Песня штормов. Трилогия (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 78

Когда до духа оставалось метров сто, его поведение изменилось. Прежде он кружил рядом с переходом, периодически вылетая вперед, делая выпады, стуча когтями и хвостом по деревьям, но не пересекая невидимой границы. Теперь он действовал иначе. Опустившись поближе к земле, дух сжался в комок, пристально глядя на людей, и громко, угрожающе зашипел. В ответ охотники разошлись: Анна и дядя Джон выдвинулись вперед, оставив между собой расстояние метров в пять, позади них пристроился Род, бока заняли готовые стрелять Ницы.

Буквально через десяток шагов дух бросился в атаку.

Возможно, Анна замешкалась бы, если бы не действия старшего Хингема. Стоило духу приблизиться, как вассал с выдохом кинул сулицу, мгновенно бросил заклятье молнии и отскочил назад, требовательно протягивая к племяннику руку. Все три действия заняли у него не более одной секунды. Легкое копьё ударило в окружавшую духа защиту, только сейчас ставшую видимой, и остановилось, не в силах пробить щит; молния бессильно разбилась на мелкие тонкие нити, безуспешно пытавшиеся пробиться сквозь преграду. Не столько осознанно, сколько повинуясь рефлексам, Анна выбросила от груди руки, посылая вперед снаряд.

Щит не выдержал. Снаряд взорвался.

Стальное крошево врезалось в морду и грудь летящей твари. Металл потерял скорость, заклятье истратилось на пробитие внешней защиты, но получившаяся картечь всё равно ударила с силой кузнечного молота, сбивая натиск духа. Стормсонг мимоходом порадовалась, что в её сторону ничего не прилетело, кусочки металла сохранили вектор – на тренировках снаряд не взрывался, он выпускал огненное заклятье, словно иглой прошивавшее толстые пни насквозь. Значит, при столкновении с активной защитой заклятье ведет себя иначе, будем знать…

Мысль ещё не оформилась, а вбитые рефлексы уже сплетали новое заклинание. От полученного удара духа слегка развернуло, его туша сместилась влево, туда, где находился Герхард и его младший сын. Длинная шея изогнулась, открылась украшенная роговыми пластинами пасть – и перед ней мгновенно вспыхнул сияющий желтым светом квадрат. Позднее Анна не смогла сказать, зачем она создала «Щит Харальда», почему разместила его именно там, напротив морды. По идее, следовало бы прикрывать себя, потому что Ницы находились дальше. Тем не менее, инстинкт потребовал, и наследница длинной династии магов‑боевиков повиновалась.

Поток зеленоватого пламени ударил в квадрат, расплескался по нему, волной стек на землю, на глазах превращая растения в кучу гнили. Щит продержался не более пары секунд, желтый свет мигнул и погас, едва структура заклинания разрушилась. Пламя с довольным шипением потекло сквозь воздух к Ницам – но было поздно. Они успели отшатнуться, одновременно создавая какую‑то простенькую защиту. Откуда‑то сзади прилетел и ударил в тело духа арбалетный болт, полыхнув пламенем в точке столкновения. Иномировая сущность издала раздраженный крик, прошедший сквозь щиты и на мгновение заставивший людей пошатнуться. Впрочем, практически сразу сэр Джон метнул толстую молнию, прервав необычную атаку. Оправившаяся Анна сорвала с пояса второй снаряд и направила его в противника, с радостью увидев, как металлическая болванка бьёт того в бок. От удара духа даже отбросило в сторону, вложенное проклятье гниения вырвало приличный клок чешуи. В тот же миг Герхард бросил очиститель, попав прямо в морду.

Дух рухнул на землю.

Один за другим в него впились три болта. Снарядов из металла у Анны не осталось, очистителей было жаль, поэтому она бросила молнию. И так очевидно, что враг повержен, осталось его добить. Организма как такового у облёкшихся плотью духов не существует, они почти целиком состоят из внешней оболочки, необычайно прочной и в то же время уязвимой. Малейшая прореха в ней подобна серьёзному ранению у человека. У стража, с которым они сейчас дрались, чешуя исчезла в нескольких местах, оттуда вместо крови сине‑зеленым светом истекала непонятная жидкость. Или не жидкость, потому что она испарялась, не успевая долететь до земли.

Окончательную точку в бою поставил сэр Джон. Словно мечом, он с разбега рубанул длинным наконечником копья по шее, ловко перехватил древко и сразу ткнул в пах. Дух застыл. Рыцарь сразу отскочил назад, окутываясь дополнительным слоем защиты, остальные охотники последовали его примеру.

Тело духа засияло, пошло трещинами, из которых выступила светящаяся субстанция. Недолго, буквально пять или шесть секунд. Затем по нему пробежала дрожь, свет мгновенно, словно по щелчку, исчез. И плоть осыпалась. Будто высохшая песчаная скульптура, потерявшая опору, она осела на землю, превратившись в кучу чего‑то, похожего на мелкую гальку.

Всё? Закончилось?

Сэр Джон предупреждающе поднял руку, повел головой, словно прислушиваясь. Иногда после гибели стража из перехода вылезал его напарник, помощник, миньон – как ни назови, смысл одинаков. Тогда приходилось снова сражаться. К счастью, скоро стало ясно, что сегодняшняя охота обошлась без сюрпризов, и других духов поблизости нет. Вообще нет, они старались держаться подальше от страшного собрата. Позднее они появятся, пролезут через оставшиеся без присмотра врата, но сейчас округа свободна и безопасна.

Улыбнувшись, дядя Джон опустил руку и повернулся к бывшей воспитаннице:

– Поздравляю с удачной охотой, леди!

Только после его слов Анна позволила себе облегченно выдохнуть. Вот теперь действительно – всё. Осталось собрать добычу, проверить проход, оценить возможность его запечатывания и вернуться домой. Краем глаза она посмотрела на Ницей, опустивших арбалеты, и тихо хмыкнула. Добычу надо ещё разделить. Пожалуй, рано расслабляться.

Глава 12

Проход в Царство напоминал темно‑синюю кляксу величиной в половину человеческого роста. Контуры его непрерывно изменялись, принимая то овальную, то трапециевидную, то иную форму, не имеющую названия, но неизменно со сглаженными, покрытыми протуберанцами очертаниями. Или так только казалось. Человеческий глаз плохо различал переходы, от взгляда на них он начинал болеть, кровоточить, спустя какое‑то время наблюдатель начинал слышать тихий шепот, погружался в транс и, если его не увести подальше, впадал в кому. Тело его становилось домом для любопытных духов.

Леди Стормсонг поддаться чуждому очарованию не боялась. Она с детства знала технику безопасности, соблюдала её и сама по себе была сильной, обученной магичкой, умеющей защищать сознание. Поэтому кляксу она разглядывала издалека, периодически отводя взгляд или вовсе отходя подальше от глубокой воронки, где та находилась. Проход открылся ниже уровня земли, и постепенно разрушил всю материю в ближнем радиусе.

– Мне его не закрыть, – мрачно, с сожалением сообщила она подошедшему сэру Джону. – Не знаю, как. Я всего два раза рядом с отцом стояла, когда он мелкие трещины закрывал.

Мужчина философски пожал плечами:

– У многих и того нет. Может, оно и к лучшему – за добычей далеко ходить не надо.

Вокруг воронки чего только не было! Кристаллы духов, псевдоживые деревья, непонятным образом уцелевшие под воздействием потока колдовской силы, измененная трава, грибы, похожее на гнёзда нечто, тяжело переваливающиеся муравьи длиной с локоть, и наверняка найдётся много чего ещё. Иными словами, рай для сборщика ингредиентов. Анна, однако, не согласилась.

– Чтобы оттуда духи лезли? Сам понимаешь: раз стража нет, скоро в наш мир всякая мелочь повалит. Нет, надо закрывать. Слишком близко к усадьбе.

– Тогда закроешь, когда научишься. Я серьёзно говорю: то, что проход останется открытым, в чём‑то даже хорошо. Ницы точно довольны будут.

– Кстати, по поводу Ницей, – Анна сделала легкий жест рукой, накладывая сглаз от подслушивания. – Что скажешь о них? Стоит им доверять?

– Ты о том, что добыча богатая? – с полуслова понял её дядя Джон. – Не переживай, не станут они в спину бить. Не те люди. Они бы и прежде не стали, а уж после того, как ты двух из них спасла, тем более. Я тебе больше скажу – если бы я в Герхарде сомневался, то не советовал бы его принимать на службу. И насчет доли он спорить не будет, сколько дашь, столько и возьмёт.