Иноходец 8 (СИ) - Рымжанов Тимур - Страница 34

Возвращаюсь в кабинет, перешагивая через тела воющих от боли гвардейцев, наставляю пушку на Горина.

— Приятно было познакомиться, любопытный незнакомый дядя, но увы, дружба у нас не наладилась.

— Да кто ты, мать твою, такой? — хрипит мужик, пуская изо рта кровавые пузыри.

— Я Коля Морозов, к которому отнеслись очень невежливо и недружелюбно, какие-то дурные мужики. Которых я сейчас с потрохами сдам в жандармерию.

Еще когда меня завели в кабинет я заметил на письменном столе мой рюкзак, в котором лежал нейроком и киберстанция. Порывшись в нем достал устройство и нацепил себе на голову. Как только прошло соединение, тут же набрал номер экстренной службы.

— Диспетчерская экстренных служб, что у вас случилось?

— Здравствуйте. Меня зовут Морозов Николай Александрович. Какие-то люди похитили меня с орбитальной станции «Горизонт четыре» и привезли на Землю. Я точно не знаю где я нахожусь. Но я могу оставить включенным мой нейроком, а вы определите мое местоположение.

— Вызов приняла, — сдержанно отвечает оператор на том конце. — С вами все в порядке?

— Не совсем, меня два раза долбанули станером, и пытались применить ко мне физическую силу и побои, люди были вооружены, поэтому я воспользовался их оружием для самообороны. Теперь им всем требуется срочная медицинская помощь.

— Мы определили ваше местоположение господин Морозов, оперативные группы и медики уже в пути ожидайте. Вам требуется психологическая поддержка?

— У вас приятный голос, но нет, не требуется, я вполне контролирую ситуацию. Предупредите пожалуйста жандармов что до их появления я буду вооружен. И пусть, когда придут, назовут мое имя, тогда я уберу оружие.

— Я обязательно передам вашу просьбу господин Морозов.

— Спасибо. Я не отключаю связь.

Пока не подоспели жандармы, принялся разбираться с тем что успел тут начудить. Если только те двое что рухнули вниз не сломали себе шеи, то скорее всего все выживут. Лечение в медкапсуле им, конечно обойдется не дешево, ну а чего они хотели, когда соглашались на такую работу, на которой приходится похищать инопланетных пришельцев с неизвестными способностями и гастрономическими предпочтениями.

Осмотрев всех присутствующих положил работающий нейроком на стол и вновь подошел к Горину.

— Оклемался маленько? Никакой адвокат не сможет тебя вытащить из этого замеса, любопытный дядя. С таким уровнем подготовки бойцов и совершенным наплевательством на элементарные меры предосторожности, тебе ничего не светило изначально. Теперь вас не только жандармерия, теперь еще и тайная стража станет выворачивать всех мехом внутрь, и тянуть цепочки и ниточки до тех пор, пока не докопаются до заказчиков этого похищения, и тех, от кого вы узнали о проекте. Вы только что сели голым задом в осинник. Впервые вижу таких дурных и расслабленных солдатиков. Набрали по объявлению? Хоть бы приличия ради, наручники на меня надели. На самом деле это вам бы не помогло, но вдруг. Не знаю, привязали бы по рукам и ногам к мебели, вкололи бы какой-нибудь дряни, чтобы язык мне развязать.

Вокруг дома уже садились флаеры оперативных служб, внизу хлопали двери и был слышан топот ног штурмового отряда.

Я вновь надел на голову нейроком и разложил на столе все то оружие что успел отобрать у гвардейцев, закинул свой рюкзак на плечо, чтобы в общей суматохе не попал в число вещдоков.

— Это спецгруппа жандармерии Николай Александрович! — громко выкрикнули из-за двери.

— Входите, здесь темно, я без оружия и стою с поднятыми руками.

Жандармы были немного шокированы происходящим, но свою работу выполняли качественно. Меня, как и положено зафиксировали наручниками и оставили дожидаться выяснения всех обстоятельств в бронированной капсуле служебного флаера, пока медики развозили покалеченных похитителей. Через два часа прибыла парочка представителей контрразведки и сунув под нос жандармерии свои документы, пересадили меня в свой флаер уже без наручников. Сами во всех подробностях изучили место происшествия, оформили какие-то протоколы, вежливо поинтересовались требуется ли мне медицинская помощь или еще что, и только после этого повезли меня в столицу. Во время полета о чем-то долго докладывали и раздавали распоряжения по оперативным действиям. Причем, если я все правильно понял, то в дело уже вмешалась тайная стража. В результате всех этих маневров я оказался в кабинете главы контрразведки Беляева Константина Егоровича.

— У меня на рабочем терминале с раннего утра семьсот петабайт данных и отчетов только по вашей так называемой «стажировке», господин Морозов. Но с первых строк просто какой-то авантюрно-приключенческий роман. И кто позвольте спросить, научил вас таким приемам обращения со стрелковым оружием и острыми предметами? Это уж совсем не юниорские навыки, молодой человек. Вы же не просто стреляли куда попало, а целенаправленно крушили гвардейцам суставы рук и ног.

— Ну это же логично, Константин Егорович, чтобы не оказали сопротивления, но смогли дать показания.

— Это логично с точки зрения тренированного оперативного агента, опытного наемника, или профессионального убийцы, уж простите, но вы шестнадцатилетний мальчишка, которого лично император просил меня взять на службу, как я думал, престижа ради. Откуда в вас такая прыть?

— Я же наполовину эфеец.

— И как это понимать? Кто такие эфейцы?

— Раса боевых модификантов, чьи навыки и умения передаются по наследству потомкам обоих полов.

— Так, — вздыхает мой начальник, — понятно, навыки, это видимо сила и ловкость, скорость реакции и адаптации, но такие нюансы как продемонстрировали вы…

— Это уже из личного опыта, с ранних лет знался с наемниками, пиратами и прочими негодяями. И если я правильно понял, то вы еще не успели просмотреть все отчеты по экспедиции, как вы их назвали, авантюрно-приключенческий роман. Там тоже много чего веселого.

— Я это к тому молодой человек, что никак не ожидал такой сознательной активности от кадета, уж простите. Вы своими выходками затмили наших агентов первой категории. И как прикажете мне поступить?

— Я просто хотел показать себя как эффективный агент и на стажировке и в сегодняшнем инциденте, Константин Егорович. Я очень люблю свой новый дом и сделаю все возможное чтобы обеспечить его силу, независимость и процветание. И если для этого кому-то надо, уж простите, прострелить суставы, свернуть шею, или отбить битой, то добро пожаловать, обращайтесь в любое время, всегда готов.

— Вы меня смогли удивить Николай Александрович. По результатам вашей работы на оперативном просторе, так сказать, и после недоразумения, произошедшего буквально сегодня утром, я досрочно присваиваю стажеру с позывным «Чудь» первую категорию оперативного агента и настоятельно рекомендую взять длительный отпуск.

— Первая категория, это же в военной структуре приравнивается к званию майора.

— А вы там у себя на корабле, кем командовали. Я успел посмотреть некоторые отчеты. У вас капитаны и лейтенанты бегали в мыле как курсанты в зад ужаленные. Высокая психологическая устойчивость, самоконтроль, неординарные показатели тактического и стратегического мышления. Уникальные командные качества, ой как я хочу побольше таких специалистов у себя на службе.

— Большое спасибо, Константин Егорович, рад стараться, а вот отпуск мне точно не повредит. Играть роль кровожадного маньяка с параноидной шизофренией и слушать голоса у себя в голове несколько утомительно. Я очень хочу стать как прежде послушным мальчиком, который любит ковыряться в железках.

— Вот и слава богу, Николай Александрович. Я сам займусь вашим личным делом. Честно, думал, что вас просто тянут по карьерной лестнице аристократы. Вот и не обращал внимания. А вы оказывается убежденный и весьма подготовленный специалист. Боевой модификант, обалдеть можно, — улыбается начальник. — Чувствую миры Содружества еще немало сюрпризов нам подкинут.

В особняк графа Морозова я добрался только к пяти часам вечера. Дверь открыл привратник Семен: