Принц на черном пегасе - Блинова Маргарита - Страница 13

— Поднимайтесь на крыльцо. Я сейчас.

ГЛАВА 12. В которой ведьма узнает все самые свежие новости

Мужчины кивнули и двинулись в сторону калитки. Я же нырнула обратно в дом и пришла в ужас.

— Вот блин!

Часть стены и даже потолок закоптились и приобрели пикантно-подгорелый оттенок с ноткой гари. Люстру, мебель и пол покрывал ровный слой серого пепла. Но самое ужасное, что в центре всего этого безобразия сидел злой, как полчище демонов, гримуар.

— Ой, — выпалила я, с ужасом и капелькой раскаяния глядя на пострадавшего друга.

Белая обложка утратила даже намек на этот цвет и стала серой. Между страничек залегли пыль и пепел, а атласная закладочка рассерженной гадюкой кружила и извивалась в воздухе, выдавая крайнюю степень бешенства, в которую впал мой магический помощник.

Не в силах больше сдерживаться, гримуар подскочил на месте, прыгнул в портал и вывалился мне прямо в руки. Страницы возмущенно шелестели, закладка хлестала воздух, корешок раскалился настолько, что рукам стало жарко.

— Тише, тише, — попросила я, кончиками пальцев поглаживая обложку. — Ничего страшного не случилось. Протрем тебя тряпочкой, и засияешь как прежде.

«Шарлотта, ты совсем дура, да?» — всхлипнул бумажный обиженка, вырвался из моих рук и переместился на одну из полок стеллажа, где развернулся ко мне задом и показательно замер.

И мне бы подойти, утешить, сказать, что не хотела и сильно-сильно раскаиваюсь, но внизу гомонила толпа клиенток, а в дом с минуты на минуту должны были подняться Нейтон и Теодор. И все как-то наложилось друг на друга. И так не вовремя, что…

Да, я тоже малость психанула.

— Ладно, сиди тут и дуйся, но помни: ты мог меня остановить и предупредить, что ничем хорошим это не кончится, но предпочел сидеть, злорадствовать и ждать, когда я облажаюсь, значит ты сам виноват!

Гримуар от такого заявления едва не свалился с полки. Вскочил на обложку, поднял в воздух закладочку и, судя по всему, приготовился через пантомиму доказывать мне обратное, но я оказалась проворнее и выскочила из комнаты до того, как в ней разгорелся нешуточный скандал.

Сбежав по лестнице, вышла на крыльцо, мельком глянула в сторону Нейтона и Теодора, прорывающихся сквозь кордон из женщин, и обалдела.

— Господин Рок, у вас такая необычная фамилия. А еще глаза… И руки! О, светлые боги, какие накаченные у вас руки! — восхищалась одна, хватая Нейтона под локоток и с обожанием поглаживая бицепс.

— Господин Рок, я слышала, что вы остановились в гостинице, — напирала другая. — К счастью, в моем доме есть свободная спальня с очень широкой и удобной кроватью. Как вы смотрите на то, чтобы прийти ко мне на ужин и увидеть все воочию?

— Отрицательно. Меня вполне устраивает мой номер, — вежливо, но непреклонно отвечал брюнет, высвобождаясь из захвата и продолжая медленное, но верное продвижение сквозь толпу.

Но если у господина Рока получалось ставить на место упрямых дам, то Теодор ля Фэй стоял в самой гуще, аки монашка среди разбойников с большой дороги. Откровенно трусил перед напором противоположного пола и позволял им хватать себя за руки, вешаться на шею и делать двусмысленные предложения.

— Ты глянь чего творят, — прокомментировала все это массовое помешательство до неприличия довольная Гортензия, обмахивая себя веером.

Пока я озадаченно соображала, стоит ли спасать застрявшего в толпе Теодора, Нейтон Рок умудрился вежливо отшить последнюю претендентку на его неокольцованный безымянный палец и поднялся на крыльцо.

— Рад вас видеть, Шарлотта, — вполне себе искренне улыбнулся брюнет.

— Мы перешли на ты? — не менее искренне удивилась я.

— Темнота сближает, — подмигнул Нейтон, а я вспомнила наши прятки от Реджины Болл и тихо фыркнула от смеха.

— Кстати, Шарлотта, — сказал брюнет, слегка наклоняясь ко мне так, чтобы не услышала Гортензия. — На меня не действуют все ваши женские штучки, в том числе магические и колдовские чары, изменяющие внешность.

Я развернулась к нему всем корпусом и от всего сердца возмутилась:

— Как это не действуют?!

— Особенности рода по отцовской линии. Я вижу все манипуляции с внешностью, начиная от хирургического вмешательства и заканчивая самыми сложными иллюзиями. Так что у этих дам не получится обмануть меня с помощью ваших средств.

Ишь какой! Не действует на него.

Хотела бы я знать, что это за особенность такая. Точнее даже, аномалия в роду. Но сейчас обеспокоена более приземленным:

— Ты ведь не расскажешь это моим клиенткам?

Нейтон выдержал долгую, тревожную паузу и доверительно шепнул:

— Я слишком люблю и ценю свою жизнь, чтобы скоропостижно закончить ее ссорой с белой колдуньей.

Облегченно выдохнув, я подавила сиюминутный порыв обнять такого понимающего, такого здравомыслящего, такого…

Так, минуточку!

Белой? Он сказал «белой», а не «светлой»? Или мне показалось?!

— Дамы! — внезапно пискнул мэрский помощник, когда одна особенно дерзкая дамочка умудрилась ущипнуть смущенного парня за крепкую ягодицу.

— Шарлотта, — окликнула меня госпожа Флау, взирающая на все это безобразие. — Поверьте опыту, еще пара минут — и здесь начнется очень некрасивая драка за мужчину.

Я глянула на толпу с красным от смущения Теодором и поняла: пора спасать.

Магический перстень на пальце не просто нагрелся, а обжег кожу. Рой белых искорок слетел с моей руки и устремился в толпу, поражая клиенток и заставляя цепенеть. Со стороны казалось, что я решила сыграть с клиентками в детскую игру «морская фигура на месте замри». Двигаться мог только Теодор, озирающийся по сторонам с видом обескураженного суслика.

— Все в дом! — крикнула я, указывая на открытую настежь дверь.

Нейтон Рок принял приглашение с такой готовностью, словно только и ждал шанса проникнуть на светлую половину особняка на улице Поцелуев. Гортензия оценила взгляды скульптур, что-то прикинула в уме и сочла более безопасным оказаться чуть дальше от разгневанных дам, поэтому тоже метнулась в дом.

Колебался только мэрский помощник.

— Быстрее, господин ля Фэй, пока они не опомнились! — не выдержала я.

Теодор наконец опомнился и включил здравый смысл, а не то, чем он там думал, находясь в центре внимания представительниц слабого пола.

Вырвавшись из загребущих рук охотниц за холостяками, он добежал до крыльца и прошмыгнул внутрь дома. Я же успела повесить табличку «Не беспокоить» и захлопнуть дверь до того, как замершие дамы очнулись и в голос начали возмущаться.

— Эти женщины сошли с ума, — пожаловался Теодор, но, честно-то говоря, не слишком искренне.

Нейтон Рок так вообще предпочел многозначительно искривить губы в подобии улыбки и с интересом осмотреть прихожую.

— Идемте в лавку, — скомандовала я, щелкая замками и поворачиваясь к любительнице современных любовных романов. — Гортензия, вы ведь поможете мне с порядком?

— Да, конечно.

Пока я искала средство от мигрени и отмеряла в пустой пузырек нужное количество, Гортензия умудрилась не только протереть прилавок от копоти, но и вытянуть из Теодора кучу интересных сведений.

Оказалось, что яма, в которую на днях провалился мэрский помощник, никакая и не яма вовсе, а очередная рабочая халатность.

Случилось это лет эдак семь назад, когда нашему сумасбродному принцу Каллиану приспичило прокатиться по королевству. В официальных источниках писали, что «будущий наследник осматривает владения и вникает в проблемы простого люда». В действительности же молодому принцу осточертели столичные кабаки, игорные клубы и официальные празднества, где надо улыбаться гостям, держать лицо и кружить в танце молодых дебютанток. Вот венценосный дурак и решил ударить по разнообразию. Собрал охрану, натыкал в карте флажков, обозначая места, куда хотел заскочить с внеплановым визитом, и удрал из столицы.

Градоправители засуетились, схватились за сердце и попытались слечь с неожиданным инфарктом, но вовремя вспомнили, что список того, что давно планировалось починить, перестроить и улучшить, займет аж три листа, и бросились выполнять возложенные на них поручения.