Как я строил ТехМаш (СИ) - Симович Сим - Страница 2

— Виктор Сергеевич! — истерично зашипел Шевцов, едва не выронив ключи при моем появлении. — Вы с ума сошли⁈ Нам надо через задний ход уходить! Через котельную! Там у ворот мой дежурный «Рафик» прогретый стоит. Валить надо! Гегемоны совсем ошалели, они же нас на ремни порежут!

— На ремни? — я остановился в полуметре от Шевцова, небрежно засунув руки в карманы брюк, и смерил его ледяным, препарирующим взглядом. — А за что порежут, Николай Петрович? Уж не за то ли, что ты три дня назад «втихую» отгрузил в Кемерово партию из пятидесяти новых трансформаторов под честное слово какого-то мутного кооператива, а наличку случайно забыл донести до кассы?

Шевцов побледнел так стремительно, будто из него выкачали всю кровь. Его челюсть отвисла, а один из портфелей с глухим стуком упал на паркет.

— Ка… какие трансформаторы⁈ Виктор Сергеевич, вы что такое мелете⁈ Там же взаимозачет! Сложный бартер по линии министерства!

— Захлопни пасть, — коротко, тихо и без малейших эмоций произнес я. Точно так же я обрывал оправдания проворовавшихся директоров филиалов в своей прошлой жизни. И это работало безотказно. От этого тона Шевцов физически осел. — И ты, Анна Семеновна, выползай. Хватит косплеить партизана за косяком. Я тебя вижу.

Громова вздрогнула и неуклюже выкатилась в коридор, судорожно прижимая к необъятной груди амбарную книгу.

— Виктор Сергеевич, денег на счетах нет! — тоненько запричитала она фальцетом. — Промстройбанк заблокировал картотеку! Нам даже на аванс ни копейки не дают! Я же вам докладную писала!

— Денег нет у тех, у кого мозгов нет, — чеканно отрезал я, делая шаг к этой парочке. — Значит так, «эффективные менеджеры». Вы сейчас берете свои тушки и идете за мной. Встанете прямо за моей спиной на крыльце. Если кто-то из вас дернется в сторону котельной или попытается открыть рот без моей команды — я лично, сегодня же, сдам вас в ОБХСС с потрохами. Статья девяносто третья прим — хищение в особо крупных размерах. Расстрельная, между прочим. И поверьте, у меня в сейфе лежат адреса каждого вашего левого склада в Бердске. Я доступно излагаю?

Шевцов судорожно сглотнул, кадык нервно дернулся на дряблой шее. Громова поправила очки трясущимися пальцами. Моя внезапная трансформация, давящая харизма и точечное знание их главных грехов подействовали как удар током. Они увидели перед собой не прежнего мямлю, а сытого, опасного хищника.

— Д-доступно, — выдавил из себя снабженец.

— Вот и славно. Корпоративная этика — залог успеха. Лидочка, за нами. Выход на сцену.

Тяжелые двустворчатые дубовые двери центрального входа «ТехМаша» с протяжным скрипом распахнулись.

На массивное каменное крыльцо уверенно вышел я. За моей спиной, сжавшись в комок, жались Шевцов и Громова. Чуть поодаль замерла бледная, но сгорающая от любопытства секретарша.

Увидев руководство в полном составе, толпа на площади взревела с новой, первобытной силой. Сотни кулаков взметнулись в майское небо. В воздух полетел отборный многоэтажный мат, кто-то метнул в сторону крыльца тяжелую стальную гайку на тридцать два. Она с мерзким лязгом отскочила от гранитной ступени в полуметре от моего ботинка. Я даже не моргнул.

— Вылезла, контра обкомовская!

— Где наши деньги, тварь⁈ Детям жрать нечего!

— Крылова на вилы!

Вперед из гущи толпы, расталкивая плечами рабочих, выскочил гигантский мужик в синем засаленном комбинезоне. Лицо багровое от ярости, вены на шее вздулись канатами, в широкой, как совковая лопата, ладони зажат увесистый разводной ключ. Это был Захар Степанчук — неформальный лидер завода, авторитетный бригадир слесарей из третьего цеха.

— Ну что, директор⁈ — заорал гигант, брызгая слюной и подступая к самым ступеням. Охраны у крыльца, естественно, не было — ВОХРовцы благоразумно испарились. — Опять будешь сказки про ускорение и временные трудности петь⁈ Мы три месяца без копейки! Нам твой папочка из Обкома макароны пришлет, когда мы с голоду пухнуть начнем, а⁈

Толпа поддержала его густым, угрожающим гулом, подаваясь вперед. Ситуация балансировала на тонкой грани: одно неверное слово, малейший запах страха — и эта обезумевшая биомасса просто сомнет нас, размазав по бетону.

Я сделал три медленных, размеренных шага вперед. Вышел на самый край верхней ступени, прямо к каменному парапету.

И… широко улыбнулся.

Это была не виноватая ухмылка чиновника. Это была дерзкая, хищная, пугающе уверенная улыбка игрока, который держит на руках козыри и знает прикуп. Я неторопливо расправил плечи, поднял руки ладонями вниз, делая легкий, осаживающий жест, словно дирижер перед оркестром.

— Степанчук! — рявкнул я с металлической чеканкой.

Голосовые связки нового тела оказались феноменальными — глубокий, пробирающий до печенок баритон легко разрезал шум площади.

— Ты за словом в карман не лезешь, это я знаю! Но ори громче, Захар, а то в твоем литейном цехе не слышно, как ты тут связки рвешь!

Толпа на секунду поперхнулась собственным гневом. Произошел системный сбой шаблона. Работяги ожидали чего угодно: милиции, жалкого блеяния, партийных лозунгов. Но точно не наглого, спокойного подначивания от человека в дорогом костюме.

— Ты мне зубы не заговаривай, директор! — сбавил децибелы бригадир, тяжело дыша, но ключ не опустил. — Ты за бабки ответь! Куда фонды дел⁈

— За деньги? С удовольствием отвечу! — я перекинул ногу через нижнюю перекладину перил и оперся локтями, смотря на работяг сверху вниз, как опытный укротитель на расшалившихся тигров. — Твои деньги, Захар, между прочим, прямо сейчас стоят в виде новеньких светло-серых «Жигулей» седьмой модели во дворе вот этого замечательного гражданина!

Я резко развернулся и ткнул пальцем прямо в побелевшую физиономию Шевцова.

Зам по снабжению от неожиданности шатнулся назад, пискнул и оттоптал ногу Громовой.

— Чего-о-о⁈ — ахнула толпа. Гудок удивления и зарождающейся новой ярости прокатился по рядам. Вектор ненависти качнулся.

— А твоя законная премия за прошлый квартал, Степанчук, — продолжил я, вбивая слова как гвозди, — висит в виде импортного румынского гарнитура и хрустальных люстр в просторной гостиной нашей уважаемой Анны Семеновны!

Громова коротко взвизгнула и попыталась слиться с дубовой дверью.

— Вы что несете⁈ — сорвался на фальцет снабженец, обретая дар речи от страха за свою шкуру. — Виктор Сергеевич, это клевета! Провокация! Я на вас тестю вашему…

Я оказался рядом с ним молниеносно. Жестко ухватил за лацканы пиджака, рывком притянул к себе и тихо, но так, чтобы слышали первые ряды рабочих, прошипел:

— Еще один звук, Коля, и я прямо сейчас брошу этой толпе ключи от твоей «семерки». А потом в красках расскажу, почем ты толкал медь налево. Понял меня, гнида? Кивни, если понял.

Шевцов застыл со стеклянными глазами, судорожно сглотнул и заткнулся, мелко закивав.

Я отшвырнул его и снова развернулся к людям. Площадь замерла, ошарашенная откровенной и безжалостной расправой над заводским начальством. Старый слесарь в первом ряду даже рот разинул, забыв про зажатый в руке обрезок трубы.

— Слушайте меня сюда, мужики! — крикнул я, медленно сходя по ступеням вниз, прямо к толпе. Рабочие в передних рядах невольно качнулись назад, освобождая мне личное пространство. Авторитет вожака признают на животном уровне. — Вы думаете, завод «ТехМаш» сдох? Думаете, ваши электродвигатели никому в этой разваливающейся стране не нужны? Чушь собачья! Наша продукция нужна всем — от Кузбасса до Владивостока! Но пока вы тут молча ждали подачек от государства, отдельные «товарищи» в руководстве делали себе красивую жизнь. Продавая заводские фонды налево. За ваш счет!

— Так а ты-то где был, начальник⁈ — выкрикнул кто-то из глубины, но уже с требовательным любопытством, а не со злобой. — Ты же месяц тут в кресле сидишь! Твоя подпись везде!

— А я этот месяц сидел в архивах и искал, где крысы прогрызли дыры в днище нашего корабля! — парировал я, даже не моргнув. Ложь должна быть монументальной и уверенной. — И я их нашел. Вы пришли за зарплатой? Прекрасно. Законное требование. Я могу выгрести кассу и раздать вам сейчас по пятьдесят рублей — это все, что там наскребется. Вы радостно пропьете их за выходные с горя, а в понедельник завод остановят навсегда. Станки распилят на металл, а вас вышвырнут за забор с голым задом! Вы этого хотите⁈