Врата: Наследие (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 36

По сути, Восток из-за удалённости от столицы и так по факту был фактически автономной единицей, и от радикального сепаратизма его удерживало только то, что местные власти и так считали, что им вполне хорошо живётся. Нет, перспектива именоваться не графом, а каким-нибудь самым величайшим герцогом и не оглядываться на легионы многим нравилась, но хватало и прагматиков, которые полагали, что Новый Рим сейчас вполне себе в силе. А при сильной центральной власти сепаратисты быстро и без затей получат по шее.

Собственно, те же беспорядки в Восточном Пределе во время открытия врат были достаточно симптоматичны — ни в чью, даже в самую тупую голову не пришло бредовой мысли отделиться от Империи. Все просто кинулись устраивать передел собственности, чтобы потом под шумок просто закрепить достигнутые позиции и всё.

Афина же в ходе последующего наведения порядка, что называется, начала укреплять вертикаль собственной власти. А на чём это может основываться? На преданных кадрах, при этом пусть даже не особо и выдающихся, скажем так, а ещё — на деньгах. Перефразируя Наполеона Бонапарта, не только для войны, но и вообще для любого большого дела требовались деньги, деньги и ещё раз деньги.

Кадры принцесса нашла довольно быстро — это её верные девчонки-порученцы, отставники, мелкие нобили и прочие, прочие, прочие. Что ни говори, но Её Высочество владела немаловажным для любого правителя навыком — выискивать нужных людей. Да, промашки случались, и новоназначенных людей порой приходилось затем и снимать обратно, а местами и казнить, но в целом процесс шёл бодро. За счёт харизмы и военной удачи за принцессой охотно шли даже вчерашние противники — вон, никто же нынче особо и не вспоминал, что Фортосы вообще-то во время открытия врат воевали против людей в зелёном и по факту являлись мятежниками. Однако же нынче гильдия — это верная и сильная опора имперского престола на Востоке, даже и не помышляющая о крамоле и предательстве.

А когда тут помышлять, когда торговля с Далёким Отечеством только набирает обороты?

На ту сторону Фортосы гонят самое простое, что только можно измыслить — продукты питания, в основном мясо и фрукты. Зерна у инвириди и самих завались просто, так что зерно наоборот — объект импорта из России, как и… вообще всё. Соли везут столько, что восточные солевары уже дружно взвыли — до этого они имели стабильный и денежный доход, и в общем-то бед не знали. Соль — она всегда в цене, соль — это приправа, но что важнее — способ заготовки продуктов путём засолки. Соль — это даже не звонкая монета, которая в периоды кризисов становится не такой уж и звонкой из-за примесей, когда свинца становится едва ли не больше серебра. Так что в те же Тёмные времена соль вполне заменяла деньги появляющихся и исчезающих королевств, будучи куда более стабильной вещью.

И тут — кризис. Да такой, каких раньше не бывало. Фортосам на местные солеварни было по большому счёту плевать, и уже становилось ясно, что конкуренции с Далёким Отечеством они не выдержат — федералы гнали соли столько, сколько пожелаешь, превосходнейшего качества, да ещё и в удобной упаковке. Мерцелла даже немного позлорадствовала, потому как до этого с солеварами разговаривать было трудно — все более-менее приемлемые аргументы разбивались о бетонное «никуда вы не денетесь, всё равно к нам придёте».

Следующий важный пункт импорта из Далёкого Отечества — специи. Много, разных и не ценой золотом по весу.

Вообще, на чём строилась экономика Восточного Предела? На торговле, разумеется. С юга шли караваны со специями, хрусталём, шёлком, лошадьми, чаем, лекарственными травами, дорогим деревом и рисом. С севера сплавляли строевой лес, руды, шкуры животных, слоновую (точнее мамонтовую) кость и самоцветы. Имперцы добавляли в товарооборот инструменты, оружие и зерно. Основной артерией являлась Магна, малая часть шла сухопутными путями через Сухое нагорье, южную границу Империи и через восточные племена, ну а внутренняя новоримская торговля осуществлялась постольку-поскольку и важной статьёй никогда не считалась.

С началом же варварских вторжений торговля закономерно крякнулась: Магна оказалась заблокирована и на ней велись активные боевые действия, южная граница закрылась, с севера перестало идти сырьё, имперцам вообще стало не до торговли.

Затем, конечно, всё более-менее наладилось, а нишу самых дорогих товаров с юга закрыли поставки с Далёкого Отечества. Причём больше и дешевле, поэтому внутреннее потребление Предела на текущий момент насытилось, север тоже был больше занят восстановление после похода Орды туда, похода Орды обратно и похода союзных сил за ней, так что Фортосы повели экспансию вглубь Империи…

Ну, точнее — начали подготовку к этому.

Правда, с точки зрения что Мерцеллы, что Афины строить бизнес или, если угодно, экономику целого Предела только на поставках от федералов — так себе идея. Про нефтяную иглу на Светлояре не слыхали, но мысль была вполне понятной. Однако Фортосы руководствовались мыслью, что железо надо ковать пока горячо, и если можно здесь и сейчас сколотить состояние, которое в дальнейшем можно развивать дальше — это надо делать. Афина же планировала на больший срок — её интересовало превосходное федеральное зерно, которое уже пробно начали сеять в Пределе. Учитывая, что Империя — это не Россия, и тут можно запросто снимать даже не два, а три, а то и четыре урожая в год, то лишь за счёт этого можно было бы обеспечить стабильность Востока. Стать региональной житницей — дорогого стоило…

Один минус — рано или поздно высококачественное зерно утечёт на сторону, и его будут выращивать где угодно. Так что Афина планировала дальше развиваться в сторону механизации — её уже ознакомили с различной сельскохозяйственной техникой людей в зелёном, от самых простых средств до фантастических по возможностях, но и по цене, тракторов и комбайнов. Принцесса довольно быстро смогла прикинуть, что если повысить урожайность и механизацию труда, то можно высвободить больше свободных рук. А это — солдаты, это — рабочие для мануфактур, которые на Востоке практически отсутствовали.

Дело предстояло долгое и непростое, но иначе даже близко к инвириди было не приблизиться. Афина уже вполне представляла какой объём требовался даже не для производства, а просто для эксплуатации техники людей в зелёном — военной в том числе. При том, что федералы поставляли союзникам лишь то, что они считали безнадёжно устаревшим — стрелковое оружие со складов длительного хранения и технику, которую сохранили в Анклаве. Пистолеты-пулемёты, ручные пулемёты, карабины, магазинные винтовки, лёгкие полевые орудия, а недавно пришла, пожалуй, самая долгожданная поставка — два десятка БТР-40 (из которых, правда, оживить вряд ли получится больше половины), три «стюарта» и Т-34.

Правда, всё это до сих пор велось в неофициальном порядке и формально всё это богатство числилось за личной дружиной Афины — легионное командование с огромным скрипом воспринимало идею об изменении штатов подразделений и внедрении принципиально новой техники.

Правда, снявшие свой штраф бойцы легата Блазиуса думали совершенно иначе и первыми вызвались осваивать новую технику.

И хотя легионеры были в восторге, что легат, что Афина понимали, что всё это богатство на фоне техники инвириди — всё равно что варвар в кожаном доспехе и с бронзовым топором против латника с алебардой.

При этом принцесса и в мыслях не имела ничего дурного, вроде попытки взять реванш у людей в зелёном.

А смысл?

Если война — есть продолжение политики другими методами, то что должна была решить возможная война?

Восстановить престиж? Ерунда, и так было понятно, что федералы остановились только когда им надоело двумя когортами кошмарить весь Восточный Предел, а не потому что они выдохлись или понесли серьёзные потери.

А если не две когорты, а двадцать легионов?

Навязать контрибуцию, отнять территории? Если война из карательной становится завоевательной, то количество противника может и возрасти, и будут уже не двадцать, а двести легионов.