Джентльмен Джим (ЛП) - Мэтьюз Мими - Страница 17

Мэгги замерла, почувствовав лёгкую дрожь в животе.

— Откуда вы знаете, что ответила мисс Трамбл? Оно же было подписано моими инициалами, не так ли?

Она ждала ответа, но он молчал. Подстёгиваемая его молчанием, она продолжила:

— Уверяю вас, в этом нет тайны. Мисс Трамбл часто помогает мне с мелочами, если боится, что я переутомлюсь. Она самое доброе создание на свете.

Сент-Клер сосредоточился на том, чтобы успокоить лошадей, пока они обходили медленное ландо молодых матрон. Минув его, он направил упряжку в сторону от основного потока.

— Когда я пригласил вас вчера вечером, — сказал он, — я надеялся, что у нас будет возможность побыть наедине. Несколько минут чтобы поговорить без помех. До сегодняшнего утра мне не приходило в голову, что в пять часов, когда собирается весь свет, уединение будет невозможно. Поэтому я и попросил о четырёх. Надеюсь, это не доставило вам больших неудобств.

— Нисколько.

Мэгги ожидала, что он скажет ещё что-то о записке Джейн, но он умолк. Вздохнув, она отвернулась, чтобы полюбоваться проплывающим пейзажем.

День был ясный, солнце светило ярко, лёгкий ветерок шелестел листвой. Экипажей становилось всё меньше. Людей — тоже. Сент-Клер увозил её всё дальше от других посетителей парка.

— Куда вы меня везёте? — спросила она.

Он перевёл лошадей с энергичной рыси на быстрый шаг.

— Вон к той группе деревьев в конце аллеи. До неё ещё далеко.

Мэгги не нравилось, что они едут медленнее. Это лишь подчёркивало затянувшееся молчание и неровное биение её сердца. Она раздумывала, что бы сказать, и в конце концов решила, что может быть с ним откровенна.

— Когда вы были в Италии…

— Во время вашего дебюта… — начал он одновременно. И затем:

— Простите.

— Нет, пожалуйста. Что вы говорили о моём дебюте?

— Лишь то, что слышал — в ваш первый сезон вы получили множество предложений руки и сердца.

Мэгги была застигнута врасплох, но не видела причин отрицать.

— Да, полагаю, так и было.

— Я также слышал, что вы отказали всем.

— Кажется, вы слышали очень многое.

— Свет любит поговорить, мисс Ханиуэлл. А когда тема меня интересует, я умею слушать.

— Свет до сих пор говорит? Мой дебют был почти шесть лет назад. Я думала, всё это уже забыто.

— В лондонском обществе ничто не забывается. У света коллективная память, как у слона.

— Тогда, полагаю, нет смысла отрицать. Не то чтобы я стала. Конечно, нет ничего необычного в том, что юная леди отказывает всем в свой первый сезон.

— Я понимаю, что для ваших отказов была особая причина. Вы тогда скорбели по другому человеку. Солдату.

Пульс Мэгги участился. Она рискнула взглянуть на Сент-Клера. Его взгляд был прикован к дороге, челюсть напряжена.

— В некотором роде.

Когда стало ясно, что она не собирается развивать тему, Сент-Клер спросил почти раздражённо:

— Вы расскажете мне об этом? Или мне придётся потребовать свою услугу?

— Это так важно для вас, милорд? Не могу понять почему. Это давняя история».

— Спишите на моё отвратительное любопытство.

Мэгги достаточно знала мужчин, чтобы распознать ревность. Ирония ситуации не ускользнула от неё.

— Как пожелаете. Тогда — за одну услугу расскажу. Это правда. Я скорбела по джентльмену. Но не знаю, был ли он солдатом.

Сент-Клер нахмурился.

— Вы не знаете?

— Мы были друзьями детства. Мы расстались при очень… несчастливых обстоятельствах десять лет назад.

Лошади внезапно сбились с шага, отчего коляска дёрнулась. Сент-Клер пробормотал яростное ругательство, крепче ухватив вожжи.

— Он был моей первой любовью, — продолжила Мэгги. — То есть, моей единственной любовью.

Казалось, всё внимание Сент-Клера было поглощено лошадьми, но Мэгги не нужно было быть особо проницательной, чтобы заметить, как напряглись его плечи.

— Юные возлюбленные, разлучённые трагической судьбой, — сардонически заметил он. — Слишком избитая история.

— Мы не были возлюбленными.

— Разумеется, нет.

— Но стали бы, если бы он остался.

Его руки в перчатках сжали вожжи так крепко, что и без того взволнованные лошади снова затанцевали на месте.

— Вы шокируете меня, мисс Ханиуэлл.

— Почему это шокирует? Я любила его. Я думала, что буду с ним всегда.

— Многие юные леди, без сомнения, чувствовали то же самое в отношении своей первой любви. Юные джентльмены тоже. С возрастом это проходит.

— Неужели?

Его лицо было мрачным.

— В большинстве случаев, полагаю, что да.

— Возможно, я всё упростила, сказав, что любила его. Но как ещё объяснить? — Она сделала паузу. — Дело в том, что мы с ним были больше, чем друзьями. Даже больше, чем влюблённые. Мы были родственными душами. Мы были важны друг для друга, как свет или воздух. Насколько я помню, я существовала только ради тех мгновений, когда могла увидеть его в следующий раз, и он — тоже. Ни один из нас не был цельным без другого.

Она смотрела на медленно проплывавший пейзаж парка, борясь с неожиданной волной печали.

— Я часто думаю, что с тех пор, как он ушёл, я жила лишь наполовину. Ожидая…

Её губы изогнулись в лёгкой, печальной улыбке.

— Вы удивлены, что я отказывала всем. Как я могла выйти замуж за любого из тех джентльменов, когда знала, что вторая половина моего сердца всё ещё может вернуться?

— Но он не вернулся.

— Нет. Я всегда думала, что он стал солдатом. — Её голос слегка дрогнул. — Я думаю, он, должно быть, отправился на войну на континент и… погиб там.

— Радостная перспектива, — сказал Сент-Клер.

— Мне было легче принять её, чем альтернативу.

— И в чём она?

— Что я никогда ничего для него не значила. Что после нашей разлуки он просто продолжил жить своей жизнью и совсем забыл обо мне.

— Невозможно.

— Неужели?

— Ни один мужчина, который любил бы вас так, как вы описываете, никогда не смог бы вас забыть. — Сент-Клер остановил лошадей. — Думаю, вы правы, мисс Ханиуэлл. Ваш друг детства мёртв. Примите мои искренние соболезнования. Энцо! — отрывисто крикнул он груму. — Придержи лошадей.

Наконец он повернулся и посмотрел на неё.

— Не прогуляетесь ли со мной немного?

Мэгги вгляделась в его лицо. Выражение было холодным, черты — твёрдыми, как гранит. Только глаза — эти так знакомые серые глаза — выдавали малейшую эмоцию. Она была мимолётной. Почти неуловимой. Но она была.

— Я немного устала после утренних покупок, но если вы не против, чтобы я опиралась на вашу руку, то да. Буду рада прогуляться.

Сент-Клер выпрыгнул из коляски, обошёл её и протянул руку. На этот раз она не стала ждать — сама потянулась к нему и обхватила его за плечи. Когда она прижалась к нему, он обнял её за талию, легко поднял с сиденья и мягко опустил на траву.

Он на мгновение задержался в этом положении, его сильные руки лежали на её бёдрах, взгляд был прикован к её глазам. Любой прохожий, увидев это, счёл бы их объятием. Последовали бы сплетни. Скандал. Ущерб репутации Мэгги. И, что ещё хуже, репутации бедной Джейн.

Мэгги знала, что должна положить этому конец. Это было бы достаточно просто. В конце концов, Сент-Клер не навязывался ей. Одного слова или жеста было бы достаточно, чтобы остановить его. Даже один решительный шаг назад — и она могла бы вырваться из его объятий.

Но Мэгги не могла заставить себя отстраниться. Она стояла, глядя на него снизу вверх, словно во сне.

А затем она подняла руку и легонько коснулась его щеки.

По мощному телу Сент-Клера пробежала судорога. Он на мгновение закрыл глаза, непроизвольно подавшись навстречу её прикосновению.

— Не надо, — хрипло произнёс он.

Игнорируя его слабый протест, Мэгги поднесла другую руку к его лицу и мягко провела пальцами по линии подбородка. В ответ она почувствовала, как его руки сомкнулись на её талии крепче. Это было единственное движение, которое он сделал. Когда она коснулась его, он замер, слегка склонив голову. На его горле напряглась мышца.