Рождение Короля (СИ) - Романович Роман - Страница 19

И небо мне свидетель, так просто я не сдамся.

Я видел, что лаконичность не работает. Нужно кое-что ещё. И у меня был пример, что именно. Та же Нада двигалась не просто экономно. Она выстраивала свой рисунок боя, заставляла врага совершать лишние движения. Я постарался вспомнить весь короткий бой в деталях и понял, что догадка верна. Открытие вынесло мозг. Как этого добиться? Снова взявшись за посох, снизил скорость и продолжил. Хочешь или нет, но действия противника зависят от твоих движений. Справедливо и обратное. В бою полно ограничений. Есть наилучшие ходы, но враг вполне может знать о них, учитывать и обращать себе на пользу.

Это повлекло за собой усложнение рисунка боя. Я ошибался, путался в собственных ногах, хотел переключиться на привычные рельсы, но раз за разом поправлял себя. Что-то получалось, что-то так сразу отказывалось даваться. Я то терял концентрацию, то, ухватив новую идею, бросался в бой со всем доступным пылом.

Отец всего за неделю научил меня вкладывать всего себя в один удар. С его логикой было сложно спорить. Если враг силён — ничего другого и не остаётся. Но, кажется, я вырос из этой простой концепции.

Если немного усложнить…

Нет, не так.

Я переключался между разными элементами, стараясь каждый подтянуть. Дыхание расширяло восприятие, но в какой-то момент я понял, что зрение только мешает. Я вижу только то, на что смотрю. Ещё немного бокового зрения, но как же это ограниченно, если сравнивать со всем доступным восприятием. Остановившись, соорудил себе повязку на глаза. Нужно пересмотреть и эту часть. Не всегда видно глазами, что задумал противник. Как насчёт других частей восприятия? Смешно, но это только помогло представлять, как сражается Нада. Я весь обратился в слух, раскинул всё доступное восприятие. От этого моя зона контроля только выросла. Я снова разогнался и позволил телу самому найти оптимальный путь. Возможно, сказалась накапливающаяся усталость, от которой мозг стал меньше умничать и мешать. А возможно, и что-то другое.

Нельзя было эффективно действовать с завязанными глазами, когда внутри столько напряжения. Тогда я заставил себя предельно расслабиться. Обратился к ощущению гармонии. А там вспомнил и про путь воды. Вода всегда найдёт обход, каким бы ни было препятствие. Мне не нужны идеальные приёмы. Мне нужно идеально понимание, как находить лучший вариант в любой ситуации. Вот он — путь воды.

Шло время. Одежда пропиталась потом. Мышцы налились тяжестью. Но я только вошёл во вкус.

Дыхание. Опора. Плавность и тактика. Остался огонь.

Стоило попытаться добавить взрывной силы, как… это получилось. Только я сделал то, что давно умел. С навершия посоха сорвалась силовая волна, ушла дальше. Раздался треск. Я снял повязку, увидел, как разнесло в щепки старое дерево. Можно было проследить, как вспучило землю и выдрало кусты дальше в лесу.

Сколько силы впустую. Если бы мне нужно было красоваться, посылая особо мощные удары и меняя ландшафт, я бы обязательно отработал нечто такое. Мне же нужно было нанести достаточный ущерб, чтобы уничтожить более сильного противника. В моём случае каждая кроха силы должна идти на дело. А значит, никаких силовых волн. Они говорят лишь о том, что я не сконцентрировал удар в одной точке.

Мысленно извинившись перед лесом, вернулся к практике. И принялся собирать весь рисунок боя заново.

От себя требовал быть быстрым, устойчивым, неуловимым, без лишних движений и предельно мощным, сосредоточенным в одной точке. Этому я отдал всего себя.

— Ты даже не можешь сломать дерево? — прозвучал насмешливый голос Нады.

Спросила она, когда я спустя неизвестное количество времени замер с занесённым посохом. Со стороны выглядело так, будто я ударил по дереву, но ничего не случилось.

Для меня же это было долгожданным успехом. Ничего не случилось — значит, я сконцентрировал всю взрывную силу в одной точке.

Выпрямившись, стянул повязку с глаз, повернулся к сестре. Обнаружил, что солнце уже коснулось горизонта. Сколько же часов я здесь провёл?

— Ты мешаешь, — сказал я.

— Может, я хочу посмотреть, старший брат, — сказала она насмешливо.

— Младшая что-то не поняла? — склонил я голову в бок, посмотрел исподлобья.

Рано или поздно это должно случиться. Так почему бы не выяснить, кто сильнее, прямо сейчас?

Глава 8

Вызов, или Когда узнал чужие тайны

На мои слова Нада ответила не сразу. Её взгляд потяжелел, а вместе с тем и потемнел. Доброжелательная улыбка медленно сползла с лица. Казалось, черты заострились. Девушка чуть сдвинулась, и сложилось впечатление, что передо мной предстал совсем другой человек.

— Рано или поздно это должно было случиться, — повторила она то же самое, о чём я только что думал. — Ты, Эл, не совсем понимаешь, что такое клан Бинхуэм. За моими плечами стоят сотни поколений, которые тысячи лет доказывали право называться одними из сильнейших. И я — их плоть, их кровь. Не просто какая-то девчонка, которой ты можешь указывать, а дочь главнокомандующего.

— Все в твоём клане такие болтливые? — отвёл я посох в сторону. — Хватит трепаться. Утомляешь.

— Ты прямо заставляешь преподать тебе урок.

Отведя руку в сторону, Нада призвала копьё, которое замерцало тусклым светом.

— Уверен, что хочешь этого? — спросила она. — Я не буду тебя жалеть, Эл.

— Взяла оружие, так дерись… — ответил я, сходя с места.

Сшибка произошла мгновенно. Нада успела отвести левую ногу назад. Сдвинула копьё, подставила под мой удар. Я целился в тело, чтобы закончить всё одним ударом, но, как и ожидалось, она оказалась по-настоящему быстра.

Тем не менее я вложил всего себя в этот удар. Посох угодил в древко. Ногами я ощущал огромный пласт земли под собой, что давал мне опору. Тело выгнулось, свистнул рассечённый ветер. Я не применял техник, выдав что-то куда более глубокое.

Взрыва не раздалось. Копьё вышибло из руку Нады. Отдача откинула посох, и я шагнул вперёд, выбросив руку навстречу. Девушку развернуло, но она успела выставить ладонь и атаковать сжатой духовной силой. Но было поздно. Слишком хорошо я сегодня опору наработал. Будь время — сам бы удивился своим успехам. Моя рука прошла дальше, едва задела горло, но этого хватило, чтобы перебить гортань. Глаза девушки начали расширяться, а я продолжил движение. Как и она. Следующую атаку она заблокировала, умудрилась пнуть меня в бедро, мигом отсушив его, но я сознательно пошёл на размен, дотянувшись до её тела. Пальцы коснулись живота, и я вложил импульс, дестабилизируя внутреннюю энергетику.

И даже это не вывело её из строя сразу. В одно мгновение мы обменялись несколькими ударами, я ощутил, как рядом промелькнула смерть, и только после этого Нада дрогнула. Чем я тут же воспользовался. Удар, удар, удар. Мои движения были предельно точны, направлены на выключение противницы. Добившись своего, я перехватил её, развернул и взял на захват, зажав горло.

Девушка захрипела и выпустила духовную силу, только вот было поздно. Сила духа заколебалась, пошла в разнос, продрала меня, но серьёзного ущерба не причинила. Я добился того, что передавил ей артерию и отправил прикорнуть. Тело расслабилось, девушка отключилась, но на этом ничего закончено не было. По телу побежало то, что чернее ночи, попыталось атаковать, но я ещё сильнее надавил на горло, обернул духовную силу удавкой, пустил кровь. Тогда чернота отхлынула, выплеснулась вовне и обратилась огромной змеёй, которая нависла надо мной, угрожающе зашипев.

— Знай своё место, Анаканда, — сказал я холодно. — Атакуешь — убьёшь нас двоих.

«Выпусти меня!» — закричал бинхуа внутри меня.

«Ещё чего», — не моргнул я и глазом.

Сверху на меня обрушилось давление. Змея продолжала скалиться, нависать, приблизилась почти вплотную.

— Это не твоё дело, Анаканда, — сказал я. — Младшая получила урок. Хочешь убить её? — надавил я ещё сильнее. — Если я ей не помогу, она умрёт. Так что не мешайся.