Хардкорная история. Апокалиптические моменты от древности до наших дней - Карлин Дэн - Страница 46

К февралю 1945 года стало ясно, что бомбить в Германии уже нечего, что союзники уже разнесли все до основания — но это никого не остановило. После войны, на Нюрнбергском трибунале над военными преступниками, обвиняемые (большинство из них было повешено за преступления перед человечеством) много говорили о бомбардировках германских городов. Но один из видных военных заявил, что бомбардировки — «общепринятая часть современной войны, и они ведутся всеми государствами». Так в этом этическом вопросе телега оказалась впереди лошади.

Если бы союзники не перестали бомбить Германию, когда та явно потерпела поражение, то как можно было бы остановить наступление на тихоокеанском театре боевых действий, где японцы были относительно сильнее?[338]Идея «смертельного удара с воздуха», удачно примененная против Германии, вновь всплыла в августе 1945 года. С каждым днем потери росли. Если бы войну удалось сократить хоть на день, были бы спасены тысячи жизней.

Через несколько дней после атомной бомбардировки Японии и до подписания капитуляции тысяча самолетов сбросила зажигательные бомбы на Токио. Снова.

Но когда мы говорим исключительно о бомбардировках со стороны союзников, мы забываем, что стояло на кону и кем были противники. Историк военной авиации Брюс Хоппер, побывав в апреле 1945 года в Бухенвальде, писал: «Зловоние царит повсюду. В печах груды человеческих костей. Это настоящий антидот для тех, кто недоволен стратегическими бомбардировками». На Гаагской конференции 1899 года американский делегат заявил, что когда-нибудь бомбардировщики станут настолько точными, что не причинят вреда мирному населению, и их можно будет считать гуманным оружием. Но Соединенные Штаты прекрасно понимали, что граждане их страны не станут жертвой военной политики, которая принесла в жертву столько гражданских лиц. Какая ирония судьбы, что именно эта страна единственная применила атомную бомбу, самое безжалостное орудие убийства мирного населения в мировой истории!

Логика тотальной войны жестока.

Пятнадцать лет прошли быстро, и, сформулировав правила военных действий после войны, которая сделала использование бомб и высотных бомбардировок населенных пунктов законным (в конце концов, все делали это), Соединенные Штаты сами оказались целью ядерного оружия в годы холодной войны. Масштабы логического безумия выросли стремительно, и теперь уже мировые лидеры обсуждали, приемлемо и оправданно ли уничтожение ста миллионов человек ради спасения жизней трехсот миллионов.

Желание уменьшить потери совершенно логично, особенно если в процессе будут спасены триста миллионов человек. Но очень трудно оправдать ужасную гибель ста миллионов человек от вашего оружия так, чтобы это выглядело разумно и благотворно.

Если человечество когда-то погрузится в темные времена, то потому, что мы все же развяжем глобальную термоядерную войну. И тогда мы все почувствуем себя как герой Чарльтона Хестона, когда он кричал: «Вы маньяки! Вы все взорвали!» Но если все придет к такому результату, это произойдет не потому, что кто-то желал именно того.

Послесловие

Парадокс Ферми назван в честь знаменитого физика Энрико Ферми. Ферми провел вычисления и доказал, что статистически во вселенной должно существовать множество разумных цивилизаций. И где же они тогда? Ферми и другие ученые стали рассуждать обо всех причинах, объясняющих отсутствие наших контактов с внеземными цивилизациями. Одна из причин сводилась к тому, что продолжительность жизни инопланетян не позволяет им путешествовать за пределы родного мира[339]. Эта идея стала частью парадокса Ферми, называемого также «Великим фильтром». Вполне возможно, что разумная жизнь на других планетах никогда не пройдет через «Великий фильтр».

Я родился в 1965 году. В то время мир жил во вполне объяснимом страхе перед ядерной войной, которая может погубить современную цивилизацию. Человечество только начало осознавать множество угроз для окружающей среды. Такой обоюдоострый дамоклов меч и сегодня висит над нами. Возможно, оба фактора являются частью одного испытания «Великого фильтра».

Оптимистический и пессимистический взгляд на возможность долгосрочных перемен в судьбах нашей цивилизации зависит от того, как вы оцениваете способность человечества к изменениям. Мы похваляемся умением нашего вида приспосабливаться, но есть сложные проблемы, которые погубили другие разумные формы жизни еще до нас. Если мы будем поступать так, как поступали всегда, то результаты могут оказаться катастрофическими. Если начнется новая тотальная война между великими державами, мы нанесем планете ущерб, равного которому не было в истории. Если мы не сможем измениться так, чтобы справиться с ущербом, наносимым нами окружающей среде, то в природе произойдут изменения, которые повлияют почти на все сферы жизни. Любой сценарий может породить колоссальные проблемы: голод, болезни, массовую миграцию, геополитические беспорядки, пиратство и системный крах. Обо всем этом мы говорили в первых главах этой книги.

Но не все так мрачно. Мы можем надеяться на инновации и открытия, которые создадут условия для продолжения нормальной жизни. Вполне возможно, что мы будем и дальше жить как раньше и не поубиваем друг друга — изобретем сценарий выхода. Всегда есть возможность, что парадокс Ферми даст сбой, на Землю прибудут разумные существа из других солнечных систем и начнут решать наши проблемы с помощью своей развитой технологии. Конечно, полагаться на такое я не стал бы.

Но если произойдет худшее, то, возможно, человечество сможет приспособиться и к этим условиям. Если произойдет третья мировая война или мир превратится в апокалиптически перенаселенную пустыню, то мысль о том, что трудные времена закаляют людей, напомнит нам о поразительных способностях нашего вида к выживанию. Детей будут воспитывать по-другому, уровень ожиданий изменится, и мы увидим, как человечество приспосабливается к своему суровому миру. Ведь человечество уже продемонстрировало свою приспосабливаемость и сумело создать мир с компьютерами и мобильными телефонами.

Возможно также, что приспособится к новым условиям и наша экологическая система. Она запустит процесс саморегуляции и не позволит человечеству высказывать свое мнение. У природы есть свои способы восстановления равновесия. Если в экосистеме окажется слишком много людей, чтобы сохранять современный уровень потребления, может произойти нечто вроде современной «чумы», которая за десятилетие уполовинит население планеты. Хорошо ли это?

А может быть, мы сознательно погрузимся в новые «темные времена» (и даже более темные). Возможно, когда-нибудь экологические проблемы заставят общество сознательно сократить энергопотребление или отказаться от других элементов современного общества, которые обеспечивают комфортную жизнь в XXI веке. Что, если через сто лет у человечества просто не будет такого количества энергии? Придется отказаться от электроники, разнообразных устройств и удобств, например от холодильников. Но этим дело может не ограничиться. Что, если человечество столкнется с реальной угрозой своему существованию? Если дети не будут обладать способностями нашего уровня, потому что для этого просто не хватит источников энергии, станет ли их жизнь хуже? Или, наоборот, все станет лучше, потому что они начнут решать исключительно сложные, грозящие вымиранием проблемы, которые мы решить не в состоянии? Если ситуация позволит им успешно пройти через «Великий фильтр», чего не сумели сделать мы, то кто окажется впереди?

Но все это упрощение. Если возникнет реальная угроза человечеству, опасный вирус или перспектива столкновения с астероидом, то, возможно, те же самые общества, которые так пугают нас в экологическом или военном отношении, будут иметь преимущество в борьбе с этой опасностью. Какая ирония судьбы проявится, если траекторию движения угрожающего самому существованию цивилизации астероида, который нацеливался на Землю уже миллионы лет, удастся изменить в последнюю минуту только своевременным использованием ядерного оружия! Бомба, созданная для убийства миллионов людей, отправится в космос на ракете, аналогичной тем, что могли бы разрушить наши города в любой третьей мировой войне, спасет человечество. И в историческом смысле окажется, что она была разработана в самый нужный момент для выполнения этой роли.