Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ) - "Давление" - Страница 69

примерно так:

Глава 27 - Лысая Пятка

— Наконец-то! Цивилизация! — воскликнула Ако, выскочив чуть вперёд на небольшой пригорок. — Даже не верится!

Кролик вскинула руки, а затем вдохнула полную грудь, как будто воздух на пригорке был значительно чище, чем тот, что находился буквально в десяти метрах позади.

— Деревня как деревня, — пробормотал я в ответ, останавливаясь рядом и оглядывая открывшуюся панораму Лысой Пятки.

Не из вредности, а просто потому, что действительно не видел ничего, что могло бы вызвать такой восторг. Раскинувшееся внизу у подножия всё тех же гигантских деревьев поселение было… ну, деревней. Из удивительного были только сами деревья-исполины, среди корней и на могучих ветвях которых, собственно, и ютились дома. А в остальном… Заборчики, сплетённые из гибких прутьев. Аккуратные домики с цветастыми крышами и расписными ставнями на окнах, с округлыми стенами. Земельные участки с низкими оградками из живых кустов, аккуратными грядками, на которых росли не овощи, а какие-то пёстрые грибы и вьющиеся стебли с ягодами. Да, и теплицы из прозрачного, будто мыльного пузыря, материала. То есть всё выглядело… мило. Но до тошноты банально в своей деревенской сути. Архитектура, конечно, слегка необычная — кучерявая, округлая, без прямых углов. Но этого едва хватило бы, чтобы заставить меня сдержанно кивнуть, но уж точно не кричать «Ура, цивилизация!».

— Много ты понимаешь! — фыркнула кролик, смерив меня недовольным взглядом и подперев рукой бок. — Это не твои каменные гробы в городах Империи! И не жалкие, провонявшие рыбой и водорослями лачуги в портовых трущобах! Здесь есть природа во всей её красе и нет стражников, которые смотрят на тебя, как на ослиную лепёшку!

— Никто не смотрел на тебя как на ослиную лепёшку, — устало вздохнул я, делая первый шаг вниз по тропинке, ведущей между домами. Мои инстинкты уже оценивали обстановку: пути отхода, укрытия, потенциальные угрозы.

Ако что-то ещё возмущённо пробурчала, но её слова уже превратились для меня в фоновый шум. Гораздо больше меня занимали другие мысли. Я внутренне немного переживал по поводу реакции местных. Всё-таки человек, да ещё и такой… нестандартной наружности.

Наши первые шаги по главной и, похоже, единственной улице прошли в тишине. Домики выглядели мирно, но пусто. Когда мы миновали пару особенно «кудрявых» строений с дымящимися трубами, из-за низкой оградки одного из участков показалась маленькая фигурка.

Это была девочка. Лет пяти, не больше. Каштановые волосы были собраны в два беспорядочных хвостика, из которых торчали два аккуратных заячьих ушка. На ней было простенькое, но чистенькое голубенькое платьице, уже изрядно испачканное у подола. Кроха увлечённо ковырялась в чёрной, влажной земле маленькой деревянной лопаткой, а затем с серьёзным, сосредоточенным видом раскладывала выкопанные комочки и камешки по большим листьям лопуха, расстеленным на траве. Получалось что-то вроде импровизированного чаепития или пикника.

Заметив нас, девочка замерла. А затем, что-то тихо и испуганно пискнув, метнулась за угол ближайшего домика, оставив свою несчастную вязаную куклу наедине с несъедобными ништяками.

Я вздохнул.

Ну вот, началось. Пугаю детей одним своим видом.

— Хе-хе… — хохотнула Ако, продолжая смотреть туда, где только что была малышка, и на её лице появилось какое-то мягкое, ностальгическое выражение. — Я в детстве со своими сёстрами тоже так играла. Представляла, что эти глиняные комочки — самые что ни на есть настоящие пирожки. Мы в них ещё камешки клали и представляли, будто это кедровые орешки. Иногда к нам даже соседские мальчишки подключались. — Взгляд Ако стал более осмысленным и переключился на меня. — Слушай, Гриз…

— Чего?

— А как ты развлекался в детстве?

— Как я развлекался в детстве?

— Да, — кролик поравнялась со мной и встала чуточку ближе и повторила вопрос.

И правда… А чем я занимался в детстве?

Я будто засунул руку в мешок с воспоминаниями, ухватил то, что было ярче остальных, и вытащил его наружу.

“— Значит так, Гриз, смотри сюда. Видишь? Это жопа оленя. Её ты вряд ли с чем-то спутаешь. Теперь берешь нож и вдоль живота, а потом аккуратно вокруг этой вонючей дырки, чтоб ничего из неё не расплескалось. Потом мы его освежуем, а из его шкуры сошьём тебе охренительные унты и шапку! Гриз! Гриз, ты меня слышишь?”

— Ау-у-у! — голос Ако внезапно выдернул меня из воспоминаний.

— А?

— Ты вдруг замолчал и ушёл в себя. Спрашиваю, чем ты в детстве развлекался?

— Я… — учился аккуратно вырезать животным анус, потому что батя не любил это делать. — Ничем.

— Ничем? Но так не бывает! — у Ако на лице отразилось искреннее непонимание, будто я сказал, что в детстве не дышал.

— В смысле, помогал отцу, — я на секунду замолчал. Внутри что-то ёкнуло — хотелось тоже поделиться чем-нибудь… нормальным. Детским. — Как-то раз вырезал фигурку из дерева. Быка. Фигурку быка. Правда, он не очень был похож на быка… больше на горбатую колоду с рожками. Отец его потом вместо чопика в бочку заколотил, когда у неё кран сорвало. Вошёл как влитой.

— А-а… Э… — Ако медленно моргнула. — Это… Мило.

Она отвела взгляд, но я успел прочитать на её лице застывшее, откровенное «ёп-твою-мать». Хорошо, что про тот случай с оленем не рассказал, а то вообще, кажется, откачивать пришлось бы. Мысленно похвалил себя за сдержанность.

Тем временем моё внимание привлекло движение в густом кусте, который рос дальше по дороге, прямо у поворота. Листья слегка колыхнулись, но не от ветра. Ветра сейчас не было, а значит, там кто-то прятался. Я решил не подавать вида, что заметил, но всё тело напряглось. Глаза смотрели вперёд, но всё моё внимание было переключено на периферийное зрение. Если на нас решат напасть, то я буду готов.

Покосился на Ако в надежде, что её кроличьи уши тоже что-то засекли. Но кролик, похоже, всё ещё пребывала в глубоких думах о моём тяжёлом, лишённом игрушек детстве. Она шла, слегка нахмурившись, явно переваривая историю про резной чопик.

«Слишком расслаблена! Слишком неосторожна!» — мысленно выругался я и незаметно сместился на другую сторону дороги, так, чтобы если атака последует, то недругам пришлось бы столкнуться сначала со мной.

Когда до подозрительного куста оставалось метров десять, внутри его листвы что-то громко хрустнуло. Ако всё же очнулась. Она резко остановилась, а её уши встали торчком и направились прямо на источник звука. Я также замер на месте.

— Кто там?! — крикнула Ако с напускной, но вполне убедительной строгостью. — Выходи немедленно!

Я молча, без лишних движений, достал из-за спины топор — свой самый ядрёный, тяжёлый и неоспоримый аргумент. Обычно, когда он не срабатывал, то просто доставал второй.

— Выходи, или хуже будет! — добавила Ако, хмуря брови.

Не хотелось мне начинать знакомство с местными жителями с насилия, но если они сами напрашиваются… Я не против. Принцип «не трогай первым, но будь готов ответить» всегда работал безотказно.

Куст снова тряхнуло, послышались сдавленные шёпотки, спор и чьё-то фырканье. Мои пальцы крепче сжались вокруг топорища, готовясь к броску или отражению удара. И в следующую секунду на дорогу высыпала… целая ватага мелких обормотов.

— О боже… Это дети.

Я ошарашенно глядел на то, как из куста, словно горох из мешка, один за другим вываливались мелкие охламоны. Кто был чумазый, будто только что из грязи вылез, кто почище. На одних одежда была поновее, аккуратная, а у кого-то — пошарпаная и с заплатками. Всего их было восемь. И, судя по хвостам, ушам и чертам лиц, все они относились к разным видам. Навскидку: енот, хомяк, волчонок, щенок, белка и… снова белка, но другая, и что-то определённо кошачье с полосатым хвостом, а замыкающей процессию была та самая девочка-зайка, которую мы видели совсем недавно.

— Вы что, следите за нами?! — возмутилась Ако, опустив руки. Её воинственный пыл моментально сменился на раздражённое недоумение.