Сломленные во тьме (ЛП) - Элизабет Эшли - Страница 21

Сегодня мы окажем миру услугу, избавившись от него.

Вин и Мауро забрали его пару часов назад, когда он справлял нужду в своём трейлере, и привезли сюда для… допроса. После того как Илай приехал присмотреть за Скарлетт, я отправился на склад, жаждая мести.

Он Дьявол?

Неужели нам наконец повезло, и мы поймали этого монстра?

Честно говоря, я не слишком оптимистичен, но мы здесь, чтобы это выяснить.

Хотя мы уже давно этим занимаемся, и моё нетерпение растёт с каждой минутой, проведённой вдали от Скарлетт.

— Я вам ничего не скажу, — мужик плюёт кровью на белоснежную рубашку Вина.

Вин вращает плечами, разминая шею.

— Это была моя любимая рубашка, ублюдок. Как я теперь выведу эти пятна?

— О, я знаю, как это сделать, — начинает Алекс. — Сначала нужно замочить её в...

— Я не всерьёз, блять! — Вин зажимает переносицу.

Мауро усмехается, его губы растягиваются в улыбке.

Алекс не отрывается от ноутбука.

— Ну извини, что пытался помочь.

— Хватит, — я встаю и закатываю рукава до локтей. Подхожу к ублюдку, наслаждаясь знакомым запахом страха, витающим в воздухе. — Ты знаешь, кто мы? — стою прямо перед ним, скрестив руки на груди.

Майкл усмехается, кровь стекает по его лицу.

— Никто. Вы ничто. — Его опухшие глаза скользят по комнате. — Все вы тут никчёмные куски дерьма.

Мой кулак врезается ему в челюсть, и в комнате раздаётся хруст.

— Это не лучший способ разговаривать с хозяевами, не так ли, Майкл?

Его голова безвольно падает набок.

— Пошёл ты на хуй.

Мой кулак бьёт его в живот, из горла вырывается булькающий звук.

— Давай попробуем ещё раз. — Я хватаю его за толстую шею, сжимая ровно настолько, чтобы играть роль Бога, контролируя, сколько воздуха он получает. — Мы уже знаем, что это ты заказал цветы для моей жены. Так ты Дьявол или нет?

Его губы синеют, он едва заметно качает головой.

— Хорошо. Вот теперь мы где-то. — Разочарование разливается по мне: это не тот, кого мы ищем. Но я знаю, что у него есть информация, которая приведёт нас ближе к Дьяволу. Свободной рукой я вытаскиваю из кармана записку и подношу к его выпученным глазам.

«Всегда моя».

У этого ублюдка хватило наглости написать такое для моей жены.

— Кто дал тебе это, чтобы положить в букет?

После того как его взгляд цепляется за записку, я сминаю её в руке и бросаю на пол, обхватывая его шею второй рукой.

Майкл хватает ртом воздух, его глаза начинают вылезать из орбит. Я слегка ослабляю хватку, позволяя ему глотнуть кислорода.

— Ни… кто.

Я сжимаю сильнее, наблюдая, как он борется.

— У тебя два варианта. Первый: ты отказываешься говорить, и мы затягиваем этот допрос настолько, насколько сможем, пока твоё тело не откажет. Или второй: ты говоришь, кто послал тебя заказать цветы, и мы закончим это сейчас же. — Проходят секунды, я бросаю взгляд на Мауро. — Принеси мне плоскогубцы. Если он не хочет говорить, значит, язык ему не нужен.

Майкл внезапно оживает под моими руками, яростно тряся головой.

— Передумал? — ослабляю хватку. Он жадно глотает воздух, а я отхожу, поворачиваясь к нему спиной. — Говори.

— Дья… — кашель. — вол… — ещё кашель.

Каждая вена в моём теле леденеет. Руки сжимаются в кулаки.

— Надеюсь, для твоего же блага, ты сможешь сказать что-то более полезное. Нам нужно настоящее имя. Немедленно.

Его голос хрипит.

— Я… не знаю другого имени.

Я резко разворачиваюсь на носках, протягивая руки, чтобы задушить его.

— Подожди… подожди! — он кашляет кровью, его дыхание становится поверхностным. — У меня есть адрес.

— Адрес? — руки опускаются по швам.

Он лихорадочно кивает.

— Да! Да! Там он сказал мне встретиться в пятницу, прямо перед полуночью, чтобы получить оплату. Я никогда не видел его. Он… позвонил с неизвестного номера. Сказал, что скучает по своей девушке и просто хочет напомнить ей, кому она принадлежит.

Его девушка?

Кому она принадлежит?

Моё зрение затуманивается, перед глазами пляшут чёрные и красные пятна.

— И ты просто взялся за это дело?

Он смеётся, давясь кровью.

— Ты бы отказался от тысячи баксов просто за заказ каких-то дурацких цветов?

Ого. Этот парень действительно идиот, если думал, что когда-либо получит свои деньги.

— Где вы должны были встретиться?

— На старых доках в Бронксе, возле трассы 95, за заброшенными складами. — Он плюёт в сторону. — Он сказал, что встретит меня там на своей лодке с оплатой.

У нас есть место, дата и время.

Бинго.

— Теперь ты отпустишь меня? — он торжествующе ухмыляется.

Меня переполняет чёрный юмор, я смеюсь.

— Ох, Майкл… — я хватаю его за подбородок. — Ни единого шанса.

Его глаза расширяются, он дёргает цепями.

— Но… но ты… ты сказал, что закончишь это сейчас, если я заговорю.

Я киваю, вытирая окровавленные руки о его рубашку.

— Я действительно сказал. И, как человек слова, клянусь, мы так и поступим. Закончим это.

Почти забавно наблюдать, как его плечи расслабляются с облегчением, будто он действительно думает, что мы позволим ему уйти отсюда свободным.

Я киваю в сторону Мауро.

— Давай.

Мауро ухмыляется, подходя к нему — устрашающий зверь для тех, кто заслужил. Нежный гигант для остальных. Он берёт бейсбольную биту и улыбается ещё шире.

Бедный кретин обмочился, тёмное пятно расплывается между ног.

— Пожалуйста, нет! Нет!

Я заглушаю крики, мою руки и плюхаюсь в ближайшее кресло, тяжело выдыхая.

Вин подсаживается рядом.

— Полагаю, у нас назначена встреча на доках в пятницу?

— Именно так. — Я наклоняюсь к барному шкафу, достаю стакан и бутылку виски.

— Интересно, — бормочет Алекс, пристально глядя на экран.

Наполнив стакан янтарной жидкостью, я слегка взбалтываю её и залпом выпиваю, наслаждаясь приятным жжением.

— Что? — спрашиваю я.

Алекс поворачивает экран, указывая на изображение чёрной георгины — цветка, который я сжёг дотла.

— Здесь говорится, что чёрная георгина — символ предательства. — Он выглядит задумчивым. — Как ты думаешь… — его глаза встречаются с моими. — Дьявол чувствует себя преданным Скарлетт, потому что она вышла за тебя?

Преданным?

Вин наклоняется вперёд, опираясь локтями на колени.

— Он безумен. Но это хорошо.

— Хорошо? — я недоверчиво смотрю на него. — Как, блять, это может быть хорошо? Он прислал цветы моей жене.

Он хлопает меня по плечу.

— Теперь он выходит из тени. Становится наглым и больше не прячется. Это хорошо. Наконец-то у нас есть шанс найти его. — Он забирает у меня бутылку и наливает себе. — Мы не можем поймать призрака, брат. Это то, чего мы ждали. — Он бросает взгляд на болтающийся труп. — Похоже, ублюдок получил по заслугам.

Он направляется к Мауро, помогая ему освободить цепь.

Я откидываюсь в кресле, запрокидывая голову и глядя в потолок.

Он, конечно, прав.

Но это не значит, что мне это нравится.

Особенно когда это касается Скарлетт.

Кстати… Я смотрю на часы. Она должна была начать виртуальную сессию терапии несколько минут назад. Барабаня пальцами по подлокотнику, я достаю телефон из кармана и смотрю на него.

Будет ли это вторжением в её личную жизнь, если я просто попытаюсь узнать больше, понять, что творится в голове у моей жены, помочь ей исцелиться…

К чёрту.

Я провожу пальцем по экрану, включая его. Незаметно бросаю взгляд на Алекса слева, но он слишком поглощён ноутбуком, чтобы заметить, как я вхожу в систему безопасности дома. Нахожу прямую трансляцию с камеры, направленной на Скарлетт.

Она сидит на диване, ноутбук стоит на кофейном столике. Её плечи сгорблены, руки обхватывают себя, колено дёргается — явные признаки беспокойства.

Мои пальцы впиваются в подлокотник. Может, терапия ей не на пользу, если она так расстраивается?