"Фантастика 2026-151". Компиялция. Книги 1-32 (СИ) - Аверьянов Евгений - Страница 234

Сегодня праздник у ребят

Ликует пионерия… ну с пионерией у нас в доме, если честно, не очень было, а комсомолия та точно, была немного на взводе. Когда я с раннего утречка спустился вниз посмотреть, что тут у нас и как, первое же, что увидел, так это змеистая очередь в кассы кинотеатра – она огибала дом и уходила через арку во двор. Человек двести тут стояло, не меньше, вот что реклама животворящая делает! Заглянул на минутку в кинотеатр к директору, напомнил, чтоб на первый сеанс билетов не продавали, там спецмероприятие будет, а дальше проверил, всё ли в порядке в клубе…

Всё хорошо и в клубе было, шарики мы там ещё вчера надули, бильярд был убран в соседнюю комнату, а стулья вдоль стен расставлены, на сцене же стояла ударная установка и синтезатор типа «Маэстро», это я напряг усилия и записную книжку и раздобыл это дело в аренду на день. Делать больше было особенно нечего, поэтому мне вдруг загорелось потренироваться на стадионе «Пионер», как в старые добрые времена. Предложил Инне, а она не отказалась. Неожиданно из своей комнаты и Алёна вышла, уже в спортивном костюме, и сказала, что тоже не против поучаствовать и приобрести, так сказать, заряд бодрости и энергии на целый день. И ещё она Славику звякнула на мобильник (у него же целую неделю как есть такой, новой модели и зелёного цвета, как лягушка), тот к нам присоединился по дороге. Смотреть, как Славик пытается схватить птичку за хвост или там найти иголку на дне морском, было забавно, но он старался, чтобы не упасть в грязь лицом перед Алёной… а вот у неё на удивление всё получалось почти без помарок, и это притом, что она в первый раз эти упражнения выполняли.

Ну а на закуску мы с Инной устроили облегчённый спарринг, на который остальные участники нашей тренировки смотрели, открыв рты… облегчённый-то он конечно по названию был, но мне, если честно, пришлось довольно туго – Инна вымещала что ли свои подавленные комплексы и работала на 95% от полной мощности, я только успевал уворачиваться, а один раз не успел и получил скользячком по рёбрам.

- Что-то ты разошлась, мать, - сказал я ей, когда мы закончили, Алёна со Славиком пошли домой, а мы сели отдохнуть на ту самую лавочку в кустах, - оставишь супруга инвалидом на старости лет.

- Ты ж мне ещё не супруг, - строго ответила она.

- Аааа, ну да, ну да – это всё объясняет… в мае точно буду я тебе супругом, зуб даю.

- Ну это когда ещё будет… слушай, а помнишь моего брательника из Арзамаса-16?

- Конечно помню, длинный такой, неразговорчивый и весь в джинсе. А что это ты про него вспомнила?

- Увольняется он из вооружённых сил и сюда переезжает, подумай, может он нам как-то пригодится…

- Окей, подумаю… но раз уж у нас вечер воспоминаний начался, то и я скажу про Антошу из деревни Анютино…

- Я его вообще-то ни разу не видела, только по рассказам знаю, но давай, выкладывай, что там про него знаешь.

- У него служба к концу подходит и он тоже сюда хочет перебраться – может и действительно пригодится как-нибудь вместе с твоим братцем.

- И каким же образом они тебе пригодятся, открыл б тайну девушке…

- Силовой блок надо бы создавать – времена сейчас сама видишь, какие, смутные, а это значит скоро начнётся всеобщая бандитизация, так сказать, масс и крышевание бизнеса, в курсе, что это такое?

- Что-то слышала, но ты можешь поточнее объяснить.

- Объясняю – до этого у нас весь бизнес был государственным, а заработанные в нём деньги строго подотчётными и на сторону они текли конечно, но слабо-слабо, как этот… пересохший ручеёк в пустыне. А теперь появляется очень много частников, кои единолично владеют прибылями со своего дела. А это значит что?

- Что это значит?

- Что найдётся довольно много народу, криминального и полу-, который захочет наложить лапу на эти доходы. На практике это выливается в предоставление так называемой защиты и так называемого покровительства бизнеса, за что защищаемый должен отстёгивать защитникам определённую долю своих доходов, обычно от 10 до 30 процентов. Этот вот процесс и называется в народе «крышевание», а бандиты, предлагающие такие услуги – «крышей».

- Ну в общих чертах ясно, брательника с Антошей ты хочешь поставить на взаимодействие с крышами, - сказала Инна, глядя в сторону трибун, совсем развалившихся от времени, - а со стадионом мы что-нибудь будем делать?

- Спасибо, что напомнила, я уж и забыл про это дело… стадион надо до ума довести, только это требует значительных затрат, как духовных так и материальных… в этом году не обещаю, но в следующем обязательно.

- Ладно, пойдём сполоснёмся под душиком, да и наверно пора встречать дорогих гостей в кинотеатре, там же, если я не ошибаюсь, сегодня аншлаг ожидается?

- Не ошибаешься, радость моя, аншлаг там с раннего утра уже имеет место, а к 12 подтянется делегация народных артистов, так что пошли в душ.

Но до того, как подтянулись народные и не очень артисты (я кстати справился у Гальпериной по мобильнику – их 16 штук ожидается, как раз влезут в одну комнату), произошла ещё парочка интересных событий. Во-первых Игоревич под ручку с мамой прибыл, сто лет их не видно и не слышно было, а тут вон оно чо…

- Ну здравствуй, Сергуня, - с порога начал он, мы как раз закончили душевые процедуры и готовились у продолжению банкета, - пришли вот проведать, как ты тут и с кем.

- А то вы не знаете, с кем, - ответил я, - Инна, покажись пожалуйста на минутку.

Инна вышла из дальней комнаты с полотенцем на голове и в халатике и сказала: «Ой, я сейчас переоденусь».

- Да не надо, - махнул рукой Игоревич, - и так поговорим.

Прошли прямиком на кухню, Инна поставила чайник на плиту, достала какие-то печньки с конфетками. Игоревич начал разговор первым.

- Больно наверно было с таких высот-то падать? – спросил он меня участливо.

- В жизни всякое бывает, так что пережил как-то, - мрачно ответил я.

- Но я смотрю, бодрости духа и энергии ты не растерял, продолжаешь карабкаться…

- Уж чего-чего, а энергии у меня на троих хватит, цыплят, как говорится, по осени считают, а сейчас пока весна… в самом начале причём.

- Я чего сказать-то хотел… - посмотрев в окно и отпив ароматного индийского чая со слоном, он наконец выложил карты на стол, - короче в верхах опять брожение началось, и есть такое коллективное мнение, что в самом ближайшем времени кое-что изменится.

- А поконкретнее? – спросил я, откусив кусочек от конфетки «А ну-ка отними», - а то у меня забот сегодня полон рот, поэтому намёки я плохо понимаю.

- Могу и прямо сказать, - немного помолчав, продолжил он, - коллективное мнение складывается такое, что не всё из того, что делалось в предыдущие два года, было целиком неправильным… а люди, которые продвигали те мероприятия, отодвинуты в сторону не совсем заслуженно, так что…

- Ну вот, можешь же, когда хочешь, - съязвил я, - теперь гораздо понятнее стало. А про сроки пересмотра этих вещей ничего ваше коллективное мнение не говорит?

- Говорит, что скоро, но без уточнения конкретики…

- Окей, дорогой Игоревич… в кино-то пойдёте? Я бы для вас лучшие места оставил…

- Нет, в кино мы пожалуй не пойдём, - вмешалась мама, - а лучше бы ты рассказал, что у тебя в семейной жизни сейчас происходит.

- Всё хорошо у меня в семейной жизни – с предыдущей супругой я расстался полюбовно, договорились мы, что никто никому ничего не должен и разъехались, а сейчас собираюсь жениться вот на Инне Михайловне, через месяц свадьба, правда, Инна? – обратился я к ней.

- Правда-правда, - ответила она, смотря на родителей честными глазами.

- А планы на будущее у вас какие-то есть?

- На детей намекаешь? Дети обязательно будут, но немного позже, в следующем например году… две штуки, если Инна против не будет.

- Почему это я должна быть против? – удивилась она, - двое значит двое, в следующем значит следующем…