Криндж. Тетралогия (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 200

План? Мощно, резко, эффективно, абсолютная дуракостойкость, невозможный уровень осознанности! Лучшее, что я когда‑либо сочинял!

Под бешеный стук Микаэллой в пень (дверь), я пробежал весь этот технический отсек, наполовину забыв все инструкции, протараторенные еще одним предательским ИИ, а затем, встав перед дверью, добился её открытия…

…чтобы полюбоваться на блестящий металлический зад синьоры леди мать её Полундры Локбрук, стоящей ко мне им, а к какой‑то загадочной хрени, изучаемой баборыцарем, передом. В десяти метрах, но тем не менее.

– Сэр Криндж! – воскликнула обернувшаяся баба‑воин.

– Мама! – всхрипнул я, делая самое умное, что только можно, а именно – отпрыгивая задом назад в дверной проем.

Та успела закрыться за наносекунду до того, как леди Полундра вдарилась в неё своим разогнавшимся телом, а затем начала издавать звуки, которые должна издавать толстая металлическая дверь, которую неистово лупит человекоподобный робот, работающий на бесконечной дури. Звук очень неприятно напоминал тот же, что шёл и сзади.

Это порождало тяжелые и тягостные чувства в моей груди. Нет, я сначала убедился, что этот технический отсек имеет лишь два выхода, а потом только встал посередине, чувствуя вот это вот всё. Оно давило своей невыносимой ироничностью бытия под похоронный звон с обеих сторон.

Сев посередине, я задумался о том, как быть. Затем, не вставая, пальнул в сторону из трофейной пушки, оценивая её возможности. Те оказались не ахти. С одной стороны, плазменная винтовка была проста в управлении как тазик, знай себе, нажимай кнопочку, и всё, с другой стороны, представляла из себя тот еще унитазик! Ну представьте, что вы стреляете миниатюрным зеленым солнцем, жарко вспыхивающим при детонации? Представили. Вот то‑то и оно, глазки‑то режет. Да и прицеливаться из округлой массивной «дуры» корпуса тоже нельзя. Проще говоря, нормально пользоваться этой страшной пушкой мог лишь тот, у кого разные хитрые компуктеры в броню встроены, чтобы гасить яркость вспышки и подключаться дистанционно к прицелам. В руках варвара типа меня, плазменное ружье работало как особо кучный дробовик, если щуриться как китаец и при этом не палить во что‑нибудь, находящееся ближе трех метров. А то ведь сожжёт нахрен.

Проще говоря, я не мог взять пушку наизготовку и встретить ту же Микаэллу пачкой плазмы в лицо, потому что двери открывались, реагируя на меня где‑то с метра. Что резко херило доступные мне варианты развития событий.

Впрочем, те и сами не прочь были развиться. Внезапно я почувствовал себя очень странно, так, как будто бы каждую молекулу моего тела вывернули наизнанку, сбрызнули эпоксидкой, обрисовали хохломой, а потом завернули назад. Невероятно странные ощущения длились непонятно сколько, а как прошли, звуки грохота со стороны леди Полундры внезапно стихли. Приходя в себя, я вспомнил прогнозы Посейдона о том, что синту станет очень грустно, когда начнется прыжок – мозг нашей рыцарши должен был столкнуться с невозможностью исполнения зашитых в него приказов, и…

А вот что «и» – мы сейчас выясним, потому что упускать такой момент нельзя! Даже несмотря на то, что леди я убивать не хочу, в отличие от мьютки!

Поднявшись на ноги, я двинулся в сторону замолчавшей двери, но успел сделать лишь шаг.

– Криндж! – гаркнуло на меня сверху знакомым женским голоском, – Кончай херней страдать! У нас большие проблемы!

– Серьезно…? – поинтересовался я, задирая голову и сталкиваясь взглядами с чумазой мордашкой Морри, вынырнувшей из вполне широкого люка в потолке.

Чувств и мыслей наступил какой‑то прямо слишком перебор, особенно на фоне эпоксидки и хохломы, поэтому очередной виток судьбы в виде манящей меня лапкой цверга я воспринял с легким спокойствием окончательно кукукнувшегося типа.

– А сам не видишь? – вызверилась на меня сверху черноволосая малявка, – ИИ корабля молчит знаешь почему⁈ А где остальные мои девки, знаешь⁈ В командной рубке они! Захвачены каким‑то ублюдком со светящимися глазами! А еще у этого урода чемодан с другим искусственным интеллектом – и они пытаются переписать ИИ корабля!

Я помолчал. Подумал. Попробовал почесать голову плазменным ружьем, получилось плохо.

– Кыш, – наконец‑то родил я нужный ответ, – Кыш, галлюцинация. У меня тут свои пробле…

Засранка кинула в меня болтом, попав прямо по черепу! Больно!

– Кончай придуриваться, орясина! Лезь сюда!! Быстро!!!

Простите, мои дорогие Микаэлла и леди Полундра. Я слишком плохо о вас думал. Здесь было довольно уютно, несмотря на то что вы постоянно шумели.

Технический люк, откуда мне на голову чуть не плюнула Морриган, оказался достаточно вместителен для моей туши, но вместо многочасового перемещения по вентиляции всего лишь привёл нас за десять минут к лифту, которому пришлось на пальцах, то есть на дисплее, показывать, куда ехать. Цверг, невозмутимо сидя у меня на руках, натыкала нужную комбинацию с неприличной сноровкой, как будто бы уже десять лет прожила на этом гигантском корабле. Затыкаться при этом девушка и не думала, рассказывая историю своих злоключений.

История, если из неё убрать лишнее, была вовсе не длинной. Получив канал связи с Посейдоном, цверги практически моментально составили план. Они, украв у Хана Ханов единственный воздушный корабль электротатар, рассчитывали затаранить ту битую колымагу, которая упрямо штурмовала защитные контуры ОПЛОТ‑а. Пося передал, что идея огонь, но нужды добивать подранка нет, а вот дуру, висящую на орбите – еще как есть.

План был слегка модифицирован, космический эсминец даже пёрнуть не успел, находясь в облаке поднятой пыли, как ему в дюзы вошло несколько сотен тонн старого ржавого электротатарского металла. Пока старье громило враждебное корыто, цверги на какой‑то дешевой леталке забрались под брюхо «Возмездию», но из‑за коллизий и тряски не смогли попасть в нужное место. Лихорадочные поиски на брюхе взлетающего левиафана окончились успехом, они нашли себе входное отверстие, прицепились, ссыпались внутрь, вопя друг на друга как потерпевшие и…

…обнаружили, что отверстие было сделано другими желавшими попасть внутрь. Вопящих цвергов повязали, а вопили те не просто так, а прикрывая убегающую Морри, которую захватчики спалить не успели. Затем черноволосая пронаблюдала с безопасной дистанции, как мужик с оранжевыми глазами и чемоданом объясняет остальным, чего они будут ждать в этом глухом от сенсоров месте. Как оказалось: выхода на параболу ухода, отключения сенсоров, после чего можно будет подняться в рубку и начать переписывать ИИ, чтобы захватить корабль.

– Посейдон успел сообщить, где ты, и вот я за тобой пришла!

– Очаро‑сука‑вательно, – резюмировал я, – И что, никого не смущает, что мы уже в прыжке, который продлится более ста лет?

– Ой, прости, я забыла взять у них интервью! – съязвила Морриган, пытаясь ударить меня кулачком по носу, – А теперь заткнись вообще, мы будем придумывать, что делать!

На гигантском корыте, полном нелегальных пассажиров, нужно было начать их уничтожать, но у цверга была другая идея – вывести из насильственной спячки погруженного в неё Посейдона. Для этого, как объяснила мне девушка, мы воспользуемся своим единственным преимуществом, то есть моим нежным телом, перед которым открываются все двери летящего между звезд колосса.

– Доберемся до ядра, переключим приоритет процессов, ИИ обесточит мостик, и мы с ними договоримся! – бодро вещала цверг, расхаживая по лифту, – Куда они денутся!

– Угу, – задумчиво согласился я, а затем… уткнул здоровенное квадратное дуло плазмагана прямо в чахлую грудку Морри, останавливая её на «скаку», – А как, ты говоришь, они лифтом воспользоваться сумели , чтобы аж до этого самого мостика добраться…?

///

(спустя час)

Она очнулась в полутьме, сидя, прижавшись спиной к стене, рядом со слегка помятой стальной дверью. Прежде чем сенсоры закончили калибровку, сознание уже подсказало, что повреждения этой самой двери она нанесла сама, собственными кулаками. Перчатки, пострадавшие едва ли слабее, подсказывали то же самое.