Аллей-уп (СИ) - Порошин Владислав Викторович - Страница 20

Именно с этими мыслями я медленно вышагивал по перрону. Однако в этот будний вечер народу тут было видимо‑невидимо. Скорее всего многие люди возвращались домой, в пригороды Ленинграда, после тяжёлой трудовой смены. Так мимо меня прошли три мужика с хмурыми усталыми лицами. Далее пробежала пара бойких полноватых женщин. Они, наоборот, купив что‑то дефицитное в городе, весело хохотали. Затем на электричку проследовали студенты с гитарой наперевес, среди которых худой очкастый парень необычным звонким голосом пел: «Понимаешь это странно, очень странно, / Но такой уж я законченный чудак. / Я гоняюсь за туманом, за туманом / И с собою мне не справиться никак…».

«Весёлые ребята, – подумал я, рыская глазами по сторонам в поисках человека в длинном чёрном пальто и в чёрной шляпе. – Стоп! Что‑то тут не сходится! Этому сумасшедшему на вид было лет 40, не больше. То есть он ещё даже не родился! Вот я – дурак».

Обругав себя последними словами, я вытащил из кармана джинсовых штанов тот самый трамвайный талон, с которого начались мои приключения. Внимательно покрутил перед глазами и остолбенел. Этот трамвайный талон был абсолютно новеньким! Следовательно, городской сумасшедший не просто торговал билетами на перроне вокзала, он регулярно катался из этого прошлого в моё будущее!

– С ума сойти, – пролепетал я и подошёл к переносному торговому лотку, где мощная широкоплечая продавщица в белом халате, надетом поверх пальто, продавала пирожки. – Дайте с мясом, пожалуйста, – сказал я, протянув 15 копеек. – Скажите, а вы не видели здесь такого странного мужчину в чёрном пальто и в чёрной шляпе? И у него скорее всего «не все дома».

– Юрика, ищешь? – усмехнулась женщина. – Бывает здесь. Видела вчера, хы‑хы‑хы. Он вчера продавал автобусный билет из будущего, хы‑хы‑хы. Псих, что с него взять? Но безобидный. Он мне как‑то раз помог лоток перенести в здание вокзала и рассказал, что в будущем Советский союз распадётся на пятнадцать разных государств. Дурачок, что с него взять? Наш Советский союз навсегда, навечно и нерушим, как скала.

– Спасибо, – широко улыбнулся я. – Вы меня буквально спасли. Кхе. От голода, – добавил я и за три прикуса слопал крохотный пирожок.

– Красивый ты парень, только какая жена тебя такого прокормит? – хмыкнул продавщица.

Я же пошёл искать этого юродивого Юрика вдоль перрона в сторону бетонного навеса, сооруженного от снега и дождя. И теперь мне повсюду мерещилось его черное пальто. Я даже добрел до студентов, которые всё ещё пели, что они едут за туманом и за запахом тайги.

– Привет, – поздоровался я с группой студентов, состоящий из четырёх парней и двух девчонок. – Не видели здесь случайно юродивого мужчину в чёрном пальто?

– Извини, дядя, мы на психов внимание не обращаем, – захохотал самый младший паренёк из всей этой компании, которого выделяла необычная корейская восточная внешность.

– Ясно, – крякнул я, не обидевшись на слово «дядя». Всё же я был выше их всех почти на голову, словно дядя Стёпа милиционер. Да и на студентов ВУЗа они не тянули, скорее всего это были ребята и девчата из какого‑то училища. – А такую песню знаете: «Здравствуйте, девочки! / Здравствуйте, мальчики!»?

– А вы лучше спойте, – сказала бойкая девчонка и протянула мне гитару.

– Ладно, тряхну стариной, – улыбнулся я, так как мысль о том, что сумасшедший Юрик катается из прошлого в будущее и обратно, вселила в меня уверенность в своём светлом будущем. – Эту песню мои товарищи любили исполнять на университетских подсидках. У неё простые аккорды и её легко можно подпевать. Кхе‑кхе, – прокашлялся я и ударил по струнам.

Здравствуйте, девочки! – заголосил я, распугав проходивших мимо работяг.

Здравствуйте, мальчики!

Смотрите на меня в окно

И мне кидайте свои пальчики, да!

Ведь я сажаю алюминиевые огурцы

А‑а. На брезентовом поле,

Я сажаю алюминиевые огурцы

А‑а. На брезентовом поле…

На этих словах я резко перестал играть и вернул гитару ребятам, так как заметил чёрное пальто на противоположном перроне.

– А дальше, дядя? – пискнул паренёк восточной внешности.

– Дальше сами придумайте. Я же говорю, что песня простая, как три рубля, – отмахнулся я и побежал за этой странной фигурой.

К сожалению, спрыгнуть вниз на железнодорожные пути и перебежать на другую пассажирскую платформу мне помешала электричка. Она в эту самую секунду громко шипела и медленно сдавала назад. Поэтому я полетел в обход. Но тут немаленькая толпа попёрла занимать сидячие места, и я с большим трудом выбрался из этой толчеи. А когда всё‑таки перебежал на противоположный перрон, то фигуры в чёрном пальто здесь уже не было.

«Кстати, а чё это я решил сбежать обратно в будущее? – вдруг прояснилось в моей голове. – Неужели я испугался какого‑то Зяму? Да этого коммерсанта недоделанного нужно просто вытолкать из команды. Вот и всё. И тогда я спасу ленинградский „Спартак“ и жизнь Александра Белова. А для этого требуется, чтобы я со своими пионерами ещё раз „надрал зад“ основному составу команды. Вот надо на чём сосредоточиться, а не на поисках сумасшедшего Юрика».

– Здравствуй, Миша, – вдруг за моей спиной раздался приятный женский голосок.

– Привет, – улыбнулся я и увидел, что передо мной стоит миленькая барменша Ирина из местного привокзального ресторана. Её черные волосы игриво выбивались из‑под шёлкового платочка, а в руках была тяжёлая сумка, которую я тут же взял в свою крепкую руку.

– Меня поджидаешь? – захихикала девушка.

– Кого же ещё? Конечно тебя, – соврал я.

– Тогда пошли, мне на троллейбус, – сказала она по‑простому, словно мы старые знакомые, и взяла меня под руку.

Глава 9

В ночь с понедельника на вторник мне не спалось. Столько разных впечатлений от пребывания в прошлом свалилось на мои плечи разом, что мозг беспрестанно прокручивал события этих нескольких дней в моей голове. Странная электричка, встреча с молодым дедом, знакомство с Кондрашиным, баскетбольная игра против олимпийских чемпионов Мюнхена, общение с красивыми девушками, которых в кои‑то веки не интересовало – кем я работаю и сколько получаю? Но это ещё не всё. Мне стало немного страшно от мысли, что это время мне нравится и я постепенно сживаюсь и сливаюсь с ним в единое целое. Этот 1975‑й год меня затягивал как чёрная дыра случайную блуждающую комету, попавшую в поле её гравитации.

– Ты чего не спишь? – шепнула хорошенькая барменша Ирина.

Её симпатичная головка лежала на моей груди, и она так плотно прижималась ко мне своим обнажённым боком, что я буквально чувствовал биение сердца своей нечаянной подруги.

– Мозг пухнет от впечатлений, – усмехнулся я.

– Даже так? – захихикала девушка. – Признайся честно, а почему у тебя, высокого и красивого парня, нет подруги?

«Наверное, потому что я совсем недавно приехал сюда из другого времени», – буркнул я про себя и сказал вслух, что у спортсменов такая перелётная жизнь, что не каждая барышня согласиться с ним строить свои отношения.

– Что значит перелётная жизнь? – заинтересовалась она.

– Совсем скоро, 15‑го октября, в «Юбилейном» состоится товарищеский матч между «Спартаком» и сборной СССР. Кстати, я тебя на него приглашаю. А на следующий день сборная отправится на две недели в Армению. Там есть такая спортивная база союзного значения, как «Цахкадзор». И сразу же из «Цахкадзора» все члены главной команды страны с несколькими пересадками полетят в США, где пробудут вплоть до 1‑го декабря. В декабре же стартует чемпионат СССР. Сначала наш «Спартак» неделю будет играть в Каунасе, а потом неделю в Вильнюсе. То есть до Нового года такой спортсмен, как я, проведёт в Ленинграде считанное число дней. Теперь скажи – какая девушка это выдержит, что парень месяцами не бывает дома?