Дикая Тварь из Дикого Леса (СИ) - Гвор Виктор - Страница 30

- Жадный ты! – сообщил ему Внук. - За пару медяков готов умереть!

- Как «умереть»?! – опешил лавочник и набрал полные лёгкие воздуха, решившись всё же сорваться на крик.

- А вот так! – не дал ему перехватить инициативу лесовик. – У тебя сердце сейчас разорвётся. И без того ведь болит время от времени.

- Болит, - признал совершенно сбитый с толку здоровяк. – И сейчас болит.

- Вот! А ты носишься за грошовой булкой, словно юный сайгак! А ну-ка стань ровно! И дыши глубоко.

Он отпустил лавочника, задумавшегося, стоит ли оскорбляться на неведомого «сайгака» или это слишком опасно, и сделал сложное движение рукой. Сорвавшееся с руки свечение влетело в грудь мужчине. Тот резко выдохнул, неверяще пощупал грудь руками. Ещё дважды вдохнул и выдохнул. Краснота на глазах уходила с лица. Булочник снова пощупал грудь, изумленно произнёс:

- Не болит!

И повалился на колени:

- Благодетель! Господин целитель! Век за Вас светлых богов молить буду!

- Не за меня! – хмыкнул Внук. – За него, - он тряхнул всё ещё висящим в руке мальчишкой. – Кабы не он, я бы на тебя и внимания не обратил.

- Я Ваш вечный должник!

- Это ты очень верно заметил, такое исцеление стоит побольше твоей лавочки, - вставила Анна. - Или что там у тебя, пекарня?

- Пекарня, добрая госпожа, - лавочник поднялся с колен и принялся кланяться. – «Пекарня папаши Здорбо».

- Хорошо, - кивнул Внук. – Платить за лечение не надо. Считай, светлые боги помогли. И светлые боги желают, чтобы пекарня папаши Здорбо ежедневно давала беспризорникам десять булок. Выбирай самых маленьких и слабых. И следи, чтобы у них твои подарки старшие не отбирали. Понял?

- Да, господин целитель! – снова поклонился Здорбо. – Только всех-то не накормишь…

- Почему нет? – усмехнулась Сейла. – Можешь больше давать. А взамен помогать тебе проси. Только работу по силам поручай. Чтобы им хотелось за твоим угощением приходить!

- Понял, добрая госпожа, - продолжал кланяться пекарь.

- А мы проверим, - хмыкнул Внук. – Хорош поклоны бить. Свободен, - он поставил перед собой мальчишку. – А ты, который, не крал, а купил в рассрочку, суть понял? Не воровать, а помогать и получать честную булку каждый день.

- Понял, - буркнул мальчишка. – Отпусти, не сбегу, – поправил рубаху. – А ты, правда, целитель? Всамделишный? И сестру вылечить можешь?

- Вот наглец! – хмыкнула Анна.

- Ага! На ходу подмётки рвёт! – кивнул Внук. – А что с твоей сестрой?

- Кохает она, - пригорюнился пацан. – Уже третий день кохает. И горячая вся.

- Посмотреть надо... – Внук покачал головой. – Ну что, твоя Светлость, глянем на сестрёнку? А то помрёт ещё, пока будем туда-сюда ходить. А потом – к вам. В академию уже не успеем.

- Можно и глянуть, - пожала плечами Сейла.

- У нас район плохой, - предупредил малец. – Обидеть могут.

Анна криво усмехнулась, а Внук расплылся в улыбке:

- А пусть попробуют!

Идти оказалось не так далеко. Вернуться в бедный район, попетлять по узеньким грязным переулкам и через дыру в стене попасть в крохотный полуразваленный сарай. Дверь у сарая тоже была, но сорванная с петель, перекошенная и в таком положении намертво заклиненная в проёме. В углу на грязных завшивленных одеялах лежала девочка лет пяти. Грязные лохмотья, колтун на голове, донельзя замурзанное лицо, страдальчески искривлённый рот и хриплое со всхлипами неглубокое дыхание.

Внук бросил на ребёнка один взгляд и присвистнул:

- Жива, уже хорошо. Остальное плохо! Смотрите, девчонки, вот это народ называет огневицей, а Дед - пневмонией. Легкие совсем забиты. Ей жить осталось полдня от силы!

- Господин целитель! – в голосе мальца звучало отчаянье. – Вы ведь спасёте сестрёнку?

- А что это у неё в лёгких? – Сейла разглядывала девочку магическим зрением.

- Жидкость, - от рук Внука полилось сияние. - Её надо удалить, убрать заразу, потом зарастить повреждения. Но сначала хоть чуть-чуть поддержу, чтобы не померла в процессе. По-хорошему, тут неделю лечить надо. А условия…

- Господин целитель…

- - Так, мелкий, - из охотницы Сейла превратилась в княжну. Даже перстень на руке появился. - Дворец князей Сторских знаешь?

- Это который с башенками? – мальчишка с трудом отвел взгляд от сестрёнки. - Конечно знаю!

- Лети туда, передай письмо любому из княжичей! Если пускать не будут, скажешь от сестры письмо. Если вдруг потеряешь, на словах передай, княжна просила прислать сюда десяток ратников и трех запасных коней. Понял? Сам и приведёшь.

- Целая княжна, - выдохнул мальчишка, восхищённо глядя на девушку, судорожно строчащую записку. – Я пулей!..

Мальчишка бросился к дырке, но врезался в щуплого мужичка с крысиным лицом и тут же был отброшен назад.

- Стоять, шавка! – голос у мужика был гнусавый и какой-то особенно противный. – Что тут у нас? Петушок богатенький и пара курочек впридачу! Приятно!

В дыру вслед за щупленьким пролезли три мордоворота с дубинками в руках.

- Не трожьте их! – заорал малец, бросаясь наперерез пришедшим. – Целители это, сестрёнку лечат!

- Целители, - хмыкнул крысообразный. – Целители – не боевики, не опасны. А сестрёнку твою в котёл пора! Огневицу целители не вылечат. Зато могут поделиться…

- Не тронь! – мальчишка вцепился в штанину главарю.

Вторично отбросить пацана тот не успел, с хрипом опустившись на земляной пол.

- Это песок в лёгких не лечится, - холодно бросила Сейла. – А вода – запросто!

Перевела взгляд на мордоворотов:

- Умирать будем или как?

Самый крупный из них с испещренным шрамами лицом демонстративно засунул дубинку за пояс, склонился в поклоне:

- Как прикажете, госпожа! Но хочу отметить, что все, кто должен был умереть, уже умерли.

- Сопроводите мальчишку до дворца князей Сторских. Проследите, чтобы ничего не случилось.

- Будет сделано, госпожа!

Мордовороты исчезли. Только и донеслось из-за стены:

- Хмурый, ты чё под ссыкушку стелешься?! Барону не понравится!

- Пасть завали! Эта ссыкушка всех нас песком дышать заставит! Вместе с Бароном и остальными!

Сейла взглянула на мальца:

- Ты ещё здесь?

- Уже в пути! – пацан вынесся из хибары

- Звать тебя как, пострел? – только и успела вдогонку крикнуть княжна.

- Пострелом и зовут, - донёсся затихающий голос.

- Аня, держи девочку, - Внук перевернул ребёнка лицом вниз и приподнял. – Да, вот так, чтобы мокрота в тазик капала.

- Какой тазик? - удивилась Анна, принимая больную и ища глазами хоть какую-нибудь посудину.

- Любой. Куда будет харкать, там и будет тазик, - свечение на руках усилилось. – Сейла, чистую тряпку достань. Хотя бы относительно чистую.

Девочка встрепенулась и закашлялась, и изо рта хлынуло. Она не сплёвывала, кашель выбрасывал мокроту из лёгких, а дальше она шла своим ходом, но казалось, что из ребёнка хлещет непрекращающийся поток. Было непонятно, как столько этой мерзости смогло поместиться в крохотном тельце, с трудом удерживаемом Анной. Через несколько минут поток начал слабеть, пока не иссяк совсем. Девочка кашлянула ещё несколько раз, после чего задышала почти нормально. Внук ещё какое-то время поколдовал над тельцем, потом кивнул Анне:

- Клади обратно. К стене привали. Чтобы не лежала, а сидела.

Поданной тряпкой протёр ребёнку рот.

- Успели увидеть, что я делал?

Девушки кивнули.

- Вечером разберём. Если меня с детьми не выкинут из княжеского поместья.

- Не выкинут, - уверенно сказала Сейла.

Взгляд Внука остановился на крысообразном:

- А без магии кончить этого придурка нельзя было? Мы вроде как целители.

- Можно, - согласилась Сейла. – Но почему не потренироваться?

- Ладно, - кивнул Внук. – Судя по шуму, наш Пострел уже поспел.

Пьетрокисмак ввалился в сарай, попутно вдвое расширив дырку. Цепким взглядом окинул помещение:

- Ваша Светлость?!

- У тебя были сомнения? – иронично подняла бровь Сейла.