, держался поодаль, следя за сражением и соревнуясь в тактике с командиром противника. Ну и иногда украдкой любуясь молодой таншей.

Не самый плохой ход поставить его во главе. Если разведка врага сообщила, что командовать вылазкой будет Бану, и противник, разузнав, сумел подготовиться именно к ее приемам в командовании, то сейчас у руля оказался Гистасп. Действуя по ситуации, он довольно ловко поворачивал ход сражения в нужное русло, опровергая ожидания алого командира и отправляя на жертвенный алтарь Шиады все вражеские разработки.

Однако авангард всегда авангард, и его мало что спасало. Громадное множество противников в двух центрах сражались лоб в лоб. Разобравшись с очередной группой окружения, Бансабира наконец осознала, что дыхание у нее уже как у загнанной лошади. Огляделась: похоже, она прорвалась на полсотни шагов дальше своих людей. Так даже лучше. Грязной по локоть рукой попыталась стереть пот со лба – и упустила момент, когда к ней подоспела очередная порция неприятелей. Поморщилась, завела меч…