Расслоение (СИ) - "Nezloi" - Страница 28

К счастью, никто из квартир не выходил, ничего не требовал и идиотских вопросов не задавал.

Ещё через час пришла информация, откуда у сектантов вообще взялся танк.

Как оказалось, изначально у них не было танка, зато был очень сильный кукловод, который и «законтролил» экипаж. Кстати, танк сгорел на соседней улице, а оболваненный экипаж даже и не пытался покинуть горящую машину.

Что примечательно, о смерти экипажа я узнал даже раньше нашего разведдрона.

— Счет 66 эргов.

— А хули его дронами не заклевали⁈

На резонный вопрос нашёлся странный приказ, запрещающий применение боевых дронов с идиотскими обоснованием.

Пролёт над городом ударных дронов был запрещён законодательно.

К вечеру остатки боевиков сектантов додавили, и нас отпустили на базу.

Сдав оружие и снаряжение в оружейную комнату, забил на бюрократию и, стараясь не попасться на глаза начальству, тихо покинул базу, загрузился в своего немецкого зверя и поехал домой.

Родная берлога встретила меня прохладным воздухом с едва уловимым запахом сирени, «умный дом» уже знал мои предпочтения.

— Набери ванную и поставь чайник.

Бросил я в сторону, стаскивая с себя одежду.

— Поставь дым над водой.

Под гитарный рифы с облегчённым выдохом погрузился в горячую воду.

Несколько минут я просто лежал в ванной, пока вдруг не вспомнил, что мне теперь доступна лотерея миньонов.

«Любопытно, мне правда выпадут мультяшные помощники»?

Открыл вкладку с лотереей, без колебаний согласился сыграть.

Вместо желтого человечка в очках-авиаторах мне выпала карта с стройной, русоволосой девушкой в легком голубеньком сарафанчике.

— Семенова Ева Аркадьевна. Шестнадцать лет. Москва. Интересно!

Вернувшись к лотерее, открыл справку и узнал, что жёлтых человечков можно не ждать.

«Ну и нафига мне эти покойники, даже если они мои рабы».

Разочаровался я в миньонах. Я уже хотел закрыть страницу персонажа, как вспомнил о уже выданной мне карте с девушкой.

— Интересно, а как это вообще выглядит?

— Призвать миньона. Да/нет.

— Ну, допустим, да.

Через мгновение прямо посреди ванной комнаты материализовалась девушка с карты.

Едва увидев меня вольготно лежащего в ванной, девушка набрала в грудь воздуха и завизжала.

— Замолчи!

Визг резко оборвался, словно девушка получила удар под дых.

— Чо ты разоралась⁈

— Я… Я.

Девушка замолчала и, кажется, на несколько мгновений зависла.

«Ага, это ей система загружает её новый статус».

— Я умерла!

Тихо пробормотала Ева, разморозившись.

— Ну умерла и умерла, чего орать-то.

Проворчал я, укоризненно качая головой.

— Не вздумай мне тут плакать и истерить.

Сразу же пресёк я зарождающуюся истерику.

— И вообще выйди, за дверью подожди.

Через несколько минут я в зелёном турецком халате сидел на кухне с кружкой кофе и в пол уха слушал незамысловатую историю девушки.

Из её слов выяснилось, что умерла она буквально несколько дней назад, сорвавшись с крыши высотки, куда она с кучкой таких же недоразвитых малолеток полезла непонятно зачем.

— Дядя Лёша, опусти меня домой.

Неожиданно всхлипнула Ева, залиться слезами у неё не получилось, так как я запретил плакать.

— Вообще-то ты теперь моя рабыня.

Почему-то при этих словах девушка покраснела и бросила на меня быстрый оценивающий взгляд из-под пушистых ресниц.

— Даже и не думай, ты не сексуальная рабыня, а просто рабыня. Так что марш мыть ванну, потом загрузи стирку и про посуду не забудь.

Вперед, золушка, арбайтен, а я пока отделю виски от колы.

Через пятнадцать минут взъерошенная и недовольная Ева закончила, а мне уже надоело её тролить.

— Ты вообще где живёшь, жертва ЕГЭ?

— Сосновая семнадцать.

— Что! Серьёзно⁈

Неподдельно удивился я, так как данная улица и дом располагались буквально в пяти минутах ходьбы от моей берлоги.

— Ну просто охренеть! Ну тогда вали домой. И, кстати, рассказывать обо мне запрещаю. Сама придумай какую-нибудь мистическую хрень.

— А можно я ещё приду?

Неожиданно спросила Ева, залившись румянцем.

— Не, мне нравятся тёлки постарше.

Широко зевнув, открыл перед девушкой двери.

— Я могу посуду помыть.

Шлепком по заднице вытолкнул её на лестничную клетку и поспешно захлопнул дверь.

— Козёл… Приглушённо донеслось из-за двери.

— Сама коза! А посуду помоет моечная машина.

Глава 9

Иванов.

По дороге на меня напало желание поговорить. То ли нервничал перед рандеву с цыганами, то ли просто соскучился по живому общению.

— Вот скажи мне, Степан Ильич, а ты Ленина видел?

Спросил я, не отвлекаясь от дороги.

Фёдоров усмехнулся.

— Видал, не шибко близко, но видал. В аккурат в тот год в него та еврейка стреляла.

Я бросил быстрый взгляд на задумчивого Федорова и удивлённо покачал головой.

— Меня же партия сначала по сыскной линии работать направила.

После короткой паузы продолжил Степан Ильич.

— Под началом самого Мундеича трудился, правда, недолго.

Чему-то одному ему понятному Федоров усмехнулся и погладил тканевый бок спортивной сумки, лежавшей у него на коленях, непонятно зачем мой миньон на сделку взял свой ППШ.

— Так ты, получается, старый чекист?

— Так точно, до двадцать шестого года контру давил, пока Мундеич от чахотки не помер. Ну а новому начальству я не ко двору пришёлся, вот и пришлось в Красную армию перебираться.

Настаивать на дальнейшей истории я не стал, так как видел, что некоторые воспоминания Фёдорову неприятны.

Место встречи я назначил в нескольких километрах от Берёзовки, в небольшой березовой роще, густо заросшей кустами.

В лучших традициях хитрожопых братков из девяностых я приехал за час до назначенного времени. Пока я разминался, топчась рядом с машиной, Фёдоров обыскал весь лесок, естественно, никого не нашёл. Но на этом не успокоился, зачем-то наметил несколько путей отхода, причём детально мне объяснил, как я должен отходить, чтобы минимизировать шанс на получение пули в спину.

Не забыл показать мне и пару позиций, если вдруг бой примет затяжной характер.

— Погоди, Ильич! Какой ещё, нахер, бой⁈ Мы тут не с немецкими диверсантами встречаемся, а с обычными жуликами.

— Нужно быть готовым ко всему!

Упрямо покачал головой солдат.

— Ладно, чёрт с тобой.

Не стал я больше спорить и принялся внимательно слушать его инструкции.

Убедившись, что я понял, что нужно делать в случае резкого обострения, Федоров прихватил сумку со своим ППШ и мощным цифровым биноклем, который он заставил меня купить в системном магазине ещё вчера, и ушёл на край леса, откуда хорошо просматривалась единственная грунтовая дорога, ведущая к нам.

— Едут.

Пиликнул сообщением мой временный телефон.

«А быстро он освоил мобильник».

Через минуту прилетело ещё одно.

— Две машины, в легковой четыре человека.

Выйдя из машины, встал рядом с багажником.

Через несколько минут между деревьями замелькали два автомобиля. Первым ехала потрёпанная десятка, а в нескольких метрах позади тонированный микроавтобус.

«Минимум пять человек. Что-то многовато для простой сделки».

Незаметно потрогав рукоятку пистолета под толстовкой, успокоился.

«Я же в экзоскелете, так что если что, выдержу даже пулю, лишь бы не в голову».

В этот не самый подходящий момент меня вдруг посетила мысль.

«А какого речного буя я всё еще не озаботился нормальным шлемом⁈ И какого ху…дого коня я не сделал экзоскелет Фёдорову»!

Пока я удивлялся своей несообразительности, на поляну выехали оба автомобиля. Захлопали двери машин, выпуская наружу целую толпу.

«Ого, девять человек, и что-то лица у них совсем не добрые».

Подавив шевельнувшийся где-то в низу живота страх, сделал несколько шагов навстречу улыбающемуся Вадику. Вместе с ним ко мне пошли ещё четверо, все молодые и спортивные, один, не скрываясь, играл ножом «бабочкой», у второго в руке была разложенная телескопическая дубинка.