"Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 656

Мне не хотелось с этим соглашаться, и я решила сменить тему. Тем более тема была и стояла на четырех копытах, фыркая и пугая своими огромными размерами.

— Давно хотела узнать, что это за зверь такой?

— Вы о Максимилиане Раманском? — весело уточнил магистр Эверус и сверкнул в меня взглядом. — Я бы вам рассказал, если бы это не была государственная тайна.

Я не поняла, что подразумевал преподаватель, поэтому просто уточнила:

— Я о коне. Это не конь, а настоящий монстр. Разве такие существуют?

— Как видите, студентка Даорг, — хмыкнул он. — Это малоземская порода лошадей — параины, хотя лошадью её можно назвать с натяжкой. Они магические существа и подчиняются лишь одному хозяину за всю жизнь, принося ему клятву верности, но сначала нужно заслужить уважение зверя. Тогда между ним и хозяином устанавливается связь, в том числе эмоционально-ментальная. Таким образом параины продлевают свою жизнь, а люди получают верного соратника. Оба выигрывают.

— Параин, — повторила я. — А оборотни подчиняют их?

— Мы с ними не особо ладим, — хмыкнул он. — Волки с лошадьми не лучшие друзья. Но мы их уважаем.

— А я смогу подчинить себе такого? — уточнила я, и магистр оглядел меня с ног до головы.

Я думала, он посмеется, но неожиданно он произнес:

— С вашим характером вам не только параин подчинится.

— Спасибо за сомнительный комплимент, — поморщилась я.

Мы уже подошли к одному из строений, где и стоял Максимилиан Раманский, дожидаясь нас. Он оглядел нашу компанию и уточнил у Эверуса:

— Ты отлучался в такой важный момент, чтобы привести студентов?

— Я был в ректорате, подписывал соответствующие бумаги, — отозвался Дейн и оглядел нас. — Прошу за мной, господа учащиеся. Купава, прошу, держись поближе ко мне — в этот раз хочется успеть поймать тебя прежде, чем ты упадешь в обморок.

— Я не собираюсь падать в обморок, магистр, — заверила его я, при этом смотря на Максимилиана.

Почему-то захотелось вновь упасть в обморок. Только обязательно рядом с Максимилианом Раманским. Кажется, он подумал о чем-то таком же, потому что, когда мы вошли в строение, его величество оказался по правую руку от меня, в то время как Дейн — по левую.

Мне очень хотелось сказать что-нибудь колкое его величеству, но я сдерживалась, чтобы не показать свои истинные эмоции. Он не дождется от принцессы проявления ревности. Этому меня учила моя гувернантка.

Внутри здания было тепло и пахло сеном. Даже не просто тепло, а жарко. Мы все сняли верхнюю одежду, оставив её на стогах сена, и прошли внутрь. У стены, в алькове на топчане лежали достаточно большие яйца — величиной с мою ладонь. Всего их было пять, и каждый был своего оттенка — от бледно-розового до насыщенно-красного — и в черных пятнышках. Вокруг них бегали встревоженные родители — две прекрасные большие ящерицы с гребнями над головой и по позвоночнику, с шипастыми лапами и подвижным, длинных хвостом. Они проверяли яйца и дышали на них огнем.

— Саламандры, — восхищенно выдохнул Элай.

Мы все удивленно посмотрели на принца. У обычно малоэмоционального наследника, которого трудно чем-либо удивить, вдруг засияли глаза. Он неотрывно смотрел на топчан.

— Невероятно редкие создания, полуразумны, — продолжил он. — Почему мы не знали, что в академии их разводят⁈

— Вы не знаете и трети тайн академии, — самодовольно отозвался Эверус, — особенно моего заповедника. Тут водится такое, что вашему драконьему клубу даже не снилось.

— И драконы водятся? — вдруг спросила Клаудия.

Максимилиан сосредоточил свой взгляд на герцогской дочке, а Дейн улыбнулся. Он не ответил, видимо, посчитав вопрос насмешливо-риторическим, и прошел вперед, к саламандрам. Когда он протянул руку, одна из саламандр взобралась по ней и обвила плечо мужчины. Он осторожно погладил её пальцами по шее.

— Волнуешься? — ласково спросил он у огненной ящерицы, и отвернувшись от неё, начал плести какое-то заклинание.

— Для появления на свет этих существ нужен определенный магический фон, — тихо пояснил король, — чтобы вылупившиеся дети впитали в себя магию и смогли продуцировать огонь, как их родители. На свободе саламандры живут огромными семьями по тридцать-сорок особей, и их скопления при вылуплении яиц моделируют нужный фон, но в неволе приходится воссоздавать условия.

— Вы прибыли, чтобы засвидетельствовать их рождение? — уточнила я.

Мы впервые прямо встретились взглядами. До этого старались не пересекаться. Его величество медленно кивнул.

— Рождение саламандр — великое событие. Это древние магические создания, и около трехсот лет назад их популяция резко сократилась из-за масштабного браконьерского промысла. Сейчас охота на них строго запрещена, хотя находятся безумцы и в наше время. Популяцию пока восстановить не удалось.

Первый треск услышали все. Затаив дыхание мы наблюдали, как первая ящерка вылупляется из яйца. Дейн уже закончил с заклинанием и теперь саламандра, что сидела на его плече, с умилением смотрела на своего детеныша.

Розовенький, с чуть просвечивающей кожей, растерянный малыш вывалился из скорлупы. Родители тут же окружили его. Внутри розового тельца начал разгораться ком огня, а спустя секунду он вышел из него, и магистр едва успел отступить, потому что из-за повышенной концентрации магический огонь полыхнул словно под куполом так, что мог запросто опалить кожу оборотня.

Родители кинулись к первенцу и начали его осматривать, обхаживать и принюхиваться. Мы все восхищенно выдохнули, с улыбкой наблюдая за рождением новой жизни, и я вслух прокомментировала:

— И почему существует живорождение, когда есть такой прекрасный способ вылупления?

Максимилиан посмотрел на меня с изумлением, а однокурсники, переглянувшись, рассмеялись. Вылупление продолжилось. Четыре прекрасных ящерицы уже появились на свет, а вот пятый ящеренок запаздывал. Внезапно яйцо словно начало сереть, терять краски. Мы сразу заподозрили неладное. Дейн переглянулся с Максимилианом, и оба нахмурились.

— Справишься? — тихо спросил у Владыки оборотень, и его величество кивнул. Теперь уже обратились к нам: — Так, студенты, дальше без вас. Собираемся и выходим из заповедника.

— Но… — попытался запротестовать Элай, но под суровым взглядом магистра стих.

Мы все понуро побрели к выходу, захватив с собой одежду. Когда мы вышли и вдохнули морозного воздуха, я осторожно спросила:

— Как думаете, последний выживет?

Парни пожали плечами.

— Дейн сказал выходить из заповедника, поэтому идемте, — посоветовал Арк-Вирт и вновь усадил Рами себе на плечо.

Мы направились к выходу. Мне было страшно за младшего. Я вдруг вспомнила, что роды у леди Клоретт, второй жены моего отца, проходили сложно, и говорили, что появление здорового мальчика — чудо. Тогда не обошлось без чудодейственной пыльцы. Быть может, и сейчас она поможет? У меня с собой было немного — в медальоне. Когда там заканчивалась пыльца, я всегда пополняла запас.

У калитки я остановилась.

— Кажется, я забыла варежку, — внезапно сказала я, зажимая обе в карманах, — видимо, она выпала, когда мы раздевались. Вы идите, а я вас догоню.

Ребята переглянулись, судя по всему, не особо поверив в мою ложь, и одни вернулись в общежитие. Пока шла обратно, пару раз чуть не поскользнулась, удерживая равновесие в последние секунды. Так и добрела до сарая. Понимала, что меня будут ругать за то, что вернулась, но спасти жизнь маленькой саламандре стало важнее. Влепят очередное наказание? Пусть! Свои я уже отработала, можно и новые получить. С меня не убудет.

Я открыла двери и застыла, не в силах пошевелиться.

Просто там, в сиянии огня, у топчана стоял его величество. Его руки лизало пламя, оно же прикасалось к одежде, но не причиняло никакого вреда. Он ласкало его, словно было создано для него. Нет, не так… словно он был создателем этого пламени. Какой силой он обладает? Как смог приручить самую опасную стихию — огонь?

Я сделала испуганный шаг назад, задела вилы, и те с грохотом упали на пол. Это привлекло внимание обоих мужчин: Дейна, стоявшего поодаль у стены, и Максимилиана, который резко обернулся ко мне.