Не дожить до смерти (СИ) - Рудин Алекс - Страница 12

— Вы так и будете стоять на крыльце? — нетерпеливо спросил Зотов.

— Сами же хотели прогуляться.

— Да, — кивнул я, стряхивая с себя задумчивость. — Идёмте.

Мы неторопливо шли по бульвару, стараясь держаться в тени желтеющих лип. Никита Михайлович оказался прав — я провёл в камере всего несколько часов, а воздух Столицы уже казался мне особенно свежим и приятным. Насколько же хорошо дышится после того, как проведёшь в камере несколько лет?

И снова Никита Михайлович угадал мои мысли.

— У вас такое выражение лица, как будто вы половину жизни просидели в Петропавловской крепости, — рассмеялся он. — Где там ваша нужная дверь?

Я постарался прогнать тревогу и пожал плечами.

— Не знаю. Но рано или поздно она обязательно нам попадётся. Давайте не будем подгонять магию.

Мы дошли до конца бульвара и свернули на улицу Маленьких Сов. Через дорогу я увидел надпись над дверью: «Магазин игрушек». И вспомнил о том, что скоро у Мишиной дочурки день рождения.

— Давайте зайдём в лавку, — предложил я Никите Михайловичу. — Я хочу купить подарок.

— Да, сейчас самое подходящее время для покупок, — согласился Зотов. — Предлагаю вам заодно прогуляться по столичным рынкам. А Незримая библиотека подождёт, никуда не денется.

В его голосе ясно звучал сарказм, но я предпочёл не отвечать. Пересёк улицу и потянул на себя входную дверь. А Никите Михайловичу волей‑неволей пришлось последовать за мной.

Эта лавка привела бы в восторг любого ребёнка. Каких только игрушек здесь не было! Они блестели, пестрели, жужжали, двигались и притягивали к себе взгляд.

Я выбрал большую куклу, которая наивно хлопала голубыми глазами и умела звать маму.

— Заверните её и отправьте на Каштановый бульвар, в бывший дом скульптора Померанцева, — сказал я хозяину лавки, расплачиваясь. — Это подарок.

— Будет исполнено, ваша милость, — кивнул лавочник. — Не сомневайтесь, малышке эта кукла понравится. У меня самого двое сорванцов, так что я хорошо разбираюсь в игрушках.

— Теперь вы довольны? — нетерпеливо спросил Зотов. — Мы можем идти дальше?

— Можем, — согласился я и повернулся к двери.

На моём лице появилась невольная улыбка.

— Смотрите, Никита Михайлович.

Я показал на рисунок, который был нацарапан школьным мелом на обратной стороне двери. Рисунок изображал открытую книгу.

— Видите?

— Это мой младший нарисовал, — объяснил хозяин лавки. — У него сейчас такой возраст: рисует что угодно и где угодно. Уверен, что собирается стать художником.

— Может быть, и станет, — улыбнулся я. — Всего хорошего.

Я толкнул дверь, и мы оказались в Незримой библиотеке. Бесчисленные стеллажи с книгами терялись в огромном пространстве. С невидимого потолка лился мягкий серебристый свет, а над письменным столом Библиуса неторопливо вращался огромный золотой глобус.

Самого Библиуса я не увидел, зато заметил горы книг, которые лежали прямо на полу.

Здесь были не только книги в привычных кожаных переплётах. Я увидел свитки в прочных деревянных футлярах, связки кожаных ремешков с завязанными на них узлами, плоские ящички с разноцветными камнями, большие засушенные листья каких‑то неведомых растений.

И всё это были книги.

Но почему они не лежат на стеллажах, а высятся грудами на полу?

— Давненько я здесь не был, — мечтательно сказал Зотов. — Помнится, раньше в библиотеке был образцовый порядок, а сейчас всё здорово изменилось.

— Вы не поверите, я был здесь совсем недавно, но тоже удивлён, — ответил я. — Хорошо бы выяснить, что здесь произошло и куда подевался Библиус.

Откуда‑то из глубины библиотеки негромко слышалась чарующая восточная музыка.

— Библиус, ты здесь? — крикнул я.

— Салют, Александр! — донеслось издалека. — Я в круглом зале. Идите сюда.

— Идёмте, — кивнул я Зотову. — Поглядим, что там происходит.

С каждым шагом музыка становилась громче. А когда мы добрались до круглого зала, то увидели удивительное зрелище.

Возле фонтана, прямо на полу, сидели музыканты в ярких халатах. Они самозабвенно играли на самых странных инструментах, которые я когда‑либо видел. Один дул в огромную дудку, которая размером превосходила самого музыканта. Другой играл на скрипке, которую смастерил из сушёной тыквы. Третий стучал палочками по тонким деревянным пластинам.

Рядом с музыкантами соблазнительно извивались под ритмичную музыку танцовщицы в полупрозрачных одеяниях. Мне редко приходилось видеть настолько красивые движения: в этих девушках словно текла чистая энергия стихий.

С другой стороны фонтана были расставлены низкие подиумы, а на них торжественно возлежали слушатели. Кроме Библиуса и Кирилла Алексеевича Стременного, здесь были шаман Акатош и какой‑то незнакомый старик в пышном тюрбане и длинном чёрном халате.

Старик доброжелательно взглянул на нас, а Библиус махнул рукой:

— Проходите. Сейчас будем пировать.

— Что у вас тут происходит? — спросил я, стараясь говорить громче, чтобы перекрыть музыку.

— К нам прибыл дорогой гость из Лачанги, — объяснил Библиус. — Он привёз книги для нашей библиотеки. Теперь мы празднуем его приезд.

Тут Библиус заметил Зотова и приятно удивился.

— Давно ты здесь не бывал, — с улыбкой сказал он. — Тебе следовало бы почаще заглядывать в библиотеку.

— Возможно, — согласился Никита Михайлович. — Но мне вечно не хватает времени. Проклятые дела наваливаются без перерыва. Вот и сейчас мы пришли по делу.

— Дело может подождать, — непреклонно покачал головой хранитель Незримой библиотеки. — Позвольте познакомить вас с нашим уважаемым гостем. Это Рашид ибн Мунир, почтенный хранитель Незримой библиотеки магического города Лачанги.

Старик в тюрбане легко поднялся с подиума. Несмотря на свои преклонные годы, он выглядел вполне крепким.

— Сердечно рад встрече, уважаемые, — поклонился он.

Затем пригляделся ко мне, и его внимательные глаза расширились от удивления.

— Господин Тайновидец, это ведь вы спасли мой родной город от нашествия песчаных джинов? А потом открыли для нас портал в другие миры? Я мечтал познакомиться с вами. Вы всегда будете желанным гостем в Незримой библиотеке Лачанги.

— Благодарю вас, — улыбнулся я.

Библиус громко хлопнул в ладоши, и музыка на мгновение смолкла.

— Время пировать и праздновать, — объявил хранитель Незримой библиотеки. — Александр, что у тебя в коробке?

— Торт, — ответил я.

— Поставь его на стол, а я налью вам вина. Или ты предпочитаешь кофе?

— Мы не можем пировать и праздновать, — нахмурился Зотов. — У нас очень важное и совершенно неотложное дело.

— Рассказывайте, — вздохнул Библиус.

— Сегодня ночью погиб князь Долгоруков, — объяснил я. — И меня подозревают в его убийстве.

— Долгоруков… — нахмурился Библиус. — Кажется, я его помню. Он был здесь один раз, очень давно, и сразу мне не понравился. Не думаю, что я буду сожалеть о нём.

— Мне от этого не легче, — усмехнулся я. — Имперское правосудие против того, чтобы кто‑то убивал людей, пусть даже они этого и заслуживают.

— Если тебя обвинят, я предоставлю тебе убежище в своей библиотеке, — решил Библиус. — Здесь тебя никто не найдёт.

— Благодарю за предложение, — улыбнулся я. — Но мне не хочется провести остаток своей жизни среди книжных полок.

— Заодно можете предоставить убежище и мне, — вмешался Зотов. — Потому что, если Александр Васильевич сбежит, император не оставит меня в покое.

— Вижу, что дело серьёзное, — согласился Библиус. — Так чем я могу вам помочь?

— Нам нужны книги по ментальной магии, — объяснил я. — Кто‑то наложил на меня заклятие через подставных лиц, и я хочу выяснить, как такое возможно.

— Все книги этой библиотеки к вашим услугам, — кивнул Библиус и вернулся на свой подиум.