Бывает и хуже? Том 9 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 13

— Как вы ловко! — восхитилась медсестра.

— А то, — усмехнулся Никифоров. — Теперь на третий день второй укол поставим. Всё будет хорошо.

Козлова потёрла плечо и улыбнулась.

— А видео не засняли? — обратился к нам Антон.

— Я вам сейчас дам видео! — Козлова начала приходить в себя и замахнулась на хирурга полотенцем. — Идите к себе давайте!

Никифоров ловко увернулся, подмигнул нам и отправился в хирургию.

Мы убедились, что с Козловой всё хорошо, и пошли в терапию. Когда проходили по коридору, лампочка над нами вдруг мигнула, вспыхнула, погасла, снова вспыхнула. И продолжила светить как ни в чём не бывало.

Шарфиков вздрогнул и схватил меня за рукав. Нервы его совсем расшатались за сегодняшнюю ночь.

И это ему даже пациенты песню Наруто ни разу не пели!

— Что это? — испуганно прошептал он. — Короткое замыкание? Пожар будет? Что делать?

— Старая проводка, — отмахнулся я. — Успокойся. Кречетов её менял, но не во всём здании сразу. Где-то участки доделали, где-то ещё нет. Видимо, до этого крыла пока не дошла очередь. Не дёргайся.

Шарфиков успокоился, отпустил мой рукав. А я сделал себе пометку. Надо напомнить Чердаку или Савчук, чтобы передали хозяйственной службе. Аудит аудитом, а конкретно эта лампа мигает прямо сейчас. Мало ли что. Старая проводка — штука коварная.

Я хорошо помнил, как из-за перегрузки системы в больнице один раз уже вырубало пробки. Это было по вине Власова, из-за его майнинг фермы в подвале. Но было же. Так что лучше не оставлять это дело без внимания.

В ординаторской я ещё час объяснял Шарфикову тонкости дежурства. Как вести журнал передачи смен, как разговаривать с ночными пациентами, а они порой бывали очень капризными. Что делать в нештатных ситуациях, кому и куда звонить. Стас старательно всё записывал в блокнот, иногда переспрашивал. Дотошный парень, это хорошо. Его рост над собой тоже хорошо заметен, что не могло не радовать.

Остаток ночи прошёл спокойно, даже получилось немного подремать.

Утром я показал Шарфикову, как сдавать смену. Как раз пришла Агишева.

— Татьяна Тимофеевна, — сказал Шарфиков, когда я доложил всё по пациентам. — А там в коридоре лампочка мигает. Возле семнадцатой палаты. Надо бы поменять, а то страшно.

Агишева кивнула.

— Спасибо, Станислав Олегович, — сказала она. — Передам хозяйственной службе. Ну как, разобрались с дежурством? Сможете брать полноценные смены?

Он зачем-то посмотрел на меня. Я улыбнулся и кивнул.

— Сможет, — сказал я. — Когда там ближайшее окошко есть?

— С пятницы на субботу, — ответила Агишева. — Тогда ставлю вас. Первое самостоятельное дежурство.

Шарфиков с готовностью кивнул.

Мы вышли из стационара и пришли в поликлинику. Я по своей традиции пошёл в столовую завтракать, Стас увязался со мной.

А в столовой по традиции сидел Савинов.

— О, дежурные пришли! — помахал он нам рукой. — Как ночь?

— Спокойно в принципе, — ответил я, присаживаясь напротив него. — Если не считать летучую мышь.

— Какую ещё мышь? — удивился Савинов.

И Шарфиков тут же гордо принялся рассказывать. Про летучую мышь, про Козлову, про уколы. А потом и про вчерашнее освидетельствование пьяного, и про легионеллёз. Всё в максимальных подробностях, чуть ли не поминутно.

— Саня меня так натаскал! — похвастался Стас и взмахнул вилкой с омлетом. Кусок омлета улетел в сторону, но тот этого даже не заметил. — Я теперь хоть сто дежурств могу! Теперь легионеллёз с закрытыми глазами узнаю! Поступает пневмония — и я сразу спрошу, кем человек работает. Водосток чистил? Опа, легионеллёз! Я теперь учёный.

— Ну прямо профессор, — усмехнулся Савинов.

— А то! — важно кивнул Стас.

Я только головой покачал. Энтузиазм у парня бил через край. Главное, чтобы в нужное русло.

Шарфиков ещё минут десять рассказывал про дежурство, а потом отправился к себе в кабинет. Мы с Савиновым остались вдвоём.

— Сань, у меня опять проблема, — сразу же сказал он. — Марина хочет, чтобы я научился готовить. Ну, для будущего ребёнка. Говорит, нельзя, чтобы отец семейства даже яичницу пожарить не мог. А я вообще не умею. Совсем.

Что ни день, так новая проблема.

— И в чём беда? — уточнил я.

— Вчера сварил макароны, — Савинов тяжело вздохнул. — И они слиплись в один ком. Их невозможно было есть! Марина сказала, что такими темпами наш ребёнок будет голодать. А я не могу этого допустить!

Я с трудом сдержал смех.

— Ярик, всё решаемо, — сказал я. — Существуют же специальные ролики в интернете. Пошаговые рецепты для начинающих. Включаешь себе такое видео и тупо повторяешь все ходы. Начни с омлета. Там всего два ингредиента — яйца и молоко. Испортить почти невозможно.

Хотя Гриша один раз умудрился, и после этого даже сковородку пришлось выкинуть.

Савинов заметно приободрился.

— Точно! — он хлопнул себя по лбу. — Омлет! Это же просто! Это я смогу! Спасибо, Сань, ты гений!

И умчался, на ходу доставая телефон. Видимо, искать тот самый ролик. Главное, чтобы кухню не спалил. Но если что, я не виноват.

У меня же после завтрака образовалось небольшое свободное окно. Вызовы были только через два часа, а всю бумажную работу я сделал. Ну, точнее, она никогда не заканчивалась, но сейчас я решил посвятить время другому.

И отправился в помещение будущего магазина. Это было буквально через дорогу от больничного комплекса.

Варя была уже там. Нам как раз доставили стеллажи, и она что-то помечала в блокноте.

— О, Саша, привет! — обрадовалась она. — Хорошо, что зашёл, как раз нужно кое-что обсудить.

— Давай по порядку, — кивнул я.

— Стеллажи пришли, — начала Варя. — Я вот как раз их только что приняла. Но один из них с браком. Стойка кривая, и полка треснула. Как думаешь, оставить?

— Нет, бракованное нам не нужно, — покачал я головой. — Я сейчас позвоню им и договорюсь о замене по гарантии.

Я тут же позвонил в контору, где мы и заказывали стеллажи, и обо всём договорился. Потом вернулся к Варе.

— Что ещё? — спросил я.

— Ремонт, — ответила девушка. — Стены надо покрасить, потолок побелить. Помещение в целом неплохое, но косметика нужна.

Я немного подумал над этим вопросом.

— В субботу в поликлинике будет общий субботник, — сказал я. — А после субботника можем заняться ремонтом здесь. Вдвоём с тобой управимся, может быть, ещё друзей на помощь позову. И стеллажи соберём, и всё подготовим.

— Отлично, — обрадовалась Варя. — Теперь про товар. Я уже договорилась с бабушкой о первой партии трав. Сборы, чаи, всё качественное, своё. Она обрадовалась, что её травы наконец пойдут в дело.

— Замечательно, — улыбнулся я. — Баба Дуня дело знает.

— И вывеска, — закончила Варя. — Надо заказать табличку. «Травяная лавка». Этим я займусь, найду, где сделают побыстрее.

— Договорились, — кивнул я. — Молодец, всё схвачено.

И тут дверь в магазин резко распахнулась. На пороге стоял Геннадий, тот самый сосед-скандалист, у которого я недавно диагностировал гайморит.

— Доктор! — заорал он с порога. — Мне стало лучше! Я дышу! Я носом дышу!

Он как раз был у меня вчера на приёме. Я сделал ему снимок и отправил к Григорьеву, а лор уже занялся лечением.

Геннадий демонстративно набрал полную грудь воздуха через нос, зажмурившись от удовольствия. Варя смотрела на это представление с лёгким изумлением.

— Рад за вас, Геннадий, — сказал я. — Лечение помогло.

— Ещё как помогло! — Геннадий оглядел пустое помещение. — А когда открываться-то будете? Мне ещё травки надо, вы обещали. Для пазух. И для души. Жена говорит, я стал спокойнее, когда дышать начал. Раньше всё орал, а теперь не ору!

Вообще-то он и сейчас орал, ну да ладно. Я достал небольшой пакетик с травами и отдал ему.

— Вот, держите, — сказал я. — Сбор для дыхательных путей. Заваривать как чай. Пить три раза в день.

Геннадий с гордостью взял мешочек.

— От души, люди добрые! — торжественно произнёс он. — Вот что значит хорошие соседи! Вот что значит правильные люди! Я про вас всему дому расскажу!