Отморозок 11 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович - Страница 36

Игнатов молчал. Потапов постучал пальцем по папке с материалами по заводу.

— Зимин будет вынужден искать союзника. Сам он не удержит завод. У него кабинет, печать, уважение, свои начальники цехов. Но нет силового контура. Если его прижать через проверки, фонд имущества, прокуратуру и пару десятков жалоб от обиженных работников, он быстро поймет, что директорское кресло — это не абсолютная броня. А если надавить физически, он вообще завибрирует.

— Тогда он может пойти к Вахо.

— Может. Или Вахо сам к нему может прийти. Вахо умный. Он не будет лезть в управление домнами. Это ему не нужно. Вахо нужны деньги и возможности, которые получит крупный акционер. Он предложит Зимину то, чего у старика нет. Защиту на земле, деньги, людей, контроль над теми, кого нельзя убедить в кабинете.

— Возможно — кивнул Игнатов. — Значит, нужно создать проблемы и Зимину и Вахо и не дать им договориться между собой.

— А вот это правильно, Володя — удовлетворенно кивнул Потапов. — Зимина, для начала, нужно ударить через его директорский фонд. Проверить законность его создания, порядок передачи ваучеров, протоколы собраний, доверенности. Все бумаги. Что-нибудь да найдется. Не может быть такого, чтобы не было хотя бы маленькой зацепки. Нужно найти обиженных. Такие всегда найдутся, особенно если им объяснить, что они борются против директорской мафии.

— Подключить прокуратуру?

— Попробуй, но не факт, что сработает, — вздохнул Потапов. — У Зимина в городе хорошие связи. Он может договориться с местными силовиками. Но, в любом случае, попробовать стоит. Ты вот что, подключи ребят со стороны, пусть сделают несколько провокаций в сторону завода, якобы со стороны Вахо. Пусть набьют кому-то морду. Сделают налет на территорию, наведут шуму. После этого у Зимина желания договариваться с Каладзе будет поменьше.

— Понял — кивнул Игнатов — А что с самим Вахо?

— А вот по Вахо мы сначала ударим в Москве. Нужно отвлечь его от дел в Энске. Создадим проблемы его московским предприятиям. Натравим санэпидемстанцию, пожарных, налоговую. Пусть отбивается от проверок, тогда у него будет меньше времени чтобы строить козни мне в Энске.

— Всеми делами Вахо в Москве ведает Иван Карабанов. У него сложились довольно хорошие отношения с проверяющими организациями. Думаю, он сможет самостоятельно, не прибегая к помощи Вахо, решать проблемы в Москве. — Покачал головой Игнатов.

— Володя, ну что, мне тебя учить? — скривился Потапов — Если мешает Карабанов, значит нужно его вывести из игры. Найди чем его прижать. Не найдешь, все равно прижми. Нужно закрыть его минимум на ближайшие несколько месяцев. Пусть Вахо думает, как вытащить из СИЗО своего ставленника, и одновременно отбивает атаку на свои московские точки.

— Понял — кивнул Игнатов — Первым делом закроем Карабанова, и параллельно организуем проверки.

— Вот тебе идея — усмехнулся Потапов. — Офис Ивана находится в здании ресторана, как и у Вахо. Организуй анонимный звонок, что по этому адресу происходят подозрительные криминальные движения. Я тебе дам телефончик человечка, который и будет заниматься звонком. Встретьтесь и оговорите детали. Во время обыска в кабинете у Ивана что-нибудь найдут. Ну, а дальше, мне тебя учить не нужно. Ивана в СИЗО, ресторан закрыть.

— Сделаю, — кивнул Игнатов.

— Давай, Володя. — махнул рукой Потапов отпуская подчиненного.

Игнатов вышел из кабинета, а Потапов снова взял фотографию Вахо в руки. Долго вглядывался в лицо бывшего партнера. Потом положил ее на стол и тихо пробормотал.

— Ничего Вахо. Уже недолго осталось.

Потапов вытащил из ящика фляжку, открутил пробку и сделал несколько глотков обжигающей горло жидкости. Потом хищно улыбнулся.

— Ты сделал большую ошибку, когда решил показать мне удавку, но не воспользовался ей сразу. Я такой ошибки не сделаю.

Подмосковье. Трасса М4. На следующий день.

Игнатов, одетый в неприметную куртку и джинсы, сидел в придорожной забегаловке в углу у окна. Несмотря на пасмурную погоду, на его лице были солнцезащитные очки. Машина с его людьми стояла снаружи, но на встречу он пришел один. Перед ним стояла тарелка с шашлыком и бутылка пива. Мясо было подгоревшим и жестким, пиво теплым и противным на вкус, но Игнатов пришел сюда по другому вопросу, поэтому его не интересовало ни мясо, ни пиво. Кроме него в забегаловке находилось несколько дальнобойщиков, сидевших за одним столом и пара проституток, стрелявших глазами то в сторону дальнобойщиков, то на Игнатова. Внешность у проституток была так себе, зато с мозгами все в порядке, поэтому они не навязывались ни перебравшим шумным дальнобоям, ни Игнатову, от которого несмотря на внешне ничем не примечательный вид, ощутимо веяло угрозой.

Кастета он узнал сразу. Фотография в деле, несмотря на то, что была сделана уже давно, довольно сильно походила на оригинал, который ввалился сквозь двери и теперь с интересом рассматривал помещение забегаловки. Это был широкоплечий тип с квадратной челюстью, льдисто холодными голубыми глазами и коротким ежиком светлых волос. Одет он был в черные джинсы и черную кожаную куртку. Кастет, бегло изучив посетителей забегаловки, по описанию, безошибочно определил заказчика и двинулся к его столику. Подойдя ближе, вежливо поинтересовался.

— Присесть можно?

— Садись — кивнул Игнатов.

Кастет сел напротив и молча уставился на заказчика. Он сидел с бесстрастным лицом и не собирался начинать разговор первым. Игнатов, в свою очередь, изучал его. На лице Кастета крупными буквами был написан род его занятий и весь внешний вид только подчеркивал это впечатление — опасного типа, от которого нормальным людям лучше держаться подальше

Молчание затягивалось. Наконец, Игнатов достал из кармана куртки два конверта. Он положил первый конверт на стол и придвинул его ближе к Кастету. Второй пока оставался у него в руках.

— Здесь фотографии людей. Этих нужно хорошенько обработать и сказать, чтобы завязывали с фондами Зимина, иначе в следующий раз, будет хуже. — сказал Игнатов глядя в глаза собеседнику.

Кастет неторопливо взял конверт и раскрыл. В нем было три фотографии. Он вытащил все и разложил перед собой веером. Внимательно посмотрел на лица, затем перевернул. На обратной стороне, простым карандашом, аккуратным разборчивым почерком были записаны адреса. Кивнув и ухмыльнувшись, он засунул фотографии обратно в конверт и снова вопрошающе уставился на Игнатова.

— Сколько у тебя людей?

— Со мной вместе будет шестеро, на двух машинах.

Игнатов положил на стол и подвинул второй конверт.

— Здесь пять тысяч долларов — это на всех. Кроме работы с конкретными людьми, нужно устроить налет на центральную проходную завода. На проходной нужен шум. Повалите охрану, обработайте пару активистов, чтобы рабочие видели. Кто-то, чтобы это слышали потерпевшие, должен упомянуть, что Вахо приказал хорошо поучить дураков, чтобы знали за кем сила. Только не театрально, а естественно. Как будто вырвалось само.

— Сделаем, — кивнул Кастет.

— Смотри, — Игнатов внушительно посмотрел собеседнику в глаза — бить аккуратно. Мне не нужны ни трупы, ни инвалиды. Пусть это будет обычная хулиганка, без тяжелых последствий.

— Понял, начальник — снова кивнул Кастет только по одним известным ему приметам распознавший в Игнатове мента.

— Везде где работаете, упоминаете имя Вахо. После того как сделаете дело, сразу валите из города. Никаких кабаков и баб. Чтобы вашего духа больше там не было.

— Понял.

— Тогда свободен.

Кастет встал из-за стола и не попрощавшись пошел на выход. Выйдя из забегаловки, он остановился, вытащил конверт с деньгами и посмотрел внутрь. Довольно улыбнувшись, он спрятал конверт обратно во внутренний карман куртки и сел в неприметную зеленую девятку с наглухо затонированными стеклами, стоявшую рядом со входом. Девятка сразу же сорвалась с места, вырулив на трассу и нагло влившись в общий поток.