Остров ветров (СИ) - Рудин Алекс - Страница 21

— Я помню, — спокойно кивнул дед. — С мастерскими ты прекрасно разберёшься сам, Василий, опыта у тебя достаточно. Чем чаще ты будешь заменять меня в делах управления родом, тем лучше. А казначейство…

Игорь Владимирович на секунду задумался, потом решительно махнул рукой.

— В казначейство ты тоже можешь съездить без меня. Как только мы вернёмся от князя Пожарского, я выпишу на твоё имя доверенность.

Дед снова повернулся ко мне:

— Значит, завтра утром я тебя жду, Саша. Не терпится посмотреть на остров, о котором ты так красочно рассказываешь. Извини, к обеду не приглашаю, времени совсем нет. Да и ситуация не самая располагающая.

Игорь Владимирович бросил насмешливый взгляд на отца.

— Ничего страшного, я сегодня уже обедал, — рассмеялся я. — Правда,по нашему времени это был ранний завтрак.

Данила Изгоев поджидал меня на набережной Фонтанки, напротив ворот особняка. Молодой маг крови беспокойно оглядывался — наверное, боялся не заметить меня сде прохожих.

Я подошёл к нему и окликнул:

— Здравствуй, Данила!

— Здравствуйте, господин ректор! — почтительно поклонился Изгоев.

Данила Изгоев был сыном Фёдора Ивановича Кораблёва и учился в моей академии. То есть, не в моей, а в императорской, но руководил этим учебным заведением я.

— Как твоя летняя практика? — поинтересовался я, протягивая ему письмо отца.

Практиковаться в магии крови довольно сложно. Прежде всего потому, что многие кровавые ритуалы противоречат закону.

Весной мы с Данилой долго решали, как ему развивать свои магические способности. И в конце концов придумали отправить его в мастерскую к Владимиру Гораздову, чтобы он помогал мастерам делать именные артефакты.

Такие артефакты нужно привязывать к владельцу. Именно так Гораздов привязал ко мне Символ Магии. Для мага крови это было очень полезное упражнение.

— С практикой всё в порядке, — кивнул Изгоев. — Господин Гораздов говорит, что я делаю успехи. А мне нравится артефакторика. Даже подумываю заняться ею всерьёз, именные артефакты требуются почти всем.

— Это одна из возможностей, — одобрительно кивнул я. — Но не забывай и про другие. У тебя есть ещё четыре года учёбы, а потом выберешь себе занятие по душе. А ты никогда не хотел стать моряком, как твой отец? Или шаманом?

— Хотел, — улыбнулся Изгоев. — Но отец объяснил мне, что глупо копировать чужой путь. Нужно искать свой собственный.

— Фёдор Иванович мудрый человек, — улыбнулся я.

— Вы передадите ему письмо? — спросил Данила.

— Передам, — кивнул я, принимая от него конверт. — Видишь, как иногда поворачивается судьба. Иногда ты участник магической экспедиции, а иногда — просто почтальон. И неизвестно, что важнее.

Я попрощался с Изгоевым, а потом всё же вызвал извозчика. Вернуться домой через магическое пространство было быстрее, но я хотел полюбоваться Столицей. Люблю я этот город, особенно летние набережные с открытыми кафе и свежевыкрашенные колоннады особняков и дворцов.

Извозчик по моей просьбе высадил меня на стрелке Каменного острова, и домой я добрался пешком. Я шёл по тропинке вдоль самого берега Невы, наслаждался тенью старых лип и плеском речной воды.

Торопливый пароходик поднял волну, спеша куда-то в сторону порта, и я весело улыбнулся. Да уж, невские волны совсем не похожи на те громадины, которые гуляют в океане!

В моём саду всё ещё стучали молотки. Игнат твёрдо решил достроить теплицу для арбузов сегодня.

Я подумал, что тихий вечер под аккомпанемент этого назойливого стука не доставит нам с Лизой удовольствия, и Лиза была со мной согласна.

— Куда отправимся? — спросила она меня.

— Есть у меня одна идея… — начал я.

Но тут за моей спиной раздался тихий хлопок.

Я удивлённо обернулся и увидел Фому, который появился неизвестно откуда. Его физиономия была перемазана шоколадным кремом.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — шумно выдохнул Фома. — Торопился, как мог. Позвольте доложить?

— Докладывай, — улыбнулся я.

— Все письма доставил адресатам, от каждого получил ответ, — молодцевато сообщил Фома. — Вот!

Он протянул мне знакомую сумку. Я взял её и обнаружил, что сумка стала гораздо тяжелее, чем в прошлый раз.

— Там ещё посылки, — обрадовал меня Фома. — А одно письмо у меня осталось. Его Савелий Георгиевич нашей Анюте написал.

— Так пойди и отдай, — кивнул я. — И скажи Анюте, чтобы сразу написала ответ. Кстати, откуда ты взялся в кабинете?

— Пришёл через портал, — невозмутимо ответил Фома. — Меня кладовики научили.

— А деньги, которые я дал тебе на трамвай, ты прокутил в кондитерской лавке, — рассмеялся я. — Ну, и правильно. Считай, это твоя плата за добросовестную работу. Иди, отдай Анюте письмо.

— Так куда мы отправимся? — спросила Лиза.

— В дальние края, на Внешние острова, — загадочно ответил я. — Только оденься потеплее, там бывает очень холодный ветер.

— Ура!

Счастливая Лиза опрометью кинулась одеваться. А я потратил эти несколько минут на то, чтобы хорошенько вспомнить, как выглядит моя каюта на «Вороне».

Попробую переместиться прямо на корабль, ну а если не получится — не беда. На этот случай у меня был отличный запасной вариант.

Дом старосты в рыбацкой деревне.

В дверь кабинета осторожно постучали. Это была Анюта, она прижимала к груди исписанный листок.

— Ваше сиятельство, вот письмо! — взволнованно сказала девушка. — Вы передадите его Савелию? Как он там?

— Мужественно преодолевает трудности, — улыбнулся я. — Ты можешь им гордиться, из него получится настоящий моряк.

— Он мне такие хорошие слова написал, — покраснела горничная. — Спасибо, ваше сиятельство!

— Я готова! — закричала Лиза, сбегая по лестнице.

— Дай мне руку и закрой глаза, — велел я.

Ещё раз мысленно представил свою каюту и недовольно нахмурился при виде неровно заправленного одеяла. Когда я уже научусь делать ровную складку?

Потом увидел фигурку шахматного коня на столике под иллюминатором и решительно толкнул дверь.

Была не была!

Мы с Лизой одновременно шагнули за порог и оказались на «Вороне».

Неожиданное появление Лизы произвело на корабле фурор.

Офицеры спешно натянули парадные мундиры, матросы лихо бегали по палубе и прыгали по мачтам, демонстрируя чудеса ловкости. Боцманская дудка заливалась без умолка. Зато ветер притих, и даже облака расступились, чтобы летнее солнце могло полюбоваться моей супругой.

Капитан Кораблёв устроил в нашу честь торжественный ужин. Корабельный повар получил секретный заказ и колдовал на камбузе вместе со своими помощниками. А Сева Пожарский в это время катал нас на капитанском катере вокруг острова.

«Пастух ветров» работал безукоризненно, но капитан всё-таки отправил с нами гребцов, и они были бесконечно довольны этим — смирно сидели, сложив вёсла, и смотрели на Лизу.

Морские птицы, пронзительно крича, кружили над катером. Одна из них стремительно спикировала вниз и ловко выхватила из воды серебристую рыбёшку.

Наверное, тоже хотела произвести впечатление.

А потом я заметил среди волн знакомые длинные спины и показал их Лизе:

— Смотри, киты!

— Где? — обрадовалась Лиза. — Ой, вижу!

Киты неторопливо скользили в волнах, изредка выпуская фонтаны пара и брызг.

— Охотятся на треску, — с видом знатока добавил я.

Матросы в это время наловили крабов, и корабельный повар приготовил их не хуже, чем готовят в самых известных столичных ресторанах.

Я даже заподозрил, что он знаком с поварской магией — ничем другим невозможно было объяснить такой талант.

Ну, а когда помощник Митрофана Гавриловича торжественно водрузил на стол шоколадный пудинг, тут даже капитан Кораблёв изумлённо покачал головой.