Второй шанс для тирана. Том 2 - Белова Александра - Страница 3

«Смотри на этот смайлик, Аня, – подумал я. – И привыкай, что теперь в этом доме могут улыбаться просто так».

Выйдя из подъезда в промозглое, серое мартовское утро, я достал телефон Максима. Недавно разобрался с любовницей. Сегодня пришла очередь куда более опасного биомусора.

В мессенджере висел чат под названием «Покерный клуб». Там было три человека, не считая меня: «Серый», «Кабан» и «Толик». По обрывкам воспоминаний Максима и переписке я быстро восстановил картину. Это были не просто собутыльники. Это была компания полукриминальных маргиналов, с которыми Максим играл в подпольных катранах на окраине города. И самое главное – он был им должен. Двести восемьдесят тысяч. Карточный долг.

В переписке Серый уже два дня настойчиво интересовался, когда «Максик подгонит бабки», и намекал, что «счетчик щелкает, братуха, не обессудь».

Если я не закрою этот вопрос прямо сейчас, эти животные могут заявиться ко мне домой. Они могут позвонить в дверь, когда там будут Анна и Соня. Одна мысль о том, что эти ублюдки могут напугать мою семью, вызвала во мне вспышку такой ярости, что я едва не сломал пластиковый корпус телефона, сжав его в кулаке.

Я набрал номер Серого.

– О, какие люди! – раздался в трубке прокуренный голос с блатными интонациями. – Макс, братик! Ты где пропал? Мы уж думали, отдыхать улетел со своей Алинкой.

– Через час в «Офсайде», – произнес я спокойно. – Я привезу деньги. Будь там со своими клоунами.

Я сбросил вызов до того, как он успел ответить.

Спортбар «Офсайд» находился в спальном районе, в подвале старого торгового центра. Это было мерзкое, пропахшее дешевым пивом, заведение, где еще до обеда собирался местный контингент.

Я вошел внутрь. Глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть к полумраку. За дальним угловым столом сидели трое. Серый – жилистый, с бегающими глазами и наколками на костяшках. Кабан – лысый бык с красной шеей. И Толик – тощий, нервный тип. Они пили пиво и громко ржали. Увидев меня, Серый расплылся в издевательской ухмылке.

– Во, блудный сын нарисовался! – крикнул он на весь зал. – Давай, Максик, падай. Пивка возьмешь? Или тебе как обычно, водочки для храбрости, чтоб домой к жене идти не страшно было?

Я подошел к столу. Не стал садиться. Остался стоять над ними, возвышаясь, глядя сверху-вниз абсолютно пустым взглядом. В моей прошлой жизни такие люди даже не смели подойти к зданию моего офиса ближе, чем на сто метров.

Мое молчание и прямая осанка сбили их с толку. Ухмылка Серого слегка померкла. Он привык к Максиму – сутулому, пьяненькому, заискивающему перед ними неудачнику с завышенным эго.

Я расстегнул куртку, достал из внутреннего кармана банковскую упаковку – двести восемьдесят тысяч, стянутые бумажной лентой – и с размаху, так, что звякнули пустые кружки, бросил пачку прямо в лужу пролитого пива на столе.

– Здесь все, до копейки, – произнес я твердо.

Серый уставился на деньги. Его глаза алчно блеснули, он быстро смахнул пачку со стола, пряча ее в карман спортивной олимпийки. Но жадность тут же сменилась наглостью.

– Э, притормози, Макс, – Серый откинулся на спинку, пытаясь вернуть себе авторитет. – Это основной долг. А пеня? Ты на три дня просрочил. С тебя еще полтинник сверху, за суету.

Кабан угрожающе запыхтел и начал подниматься со стула, поигрывая массивными плечами.

– Бабки на базу, Макс, или мы с Кабаном к тебе в гости зайдем. С женой твоей поздороваемся. Она у тебя, говорят, симпатичная, если синяки замазать.

Красная пелена рухнула на мои глаза. Кабан успел только привстать. Моя реакция была быстрее. Я не стал бить его в лицо – это глупо и неэффективно против такой массы. Я сделал резкий шаг вперед, схватил толстую, стеклянную пивную кружку со стола и с размаху, вкладывая в удар всю массу тела, обрушил ее на кисть Кабана, опирающуюся на край стола.

Стекло с оглушительным треском полетело во все стороны. Кабан издал пронзительный, нечеловеческий визг, схватившись за раздробленные пальцы, из которых хлынула кровь, и рухнул обратно, скуля как побитая собака.

Серый и Толик оцепенели. Они смотрели на меня с ужасом. Это был не их Максик. Я бросил окровавленный остаток ручки от кружки на стол и навис над Серым, уперев руки в столешницу. Мое лицо оказалось в десяти сантиметрах от его побледневшей физиономии.

– Слушай меня внимательно, падаль, – прошипел я, вкладывая ярость в каждое слово. – Долг закрыт. Между нами больше ничего нет. Я вычеркиваю ваши номера. Если ты, или это хрюкающее животное, или кто-либо из вашей помойной ямы посмеет мне позвонить… Если вы хотя бы посмотрите в сторону моего дома… Если вы произнесете имя моей жены…

Я сделал паузу, давая ему впитать мой взгляд. В бизнесе я уничтожал конкурентов финансово. Но я знал, как работает этот животный мир. Здесь уважают только грубую силу.

– …Я не буду с вами драться, – продолжил я шепотом. – У меня есть деньги и связи. Сдам ваш подпольный катран в тот же день. Оплачу хороших адвокатов. Ваши жизни превратятся в ад. Ты меня понял?

Серый сглотнул. Капля пота стекла по его грязному виску. Он смотрел в мои глаза и видел там абсолютную готовность выполнить обещание. Я не блефовал. Я перережу им глотки, если они подойдут к моей семье. И он это почувствовал.

– П-понял, Макс… – выдавил он, поднимая руки ладонями вперед. – Все. Мы в расчете. Никто тебя не тронет. Забыли.

Я медленно выпрямился. Бросил брезгливый взгляд на скулящего Кабана, развернулся и пошел к выходу, не оглядываясь. Выйдя на свежий воздух, я остановился у урны и глубоко вдохнул мартовский ветер.

Руки немного тряслись от адреналина. Но дело было сделано. Старые связи обрублены. Теперь Максим для них – отбитый психопат, к которому лучше не приближаться. Угроза с этого фланга ликвидирована навсегда.

Но когда адреналин начал спадать, я внезапно почувствовал нечто другое. Отвращение. Оно накрыло меня волной. И дело было не в произошедшей стычке. Дело было в том, во что я был одет.

Я опустил глаза на свои руки. На рукава пиджака. На темные штаны. От этой одежды пахло Максимом, дорогущим одеколоном, сигаретами и тем страхом, который он внушал своей семье.

Это была его вторая кожа. Кожа тирана. И пока я носил ее, чувствовал, как остаточная грязь этого ублюдка въедается в мои поры. Мне казалось, что если я сейчас вернусь в квартиру в таком виде, Анна снова увидит в дверях того самого монстра. Нужно сбросить эту шкуру. Прямо сейчас.

Я поймал такси и назвал адрес одного из торговых центров. Туда, куда Анна и Соня ездили вчера. Через сорок минут вошел в сверкающий, наполненный ароматами дорогого парфюма и кофе холл бутиковой галереи. Контраст с вонючим подвальным баром был колоссальным.

Я шел мимо витрин, ловя на себе взгляды охранников. Зашел в бутик итальянской мужской одежды. Продавец-консультант, молодой парень в безупречном костюме, заулыбался, почувствовав легкие деньги.

– Добрый день. Я могу вам чем-то помочь? – начал он крутиться вокруг меня.

Я достал из кармана черную дебетовую карту и зажал ее между пальцами.

– Мне нужен полный гардероб, – сказал своим обычным, холодным тоном. – От нижнего белья до верхней одежды и обуви. Цвета – темно-синий, серый, белый. Без логотипов и принтов. Размеры снимете сейчас. У вас есть час.

– Сию минуту, сэр. Прошу вас в примерочную. Я принесу кофе и начну собирать наборы.

Следующий час был актом экзорцизма. Когда я оказался в просторной примерочной с огромными зеркалами и мягкими пуфами, сразу снял с себя одежду Максима. Собрал все эти вещи в ком.

– Извините! – крикнул продавцу, приоткрыв дверь.

– Да, сэр? – парень тут же оказался рядом.

Я протянул ком одежды ему, оставшись в белье. От него избавлюсь позже.

– Это – выбросить. Немедленно.

– Как скажете, – продавец даже не моргнул.

Когда он принес первую партию новой одежды, я начал одеваться. Белоснежная хлопковая футболка. Идеально скроенные джинсы из плотного, темного денима, которые сели точно по фигуре. Мягкий, легкий кашемировый джемпер глубокого графитового цвета, приятно согревающий кожу. Сверху – строгое, элегантное полупальто. На ноги – кожаные ботинки. Тяжелые, но невероятно удобные.