Ловушка под водой - Свайди Нил - Страница 26

Для Ди Джея проект в туннеле Дир-Айленд казался шансом отмотать время назад, к тому периоду до травмы, когда его будущее казалось безграничным. Пока он сидел на тренинге в Портсмуте, произошло еще одно воссоединение. К этому туннельному заданию присоединялся его старый друг и наставник, бывший «морской котик», которого он не видел со времен Вермонта. В его песчаном хвосте добавилось седины, но для парня, которому вот-вот должно было стукнуть пятьдесят, Рон Козловский выглядел таким же энергичным, как и прежде.

Пять лет спустя после Вермонта Ди Джей снова работал с Козловским, Тэпом и Билли, снова трудился на строительного гиганта Kiewit и снова встречался с Даной. Он вернулся туда, куда и принадлежал.

Вы — пожарный, вбегающий в горящее здание. Вы с напарником разделяетесь в коридоре и направляетесь в разные комнаты. Сквозь бушующее пламя и удушливый дым вы находите мальчика лет шести, лежащего на полу без сознания. Вы зовете напарника, но ответа нет. Зайдя в следующую комнату, вы обнаруживаете, что он тоже лежит на полу, без сознания. Крыша над головой грозит обрушиться. Кислород в баллоне на исходе. Вы понимаете, что можете вынести максимум одного человека. Кого вы берете? Мальчика или напарника?

Описав этот сценарий, инструктор полностью завладел вниманием Ди Джея. И Ди Джею не потребовалось много времени, чтобы принять решение. Конечно, я возьму пацана. У него вся жизнь впереди.

Инструктор подчеркнул, что действовать нужно руководствуясь логикой, а не эмоциями. Учитывая, как долго бушует пожар, велика вероятность, что мальчик уже мертв. Ваш напарник тем временем потерял сознание всего минуту или две назад. У него еще есть шанс.

Ладно, — подумал Ди Джей, — пожалуй, мне стоит получше послушать этого парня.

Представитель Central Mine Rescue Company из Айдахо провел для водолазов второй и третий дни обучения после вчерашнего вводного инструктажа от сотрудника Drager. Если занятие Drager показало водолазам, какое новое оборудование им предстоит использовать в миссии, то этот блок по спасательным работам в шахтах продемонстрировал, что они окажутся в совершенно ином мире.

На самом деле, хотя тот сценарий с пожарным и привлек всеобщее внимание, Ди Джею и другим водолазам предстояло столкнуться с куда более коварной и непредсказуемой средой, чем та, с которой имеют дело пожарные или даже шахтеры-угольщики. В конце концов, большинство зданий и шахт имеют как минимум два входа, а часто и гораздо больше. Когда шахтеры оказываются в ловушке, первая цель спасателей — организовать перевалочную базу «чистого воздуха» как можно ближе к ним. Но если бы катастрофа произошла на отметке в девять с половиной миль внутри туннеля Дир-Айленд с его единственным входом, спасательную операцию ждали бы ошеломляющие трудности.

Целью обучения спасателей было дать водолазам понимание общих сил, с которыми им придется столкнуться, вооружив их четкими, основанными на фактах знаниями, которые они могли бы использовать в кризисной ситуации, чтобы заглушить захлестывающие их эмоции. Инструктор объяснил, как при столкновении с экстремальной опасностью и стрессом у человека срабатывает реакция «бей или беги», вызывая мощный выброс стрессовых гормонов, в первую очередь кортизола и адреналина. Это дает кратковременный эффект, направляя больше кислорода к мозгу для борьбы с угрозой. Но платой за такую реакцию становится колоссальный скачок потребления кислорода. Во время тренинга Drager водолазов учили пользоваться резервными источниками воздуха. Помимо ребризеров, существовали самоспасатели под названием Ocenco, рассчитанные на подачу воздуха до шестидесяти минут, а также аварийный баллон Drager, который водолазы крепили на бедре и который обеспечивал до десяти минут экстренного дыхания. Однако инструктор пояснил, что в критической ситуации, когда реакция «бей или беги» сжигает весь этот дополнительный кислород, запасы аварийных систем иссякнут примерно в два раза быстрее обычного. Таким образом, на аппарат, обещающий шестьдесят минут воздуха, можно рассчитывать лишь в течение тридцати.

Весь этот адреналин мог придать водолазам сил для совершения поступков, которые они считали невозможными. Однако инструктор предупредил, что водолазы должны знать свои пределы. «Не пытайтесь блефовать, — предупреждало учебное пособие.116 — Испытывать тошноту в аппарате просто небезопасно. Если вы находитесь в непригодной для дыхания атмосфере и вас вырвет в маску, вы не сможете ее снять... Если вы потеряете сознание или упадете, вы станете угрозой для своей команды».

Для Ди Джея самым отрезвляющим уроком в рамках курса шахтных спасателей стал тот, что был посвящен правилам обращения с пострадавшим товарищем. Несмотря на дилемму о выборе между напарником и шестилетним мальчиком, жуткий вывод инструктора сводился к тому, что в таком замкнутом пространстве, как шахта или бесконечный пустой канализационный туннель, у водолазов, скорее всего, не будет никакого выбора вообще. Если случится катастрофа и кто-то из членов команды упадет, главной задачей остальных водолазов должен стать собственный безопасный выход, а вовсе не риск стать еще одной жертвой в попытке реанимировать коллегу или вытащить его тело. В одной из памяток это формулировалось так: «Если пострадавший потерял сознание в результате атмосферы с дефицитом кислорода и пробыл там какое-то время, весьма вероятно, что он мертв, и жизнь спасателя подвергнется риску напрасно».

Ди Джею казалось, что это противоречит всему, чему его учили как водолаза, где нормой считалось делать все от тебя зависящее, чтобы спасти напарника. И это определенно противоречило посылу о долге и чести в стиле фильма «Спасти рядового Райана», который он почерпнул из просмотров бесчисленных фильмов и документалок о Второй мировой войне.

Но инструктор подчеркивал, что непригодный для дыхания воздух туннеля делает его опаснее поля боя. В среде, где всего один или два вдоха могут стать смертельными, главным заветом в чрезвычайной ситуации должно быть правило: «Не навреди больше». Ассоциация спасателей шахт117 собрала статистику по авариям на шахтах за последние полвека и выяснила, что, несмотря на самые благие намерения, люди, пытавшиеся спасти шахтеров, сами гибли так часто, что общее число жертв возрастало примерно на 50 процентов. Сигнал для водолазов был предельно ясен. Вы не должны увеличивать число трупов.

При авариях на шахтах специальная поисково-спасательная группа обычно занимается извлечением тел после того, как безопасный проход будет расчищен. Ди Джей поморщился от наглядных описаний в учебном пособии118 — например, предупреждающих членов поисковых групп о том, насколько осторожно нужно обращаться с телами, подвергшимися разложению: «В некоторых случаях кожа буквально сдирается с руки и напоминает перчатку, в комплекте с ногтями и складками на костяшках пальцев».

Хотя работа в туннеле отличалась от операций в шахтах, число нанятых и обученных водолазов Norwesco и Черного Пса позволяло сформировать отдельную резервную команду. Эти водолазы должны были находиться в режиме ожидания каждый раз, когда основная группа работала в туннеле. Но то, как именно и при каких обстоятельствах будет задействован этот резерв, оставалось неясным.

Все сводится к кислороду. От него зависит человеческая жизнь. И тем не менее кислород составляет всего 21 процент воздуха, которым люди обычно дышат. Самым крупным компонентом — 78 процентами — является азот (а оставшийся 1 процент приходится на другие газы). Но эта огромная доля азота инертна, то есть просто присутствует фоном. Он никак не поддерживает дыхание человека119 и начинает играть роль лишь со знаком минус, если каким-то образом действует как асфиксиант, вытесняя доступный кислород. Хотя кислород составляет лишь пятую часть нашего воздуха для дыхания, когда его привычная концентрация падает даже незначительно, начинают происходить неприятные вещи.