Последнее письмо из Камбоджи - Юрьева Влада - Страница 11

И все-таки Ида настояла на том, чтобы тело осмотрел Уваров. Фил считал это одновременно блажью и способом испытать новенького… Как оказалось, зря. Даже он, знавший Иду много лет, порой допускал такую досадную ошибку, как приписывание ей обычного человеческого поведения. А она на заданиях не руководствовалась эмоциями, ее интересовала исключительно польза – и Уваров эту пользу принес.

Он возился с телом долго. Он просмотрел отчет, но записи его почему-то не удовлетворили. Он был внимателен, наклонялся к трупу вплотную, и в какой-то момент даже Филу стало не по себе, а лицо его спутника при этом оставалось каменным. Хотя зрелище то еще… Уже смерть Марии была чудовищной, а ее еще и нашли через две недели. В эти дни шли дожди, потом стояла сильная жара, и это тоже повлияло на состояние тела. Но Уваров будто не замечал очевидного… Хотя он при обучении наверняка проводил вскрытия, его таким не испугаешь.

Фил допускал, что с подобным подходом его спутник захочет и внутрь тела заглянуть, но нет, грубоватые швы Уваров оставил нетронутыми.

– Ее пытали, – наконец сказал он, отстраняясь от трупа.

– Да, можно и так сказать.

– Только так и можно сказать. Это была профессионально выполненная пытка, призванная причинить максимальное страдание, сохраняя при этом жизнь жертве. Полагаю, от нее хотели каких-то ответов или действий.

– Откуда ты знаешь? – нахмурился Фил. – Про пытку. Если ты прав, с твоими выводами насчет мотива я согласен.

– Давай начнем с того, почему я не согласен с выводами полиции. Да, при эмоциональном убийстве мужчина способен избить женщину настолько сильно. Но при этом травмы будут сосредоточены в определенных зонах – всегда на лице, часто – на груди и животе. На руках и ногах при этом скорее оборонительные травмы, нападающий не ставит целью переломать руки или ноги. Но в случае Климовой травмы как раз сосредоточены в зонах, где они не стали бы смертельными, однако причинили бы очень сильную боль.

– На лице травмы тоже есть.

– Есть, и очень серьезные. Но при этом зубы не выбиты, они вырваны по одному, а челюсть и нос сломали уже потом, как раз ударами. К тому же отрезание пальцев – это известная, не требующая большого ума техника пыток. И она тут такая не одна… Я могу быть не прав, я в своих выводах опираюсь только на то, что видел как врач – и в плане бытового насилия, и в плане намеренных пыток, мне доводилось помогать и военнопленным.

– Это много, – задумался Фил. – Интересно… Нет, возможно, это тоже проделал талантливый мистер Рю. Но в его прошлом мы не нашли ни намека на такие умения. Впрочем, прошлое подчищается, нам ли не знать?

– Кстати, о мистере Рю… У тебя есть фотографии с места обнаружения тела?

– Они в папке, под тем отчетом, на который ты взглянул одним глазом и позабыл навсегда.

– Я даже половиной глаза взглянул, – невозмутимо уточнил Уваров. – Не люблю сбивать свое мнение чужим.

Вот теперь он смотрел на файлы внимательно, он не просто изучал их – он искал что-то! Это интриговало настолько, что Фил чуть не задал вопрос, сдержался лишь в последний момент. Захотелось улыбнуться, но из уважения к мертвой женщине он сдержался.

Надо же… Предполагалось, что только Фил будет испытывать новичка. Но, похоже, и Уваров внимательно наблюдал за ним, проверял, как с ним лучше общаться, насколько он терпелив. Или, может, Фил придумывает лишнего? Нет, вряд ли. Ошибкой будет скорее считать Уварова туповатым доктором-добряком, который Иде заменяет в постели плюшевого мишку. Сестра увидела в нем что-то, ради чего пошла на риск, об этом нельзя забывать…

Выводов Фил пока не делал, но отметил, что Уваров справляется отлично. Минимум эмоций, и он не отвлекается на мелочи. Ему все равно, как ему обеспечили доступ к телу, если это было сделано. Возможно, он войдет во вкус новой жизни быстрее, чем предполагалось.

Пока Фил размышлял об этом, его спутник вел себя все более странно. Он достал из папки несколько фотографий, разложил их на столе и внимательно изучил. Потом вернулся к трупу, склонился над изуродованным лицом вплотную, да еще и сфотографировал… Нет, не сфотографировал, просто использовал функцию увеличения. Наконец Уваров нашел среди бумаг отчет, присланный лабораторией, и кивнул своим мыслям.

Он убрал бумаги обратно в папку, обернулся к Филу и объявил:

– Я знаю, где может быть Рю.

И вот теперь проверка новенького окончательно слетела с прогнозируемых рельсов – ничего подобного Фил не ожидал. Он не брался сказать, каким чудом ему удалось продолжить беседу так, будто ничего особенного он не услышал… Видно, опыт помог.

– И где же?

– Предполагать бесполезно, проще съездить и проверить. У меня к тебе только один вопрос: мы будем и дальше справляться вдвоем или вызовем кого-нибудь из твоей родни? Есть предположение, что в ближайшее время нам понадобится грубая сила.

– Новые правила не так уж сложны, не пугайтесь раньше срока!

Предупреждение запоздало: напуганы были все, кто находился в комнате… Кроме хозяев положения, разумеется, но им-то бояться нечего.

Да и как сохранить спокойствие после такой дороги? Когда до Дианы дошло, что сбываются ее худшие страхи и никто ее уже не выпустит, она замолчала, напряглась, замкнулась в себе. Она всегда так делала, еще со времен… происшествия. Она давным-давно усвоила: ни слезы, ни крики ей не помогут. Если она ничего не может сделать прямо сейчас – лучше поберечь энергию, а не изматывать себя буйными рыданиями.

Соня об этом не знала, она выросла в совсем другой обстановке. Поэтому в машине она плакала, умоляла водителя пощадить их, даже деньги предлагала. Как будто их деньги и так не достанутся ему! Через зеркало заднего вида Диана наблюдала, как ухмыляется водитель. Он вел себя именно так, как она ожидала. Впрочем, объяснять все это Соне не было смысла, подруга была не в том состоянии, чтобы воспринимать информацию спокойно.

Сначала Диана еще пыталась запомнить дорогу, потом поняла, что это бесполезно. Во-первых, путь слишком долгий, чтобы преодолеть его без машины. Во-вторых, не было смысла возвращаться именно туда, откуда ее украли. Здорово, конечно, что там аэропорт… Но ей нужна будет в первую очередь защита, а не билет на самолет, для этого подойдет любой город с полицейским участком.

Хотя пока городов не было… Она понимала, что водитель наверняка намеренно выбирает самый безопасный для его цели маршрут, и все же ощущение, будто они оказались в параллельном мире, где цивилизации нет вообще, крепло с каждой минутой. Что, если водитель – это какой-то местный маньяк? Он воспользовался положением, чтобы похитить их, а теперь обязательно убьет! Поэтому ему и плевать на то, что его засняли камеры в аэропорту: он сумасшедший, он не верит, что наказание вообще возможно.

Когда они свернули с более-менее цивилизованной дороги на какую-то земляную ленту среди высокой травы и машину сильно затрясло, ощущение лишь окрепло. Диана всерьез подумывала о том, чтобы присоединиться к Соне: может, совместными усилиями у них получится пробить решетку, защищающую водителя? Но Соня к тому моменту предсказуемо выбилась из сил и тихо хныкала у окна. Получается, рассчитывать Диана могла только на себя – как всегда!

Худшие опасения не оправдались: водитель все-таки не потащил их в джунгли… точнее, потащил, но это тоже было частью пути. Местность менялась, Диана видела воду, блестящую среди стволов деревьев, потом и вовсе была река, которую они миновали по широкому деревянному мосту, казавшемуся относительно новым. После этого они добрались до пункта назначения… и довольно странного пункта!

Похоже, изначально это была какая-то база – то ли военная, то ли исследовательская. Ее основой стали два двухэтажных здания, потрепанных непогодой, однако еще вполне крепких, оснащенных кондиционерами – их побитые ржавчиной ящики нависали на стенах, как грибы. Чуть поодаль располагалась вышка, явно очень старая, но, судя по проводке, восстановленная и использующаяся. Оно и понятно: в пути Диана пыталась позвонить, однако этим лишь насмешила водителя, сигнала на дороге не было… Здесь-то явно был, но в том, что никто не даст ей связаться с внешним миром, она даже не сомневалась.