"Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 636

Глава 7

После занудной лекции магистра Фаута мы все поплелись под моросящим дождём в заповедник, где должна проходить практика по зоомагии. Уже у ворот нас встретил Дейн Эверус в тёмно-сером плаще с капюшоном, из-под которого сверкали тёмные глаза оборотня. Выглядел он не жутко, но опасно.

— Доброго дня, студенты, — он окинул группу беглым взглядом. — Все в сборе? Чудесно! За мной.

Мы шли за магистром очень бодрым шагом — никто не хотел мокнуть под дождём, поэтому каждый желал оказаться в здании как можно быстрее. Но вот основное здание заповедника, где у нас ранее проходили лекции, осталось слева, а мы шли дальше, к одному из строений. Переглянулись.

— Нас ведь не заставят чистить загоны прямо на практике? — шепнула Рами.

— Кто знает, студентка Райк, кто знает, — весело отозвался магистр и открыл одну из дверей, пропуская нас внутрь. — Прошу!

Мы осторожно вошли. Здесь было тепло, а ещё пахло сеном и помётом. Вдоль стен стояли клетки, в которых сидели самые разные грызуны. Мадам Ястер хлопотала по центру, где на высоких лежанках сидели три огромные пузатые крольчихи с повисшими ушами, из-за чего их вид был даже милым. Хотя я не обманывалась насчёт этих животных. Они были отделены едва заметным светло-голубым магическим куполом.

Ощущение неминуемой подставы окутывало меня с головы до ног, как и остальных студентов. И судя по довольному и несколько ехидному взгляду магистра — я не ошибалась. Вскоре пришло этому подтверждение:

— Вам сегодня очень повезло — именно в этот час решили разродиться орколейские крольчихи, — «обрадовал» нас магистр Эверус.

Мы застыли.

— Лучше бы загоны чистили, — в оглушительной тишине голос Рами прозвучал как пророчество.

— Мы же не будем принимать роды? — уточнила Клаудия и сделала осторожный шаг назад.

Кажется, в этот момент она решила выбраться под дождь — снаружи всяко лучше, чем здесь. И я была в шаге от того, чтобы сбежать вместе с ней. Конечно, жизнь во дворце меня готовила ко многому, но точно не к тому, чтобы принимать роды у грызунов.

— А в чём проблема, студентка Цурик? — «участливо» поинтересовался Дейн и прищурился. — Неужели передумали становиться боевым магом?

Он уже успел откинуть капюшон, обнажив идеальное лицо. У Дейна Эверуса была хищная красота, а уж звериные глаза завораживали. Интересно, сколько сердец бедных студенток он покорил и в скольких их бессонных ночах виновен?

Под бессонными ночами я, естественно, подразумеваю сны об ужасных кроличьих родах.

— Не думала, что в обязанности боевого мага входит принятие родов, — заметила Клаудия.

У неё даже верхняя губа дёрнулась от отвращения.

— Маг, особенно боевой, должен быть универсальным, — осклабился магистр и заложил руки на груди. Он явно наслаждался тем, как издевался над бедными студентами. — Так что, студентка Цурик, вы всё-таки желаете стать боевым магом?

— Магистр Эверус, да будет вам известно, что такие красавицы, как я, поступают сюда не за знаниями, а ради связей и выгодного замужества, — припечатала Клаудия и вновь поморщилась, бросив взгляд на тяжело дышавших крольчих.

Мы с Рами, переглянувшись, хмыкнули. Клаудия как всегда прямолинейна. Но мою реакцию заметил Дейн и резко обернулся в мою сторону. Хмуро спросил:

— Студентка Даорг, а вы? Красавица или пришли учиться?

И столько ехидства в голосе, что захотелось фыркнуть, но лишь мысленно, потому что внешне выражение моего лица не изменилось. Я принцесса. Всегда должна быть готова к подобным выпадам. Поэтому ответила:

— Первый вариант зависит от вашего вкуса, а второй — от моих желаний, поэтому эти две категории нельзя ставить через «или», ведь лишь над последним я властна. Предлагаю вам определиться с первым, а я однозначно отвечу, что пришла учиться.

Элай ухмыльнулся, но тут же спрятал ухмылку за ладонью. Дейн тоже слегка улыбнулся, словно такой ответ ему понравился. Я ответила улыбкой — вспомнилось, как он прикрыл меня от охранника в библиотеке, спасал от контрабандиста и даже вернул книги. Пожалуй, если бы не этот эпизод с крольчихами, Дейн Эверус — просто идеал!

Наши переглядывания прервал Арк-Вирт, который, в отличие от нас, был куда больше заинтересован темой урока:

— А это случайно не те крольчихи, у кого беременность длится всего неделю? Настоящий бич наших островов — оглянуться не успеваешь, как они плодятся всё больше и больше. Из-за них мы даже разделяем территории стенами, чтобы они меньше спаривались и размножались. Это сильно подрывает нашу экосистему.

— Благодарю за исчерпывающий экскурс, Арк-Вирт, — кивнул преподаватель. — Высший балл.

— Если они так опасны, зачем их разводить, тем более в академии? — спросила Рами.

— К сожалению, неделю назад сбежали омейские козы, они добрались до козлов и… выделяемые ими феромоны подействовали на кроликов, — вздохнул мужчина, и я вспомнила, как в тот день отрабатывала в заповеднике. — Крольчихи вырвались из клеток, буквально сметая всё на своем пути, и… кхм.

Устроили беспорядочные связи? Мужчина не договорил, а мы, переглянувшись, дружно залились краской. Дейн оценил наши смущённые лица.

— Мне нравится ваша скромность, но в зоомагии она ни к чему. Вы должны проще относиться к животному миру. И быть готовыми принять роды, в том числе у крольчих. Это важный и нужный опыт. Так что вперёд.

И… мы сделали шаг назад. Дружно, слаженно. Должно быть, наша группа ещё никогда не была такой сплочённой, как сейчас! Даже больше, чем на посвящении.

— Хорошо, — вздохнул Дейн и коварно улыбнулся. — Все, кто не хочет, могут отправиться в столовую. — Мы развернулись, как нам в спины прилетело: — Но все получат незачёт, кроме Арк-Вирта.

Орк, к слову, единственный, кто не шелохнулся, а вот сейчас его зелёная кожа потемнела, а сам он словно уменьшился в размерах. Несмотря на его габариты, он был самым стеснительным из нашей компании.

Мы вернулись и теперь с наигранным энтузиазмом взглянули на крольчих.

— Прекрасно, — протянул магистр. — Что вам нужно знать о орколейских кроликах? Это магические создания. Их уши — идеальные эхолоты, они слышат на многие километры вперёд, именно поэтому почти на всех клетках орколейских кроликов стоит звукоподавляющий купол — они слышат происходящее, но меньше, чтобы шум академии и в частности столицы не мешал их жизни в неволе. В академии особи нужны для изучения и никто не ожидал такого скорого размножения, но это лирика, — он сделал паузу и продолжил: — Беременность у обычных кроликов длится около тридцати дней, но у орколейских — всего неделю. Быстрое размножение и количество потомства действительно опасно, особенно если недостаточно естественных природных конкурентов и хищников. Кто может предположить, что это за купол вокруг постаментов с беременными крольчихами?

Вверх поднял руку Элай и после кивка магистра ответил:

— Как я понимаю, это экранирующая заслонка — то есть те, кто находятся за ней, не видят нас, зато мы — видим их. Такое используется в допросных.

— Верно, — согласился магистр. — Во время родов им важно, чтобы ничто и никто их не отвлекало, в том числе и мы. Мадам Ястер уже подготовила всё необходимое, чтобы облегчить роды крольчихам: наклонные короба, тёплая вода, влажные полотенца. Внимательно следите за её действиями, но главное — за поведением самих орколейских крольчих. Также хочу напомнить, насколько важна температура окружающей среды — идеально шестнадцать-двадцать градусов…

— Магистр, а оборотнихи рожают в волчьем обличье или в человечьем? — неожиданно спросили с задних рядов, перебив преподавателя, и Эверус застыл.

Его лицо вытянулось. По рядам студентов раздались смешки, да и я едва смогла сдержать улыбку, удивившись такой крайней неосведомлённости однокурсника. Магистр привстал, чтобы увидеть «счастливчика», который задал этот вопрос, и всё-таки нашёл его.

— Студент Озент, — произнёс он с весельем, — да будет вам известно, что оборотни — люди, а уже потом волки. Наша вторая ипостась проявляется в период полового созревания, как и… у драконов, — тут он бросил взгляд на меня, но быстро отвернулся, — обычно к десяти-одиннадцати годам. Но раз вы столь заинтересовались этой темой, то к следующему практическому занятию будьте любезны написать реферат. Расширенный. Страниц на тридцать.