Бывает и хуже? Том 8 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 16

— Ужас какой! — ахнула девушка. — Надеюсь, он будет в порядке.

Она собиралась ещё что-то сказать, но тут в кабинет вошла Татьяна Александровна собственной персоной. Точно, мне ещё надо решить вопрос Юли по поводу её перевода.

— Александр Александрович, доброе утро, — отчеканила она. — Я к вам.

— Вижу, — кивнул я. — Проходите, Татьяна Александровна.

Она села на стул. Немного помолчала.

— Александр Александрович, — наконец произнесла она. — Я к вам сегодня по личному вопросу.

Я молча ждал продолжения.

— Я слышала про Кречетова, — заявила она. — Про сегодняшнюю ночь. Уже все слышали, какой подвиг вы совершили. И это достойно уважения.

Странно слышать от неё похвалу. Я не доверял этой женщине, подозревал, что ей что-то надо.

— И раз уж вы спасли его, — продолжила она, — то могли бы замолвить за меня словечко. А то наши отношения с главврачом не заладились.

О, так вот что ей нужно. Ну обалдеть можно!

— Вы правда думаете, что я буду это делать? — спросил я. — После всего, что вы сделали? Да ещё и с главврачом, который сейчас в реанимации?

— А что? — хмыкнула она. — Мне нужна эта работа. Раз уж вы решили сами уволиться, то вам какая разница, что здесь будет происходить.

Татьяна Александровна не знала истинной причины моего увольнения. Никто не знал.

— Я не буду никого упрашивать, — отчеканил я. — Просто дам один совет. Перестаньте воевать с коллегами и ведите себя нормально. И тогда никаких натянутых отношений у вас ни с кем не будет.

— Я вас услышала, — сухо ответила Татьяна Александровна.

Встала, прошла к двери. У выхода развернулась.

— А ведь я могла бы быть на вашем месте, — заявила она.

И вышла.

Интересная фраза. Что она могла обозначать? Татьяна Александровна не врач, а медсестра.

Мне казалось, что в этой фразе крылась часть ответа на давно мучавший меня вопрос. А что она вообще ко мне прицепилась?

Очень интересно…

Настало время начинать приём, и я погрузился в работу. Примерно в середине приёма ко мне неожиданно зашла Карина Вячеславовна.

— Добрый день, Александр, — кивнула она. — Не ожидали меня увидеть?

— Честно говоря, нет, — ответил я. — Вы тут по какому поводу?

— Надо было в бухгалтерии кое-что решить, — Власова прошла и села на стул. — Кречетов закрыл мою бухгалтерию и теперь приходится ездить сюда.

Точно, при Власове у Карины было куда больше власти. Помнится, её бухгалтерия очень выручила меня, когда я въехал в квартиру-котопритон.

— Я слышала, что с ним ночью произошло, — добавила женщина. — Повезло, что вы оказались рядом.

— Спасибо, — кивнул я. — Как там Ступов?

Пациент, который меня преследовал, потому что решил, что я бог.

— Стабильно, — ответила та. — Постепенно его состояние нормализуется. Но про вас всё равно говорит часто.

— Я хочу навестить его на днях, — заявил я. — Можно будет?

— Конечно, — пожала плечами Карина. — Для вас что угодно.

Она немного помолчала.

— Я вообще пришла сказать спасибо, — внезапно заявила она.

— За что? — удивился я.

— За сестру, — Карина Вячеславовна посмотрела мне в глаза. — Мы с Верой всё обсудили, и Ирина будет работать в приюте. И она ужасно этому рада! Они там вовсю придумывают идеи, оформляют документы. Открыть приют сложно, но я тоже помогаю, так что это не займёт много времени.

— Ирина довольна? — улыбнулся я.

— Да она на седьмом небе от счастья! — заверила Карина Вячеславовна. — Только и разговоров, что про этот приют. Спасибо вам!

— Я ничего не сделал, — улыбнулся я. — Просто подсказал Вере, что ваша сестра любит животных.

— И этого уже достаточно, — отрезала та. — Не спорьте даже!

Карина Вячеславовна внимательно на меня посмотрела.

— Всё-таки я не понимаю, зачем вам уходить, — покачала она головой. — И всё надеюсь, что вы передумаете. И на это же надеются все остальные в городе.

Она встала и прошла к выходу.

— Подумайте об этом, — добавила она.

И вышла из кабинета. Я продолжил приём, первичные пациенты, комиссии, всё по кругу.

После приёма в качестве небольшого перерыва позвонил Лиле. Мы уже давно не виделись, каждый был погружён в свои дела.

Девушка ответила почти сразу.

— Не поверишь, только о тебе думала, — весело заявила она. — Просто не хотела отвлекать.

— Как раз решил сделать перерыв, — ответил я. — Как дела?

— С практикой всё решилось, — радостно заявила Лилия. — Сессию сдам, и могу проходить практику на базе приюта, представляешь! Сегодня была у нашей завкафедрой, и она подписала всё.

— Это хорошие новости, — улыбнулся я.

— А то! — воскликнула девушка. — Саш, спасибо тебе огромное. Это место прямо то, что нужно! Вера такая милая, я с ней сдружилась уже. Планирую ещё и волонтёрить в приюте по максимуму, в таких местах всегда рук не хватает. Ну и то, что с тобой в одном городе буду, тоже радует конечно.

Я пока не говорил ей про своё увольнение. У меня был вариант уехать в другой город и начать с чистого листа. Но в последнее время я всё чаще понимал, что этот вариант не для меня.

Слишком прикипел к Аткарску, тут была вся моя жизнь. Да того же Гришу без присмотра не оставишь! Так что у меня появился новый вариант, чем заняться.

— Я тоже рад, — ответил я. — Осталось сдать сессию, значит?

— Ой, уж это я сдам, — заявила Лилия. — Девушка я умная, справлюсь! Ладно, не буду тебя отвлекать, мне пора!

Она положила трубку.

Я потянулся к компьютеру, чтобы заняться заполнением документации, но тут в дверь постучали и зашёл Шарфиков…

С лампочкой во рту.

— М-м-м-м! — разведя руки в сторону, промычал он.

Да ладно? Такое вообще бывает⁈

Глава 8

Итак, в моём кабинете стоял Шарфиков с лампочкой во рту. Бывает хуже? Для него даже не знаю…

Я смотрел на Шарфикова, он смотрел на меня. Искра, буря, безумие… Да какого чёрта вообще?

— М-м-м-м, — повторил он. — М-м-м-м!

Очень содержательно. Взрослый человек, который совершил просто абсурднейшую глупость. И теперь надеялся, что всё обойдётся

— Да не мычи ты, — сказал я ему. — Только хуже себе сделаешь.

Хотя куда уж хуже.

— Не двигай челюстью, — продолжил я. — Ни в коем случае не закрывай её.

Он еле заметно кивнул.

— И главное, — добавил я, — не пытайся её вытащить сам. Если ты сейчас сожмёшь зубы, то стекло треснет и ты получишь осколки в ротовой полости. И вся эта история закончится тем, что мы поедем в Саратов, в челюстно-лицевую хирургию, с риском перфорации твёрдого нёба. Ты меня понял?

Шарфиков с ужасом кивнул. Видимо, до него только сейчас в полном объёме дошло то, что он сделал. На лбу у него выступила испарина, а глаза стали круглыми. Как бы он ещё в обморок не грохнулся прямо посреди моего кабинета. Только этого мне не хватало.

— А сфоткать можно? — невинно поинтересовалась Лена. — На память.

Она всё ещё злилась на Стаса и тем более на его медсестру Кристину за ту подставу с деньгами.

— Нет, — строго ответил я. — Сейчас это пациент, а не наш коллега.

Она послушно кивнула, но в глазах у неё всё равно прыгали смешинки. Я её, в общем-то, понимал. Сам с трудом сохранял лицо.

— Стас, ты сам её засунул в рот? — спросил я. — Кивни, если да.

Он виновато и коротко кивнул.

Взрослый мужчина, двадцать семь лет. Врач-терапевт, с высшим образованием. Решил запихать себе лампочку в рот. Ну это же анекдот, такого в жизни просто не бывает! Хотя у меня вообще, кажется, бывает всё.

— Прочитал в интернете, что это невозможно, и тебе в голову пришло проверить это лично? — со вздохом продолжил я.

Помотал головой. Ну ладно, не всё потеряно. Может, его кто-то надоумил.

— Лена, Кристину найди, — распорядился я. — Её помощь нам понадобится. Стас, а ты иди на кушетку.

Можно было бы отправить его к хирургам, но не хотел навлекать на Шарфикова позор на всю больницу. Лучше уж в курсе этой истории будет поменьше людей.