Расслоение (СИ) - "Nezloi" - Страница 107

Зная о тотальном контроле над своей территорией, я был несколько не удивлён, что смог без единой остановки доехать до самого отеля.

«Наверняка надо мной уже кружится пара сотен дронов‑невидимок или ещё какая‑нибудь высокотехнологичная смертоносная херня», — подумал я.

Полюбовавшись на небольшой автопарк перед гостиницей, где каждый автомобиль стоил в несколько раз дороже моего немецкого скакуна, припарковался.

— Пойдём, — толкнул я задремавшую в тепле Еву.

Девушка, тихо бурча себе под нос, выбралась из салона и, кутаясь в свои грязные тряпки, поплелась за мной.

В холле гостиницы меня встретила красивая девушка‑подросток с недовольным лицом. При виде меня девушка неожиданно смутилась и даже немного порозовела. Недовольство с её милого личика исчезло.

«Ну вот почему на меня западают одни малолетки? Где мои сочные милфы?» — послав вопль отчаяния в небеса, сдержанно улыбнулся девушке.

Мило алея щёчками, девушка представилась Луизой и сообщила, что проведёт меня к господину Иванову.

Ева всё это время, стоящая за моей спиной, понемногу тихо закипала, что‑то неразборчиво шипя в адрес Луизы. Та мгновенно заметила ревность Евы и стала усиленно строить мне глазки, даже попыталась взять меня под руку. Пришлось мягко отстранить от себя малость обнаглевшую девушку.

Ева злорадно улыбнулась.

Луиза в ответ окинула презрительным взглядом затрапезный вид «конкурентки» — и, кажется, в этом бою, в каком‑то необъявленном женском соревновании, победила.

Ресторан оказался в меру пафосным и почти пустым. Занят был только один стол, за которым, собственно, и сидел сам Иванов. Напротив него сидел какой‑то парень, у ног которого лежал самый настоящий медведь.

Что-то коротко сказав парню, Альберт Владимирович небрежным жестом отпустил паранорма — это стало понятно по медведю, который с удивительной синхронностью поднялся вместе с юношей и, держась на шаг позади «погонщика», пошёл вслед за ним.

«Плохо дело, он уже паранормов стал набирать. Похоже, зря отец на него давил», — подумал я.

Едва мы оказались у стола, Луиза стала что‑то недовольно высказывать Иванову, что меня, кстати, удивило: я был уверен, что она его миньон, но почему-то вела себя как‑то чересчур свободно.

— Ты побурчи мне ещё, побурчи — ещё неделю на ресепшене будешь дежурить! — пригрозил ей Альберт Владимирович.

— Это нечестно! — попыталась Луиза поспорить.

— А ну брысь отсюда!

Девушка гордо вскинула голову и, под мстительное хихиканье Евы, удалилась в сторону холла.

— Ох уж эти подростки, — покачал головой Иванов, делая приглашающий жест.

Дождавшись, когда миленькая официантка принесёт мне кофе, а Еве — колу, Альберт Владимирович спросил:

— Ты чего-то хотел, Алексей?

— Да, Альберт Владимирович, у меня к вам просьба, за которую я вам буду сильно должен.

— Я весь внимание.

— Не могли бы вы не мстить моему отцу — ну или, по крайней мере, не убивать его?

Иванов усмехнулся.

— Хорошо, но при условии, что он перестанет мне гадить.

Облегчённо выдохнув, я отпил из фарфоровой чашки глоток превосходного кофе. Признаться, я не ожидал, что он так легко согласится.

Продолжая улыбаться, Иванов добавил:

— Второго шанса не будет — достану даже в президентском бункере.

На этом неприятные разговоры закончились, и нам принесли горячее. Я был не особо голоден и лениво ковырял мясо по‑французски, зато наголодавшаяся Ева жадно ела, давясь и некультурно чавкая. В какой‑то момент я даже забеспокоился, что ей станет плохо, но всё обошлось.

— Твой миньон? — кивнул Иванов на Еву, сильно увлечённую едой и не замечавшую ничего вокруг.

Тяжело вздохнув, я молча кивнул.

— Своих надо держать рядом, — наставительным тоном произнёс Альберт Владимирович.

Ещё раз вздохнув, я поведал недлинную историю Евы. Иванов молча выслушал.

— Я, как понимаю, тебе её девать некуда? — спросил он.

Я согласился и с этим.

— Можешь оставить её у меня: ещё один рот не объест, да и приглядеть за ребятишками найдётся кому.

«Повезло, повезло», — с радостью согласился я, приказав погрустневшей Еве слушаться Альберта Владимировича и не доставлять ему проблем.

Домой я вернулся в приподнятом настроении: всё‑таки столько проблем решил без особых нервных затрат, если, конечно, не считать серьёзного долга перед Оружейником. Но, так как у нас сложились дружеские отношения, я надеялся, что с меня не снимут последнюю шкуру и не заставят делать что‑нибудь противоестественное.

Дома меня ждал мрачный отец и гора собранных чемоданов, которые солдаты спешно грузили в тентованный военный КАМАЗ. Рядом суетилась чем‑то испуганная мать.

— Что случилось?

— Личный приказ президента — срочно переехать в Город.

— Это ты сейчас про подземное убежище президента?

— Да. Иди собирайся!

Мне хватило пары секунд, чтобы сообразить, что это могло значить.

— Пап, это что, они ждут, что пиндосы шарахнут по нам ядеркой⁈

— Да. Спутники засекли подготовку к запуску ряда «объектов», так что удар ожидается сегодня вечером или завтра утром, самое позднее.

— Похоже, пиздец нашему миру, — пробормотал я, чувствуя, как холодные пальцы страха сдавливают сердце.

Три часа спустя мы всей семьёй, включая охрану и моих миньонов, заселились в неплохие апартаменты на минус третьем уровне. Отец ушёл к «гаранту», мать и так проводила большую часть времени с ним, а я продолжил валяться на кровати, гадая, что предпримет Иванов, которого я тайком от отца предупредил о грядущем ядерном апокалипсисе.

Свиридова

Звонок от Иванова застал Свиридову врасплох и, если честно, даже напугал. Причина была проста: её недруг каким‑то образом позвонил на телефон, в котором не было сим‑карты, и, естественно, его номер в телефонной книге отсутствовал — что не помешало высветиться надписи «Иванов» на весь экран.

«Он следит за мной!»

Полыхнула паническая мысль. Вскочив с кресла, Светлана бросилась к окну, но ничего, кроме вчера сгоревшего соседнего дома, не увидела. Небо тоже было чистым, если не считать грязно‑серых облаков.

— Светлана Анатольевна, то, что мы под круглосуточным наблюдением, я вам докладывал ещё на прошлой неделе, — ворчливо произнёс полковник Поспелов.

В этот момент телефон перестал звонить, самостоятельно принял вызов и переключился на громкую связь.

— Светлана Анатольевна, — раздался из динамика чуть насмешливый голос Иванова. — Это уже просто невежливо, и, если честно, ещё и глупо. Если бы я по‑настоящему хотел вас убить, то вы были бы уже давно мертвы.

Свиридова заметалась по комнате, наткнулась на Харта, сидевшего на диване. Паранорм поймал её за руку и усадил рядом с собой, обняв за плечи.

— Вы, собственно, живы только потому, что я всё ещё надеюсь на наше плодотворное сотрудничество.

Полковник Поспелов бросил быстрый взгляд на женщину, которая от страха пребывала буквально на грани истерики, и взял разговор в свои руки.

— Альберт Владимирович, это полковник Поспелов. На данный момент Светлана Анатольевна не может вам ответить, так что, если у вас есть что ей предложить, я выслушаю и передам.

— Филип Васильевич! — воскликнул собеседник, неприятно удивив полковника своей осведомлённостью. — Примите мои поздравления за блестяще спланированную и хреново осуществлённую операцию по штурму здания ФСБ.

Полковник на явную насмешку промолчал.

— Впрочем, шутки в сторону, — неожиданно перешёл на серьёзный тон Иванов. — В ближайшие дни, если не часы, по Москве и стратегическим объектам Московской области будут нанесены ядерные удары. На ПВО и ПРО особо не рассчитывайте.

На секунду у полковника перехватило дыхание, но он быстро справился с эмоциями.

— Я правильно понимаю, что у вас есть к Светлане Анатольевне предложение?

— Да. На время удара вы можете укрыться в моём бункере. Если нужно, я пришлю за вами машины.