Кодекс Охотника. Книга XXXXXL (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 11

Демоны отреагировали мгновенно. Где-то вдали вспыхнули десятки печатей, раздались взрывы, а затем очередная волна защитников Пиррона просто исчезла под ударами его легиона.

После этого Костя поднял вторую руку и активировал ещё одну связку печатей. Пространство рядом с ним покрылось инеем. Именно инеем, что для демонов уже выглядело достаточно странно. Большинство из них предпочитало огонь, жар, пламя, расплавленный камень и всё, что способно оставить после себя обугленный след. Ледяные архидемоны встречались редко. Очень редко. Но у Константина такие имелись.

Двадцать шесть фигур появились вокруг него почти одновременно. Высокие, бледные, с холодными глазами и ледяными наростами на коже. От одного их присутствия каменный пол быстро покрылся морозными узорами.

— Посохи сдерживания, — приказал Костя. — Вокруг Пиррона. Вбить в землю по кругу и начать давить его волю. Мне нужно, чтобы человек смог освободиться.

Архидемоны молча кивнули. Через несколько мгновений в их руках появились длинные посохи из чёрного металла, покрытые ледяными рунами. Они рванули вперёд, обходя Пиррона со всех сторон.

Вот тут тварь наконец-то поняла, что именно собирается сделать Константин.

— Нет! — заревел Пиррон так, что земля под ногами задрожала. — Ты не посмеешь!!!

Он попытался поднять из глубины остатки своей силы. Земля вздулась, вверх рванули каменные шипы, а из трещин полыхнул огонь. Один из посохов даже качнулся, когда по нему ударила раскалённая волна. Но архидемоны уже были рядом. Они закрыли посохи ледяными щитами, а затем вокруг каждого из них начала нарастать толстая корка синего льда. Не обычного, а такого, который не растопить огнём, не разбить камнем и не уничтожить простым ударом силы.

Пиррон бил снова, ещё сильнее, ещё яростнее. Однако чем больше он пытался уничтожить посохи, тем слабее становилось его влияние на старика. Девятиуровневый контур работал, ледяные печати медленно давили его волю, а сам Пиррон всё больше напоминал разъярённого зверя, которого загнали в клетку.

Константин не вмешивался. Он просто наблюдал. Потому что в этот самый момент Рэмбо уже делал свою работу.

Мелкий личный бес Кости каким-то образом умудрился пробраться к старику. В руке у него был самый обычный красный маркер, которым он деловито выводил на ладони пленника маленькую пентаграмму. Причём рисовал быстро, очень быстро, словно прекрасно понимал, что если его сейчас заметят, то следующей фигурой, которую придётся рисовать, будет уже он сам.

— Почти… почти… — пробормотал Константин, наблюдая за тем, как замыкается последний контур.

Пиррон в этот момент снова взревел и попытался одним ударом снести сразу несколько посохов. Архидемоны ответили дружно, и над его головой сомкнулся ледяной купол. Не полностью, конечно. Костя не собирался пока запирать его окончательно. Пусть поборется. Пусть потратит последние силы. Пусть поймёт, насколько неприятно, когда тебя самого медленно и методично ломают.

— Готово! — вдруг донёсся тоненький голос Рэмбо.

Константин даже не стал ничего говорить, просто щёлкнул пальцами. Пентаграмма на руке старика вспыхнула красным светом, на мгновение связалась с его доменом, а затем человека просто выдернуло из этого мира. Без эффектных вспышек, без громких слов. Он просто исчез, появившись уже в безопасном месте, среди защитных печатей Константина.

Пиррон замер. Несколько секунд он смотрел туда, где только что находился его источник, а затем закричал. Так, что даже архидемоны невольно переглянулись.

— Ну вот, — спокойно произнёс Костя, глядя на него сверху. — А теперь можешь спокойно страдать дальше. Времени у тебя будет много.

Костя был доволен собой. Хотя бы потому, что просьбу друга выполнил, пусть и по-своему. И теперь можно было отсюда сваливать. Но…

— Вы остаётесь. Ровно год. Чтобы он осознал, насколько плохо похищать людей, — выдал приказ он ахреневшим архидемонам.

Они, конечно, хотели сказать, что у них есть и другая работа, но спорить с тем, кто держит их за яйца, не смели.

Костя прикинул, что Сандр сам захочет побеседовать с Пирроном. Всё-таки у него есть некоторые секреты, которые могут помочь старику. И, может быть, Сандр сможет их вытянуть из него…

Глава 5

Иногда даже Великий Охотник оказывается в интересной ситуации.

— Сань, а это ещё кто такая? — всё-таки нарушил тишину Волчара. — Нет, я, конечно, понимаю, что у нас здесь уже давно не планета, а проходной двор, но количество твоих знакомых, которые сюда захаживают, начинает немного зашкаливать.

— М-м-м… Понимаю, — кивнул я. — Интересный ты человек, Потапов.

— И чем же? — сразу прищурился он, переводя взгляд с меня на гостью.

Я рассмеялся.

— Тем, что, когда она обычно приходит к кому-то в гости, люди стараются не грубить. Как правило, они либо смотрят куда-нибудь в сторону, либо вообще прикидываются мёртвыми.

Волчара, конечно, не грубил. Он просто оставался собой. Привык гонять своих гвардейцев в хвост и в гриву, а потому с незнакомыми людьми разговаривал так же, вне зависимости от того, кто стоял перед ним. Да и мои люди, чего уж скрывать, привыкли к общению с богинями и, похоже, уже решили, что все подобные личности одинаковые. Нет. Далеко не все.

Гостья тихо рассмеялась.

— Хорошая шутка, Сандр. Прикинуться мёртвым… Знаешь, такие случаи и правда бывали. Да только…

— Да только им это не помогло, — перебил я её.

Ответа услышать не успел. В разговор решил вмешаться Москаленко, который заметно вздрогнул, но при этом даже не подумал выпускать из рук бутылку пива.

— Господин, у меня тут два варианта вырисовываются, — сообщил он с крайне серьёзным видом. — Первый — реально прикинуться мёртвым. Потому что, если честно, страшновато как-то. Прямо мороз по шкуре бегает. А второй — связаться с Горой и вызвать авиаудар всем, что у нас есть. Прямо сюда. На нас. Поможет?

Я и гостья рассмеялись почти одновременно. Правда, я всё же немного напрягся. Не то, что она… Предвечной, судя по всему, вообще не о чем было волноваться.

— Не думаю, — покачал я головой.

— И что же тогда делать? — уже серьёзнее спросил Волчара.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Можете дальше наблюдать за сражением. В случае чего вмешиваетесь. А я, пожалуй, пойду пообщаюсь.

Я кивнул в сторону дамы, а затем уже тише добавил:

— С Предвечной.

Стоило мне назвать это имя, как все вокруг резко притихли. Кажется, до них наконец дошло, в какой именно ситуации они оказались.

Я же на секунду задумался. Похоже, когда снимал барьер, немного недооценил Дорничева. Неужели он действительно сумел поставить такую защиту, которую не могла снести даже Предвечная? И сейчас она спокойно пришла сюда только потому, что я сам убрал помеху.

Ай, да и хрен с ним! По большому счёту мне было плевать, кто стоит передо мной: Бездна, Предвечная, Скульптор или кто-нибудь ещё. Я Охотник, мать его. Нам не привыкать оказываться в полной заднице, а затем ещё и выбираться из неё.

К тому же, будь у неё желание напасть, она бы уже это сделала. Однако даже сейчас Предвечная использовала аватар, а значит, далеко не вся её сила находилась здесь. Правда, успокаивать себя этим было примерно так же разумно, как утверждать, будто ядерная боеголовка не опасна лишь потому, что в ней заряд поменьше, чем у другой.

— Ну пойдём, поговорим, — спокойно согласилась Предвечная.

Мы отошли в сторону, а я по пути прикидывал, куда вообще можно её увести, чтобы в случае чего мои люди не пострадали. Впрочем, если начнётся настоящее сражение, пострадают не только мои люди. Скорее уж вся планета. Оставалось надеяться на баланс, которого сущности подобного уровня обычно старались придерживаться. Иначе всё могло полететь к чертям. Хотя «старались» вовсе не означало, что всегда придерживались. Я уже не раз видел исключения.

— Тут тебя устроит? Или распорядиться, чтобы лавочку принесли? — хмыкнул я, указывая на небольшую поляну.