Инженер. Система против монстров 12 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 41

Примечание: Может использоваться в ритуальной огненной магии.

Стоимость: 5 маны за одну надпись.

— О-о-о, — глаза Искры вспыхнули жадным блеском. — А ну-ка…

Она вытянула палец. Кончик вспыхнул янтарным огоньком, и девушка стремительно начертила в ноябрьском воздухе слово. Буквы повисли, потрескивая и роняя крошечные искры:

«ЗАВТРАК»

— Работает! — просияла Аня.

Затем, хищно ухмыльнувшись, она нарисовала ниже:

«Не кормите технократа — он и так страшный».

— Смешно, — сказал я. — Очень.

— Подожди, подожди, ещё не всё… — она дописала стрелку, указывающую на меня, и подпись:

«Чёрная дыра для калорий. Не приближаться без шампура».

Из-за палатки, разбрызгивая росу с еловых лап, вынырнул Горыныч. На лбу неизменные сварочные очки. В руке пластиковая кружка. Он уставился на огненные буквы, моргнул и восхищённо присвистнул.

— Кла-а-асс! Тоже хочу!

— Учись, стажёр, — подмигнула ему Искра.

Горыныч переключился на меня. Глаза загорелись знакомым безумным энтузиазмом.

— Командир! Олеся хочет белочек! Можно я поймаю? У меня есть такие растяжки с пиропатрончиками, они…

— Нет.

— Но поч…

— Нет.

— Они же маленькие! Совсем чуть-чуть бабахнет! Ну командир!

Искра прыснула и чиркнула пальцем в воздухе прямо над головой пиротехника. Пылающие буквы повисли над ним, как нимб:

«ПИРОМАНЬЯК».

— Эй! — Горыныч задрал голову, пытаясь прочитать. — Ну это обидно же!

— Это диагноз, — парировала Аня.

Я положил ему руку на плечо.

— Охотиться можно. Без вреда для белок. Возьми Сильвера — он мастер ловушек. Сетки, приманки, аккуратно.

— И Гринписа прихвати! — добавила Искра. — Пусть убеждает саблезубых белочек его не грызть. А то они шестилапые, злые и, я подозреваю, не веганы.

Горыныч, всё ещё дуясь из-за «нимба», побрёл выполнять приказ. Нимб не отставал.

К завтраку выстроилась очередь. Борис черпал перловку с кусками кабаньего мяса из чана, накладывая в миски щедрыми порциями. Вера разливала горячий чай и компот из сухофруктов, ей помогала молодая мама из гражданских.

Надо было видеть их лица. Замёрзшие, хмурые люди получали горячую тяжёлую миску и менялись на глазах: плечи опускались, взгляды теплели, а уголки губ поднимались вверх.

С периметра подтянулись Найда и Клык. Огромная собака, почти с медведя, с шумом втянула воздух и уставилась на чан. Костогрыз потрусил следом, облизываясь. Борис бросил обоим по куску кабаньей ноги. Найда проглотила свой в два укуса. Клык схватил и утащил под ёлку, рыча от удовольствия.

Потом из тени ёлок выступил большой Шипохвост. Костяные пластины тускло блеснули. За ним спешили Пушок и Царапка. Три пары глаз нацелились на Бориса. Берсерк крякнул.

— Ну вот, сбежался весь зверинец. — Он нарезал ещё мяса. — На, бронированный, ешь. И вы, мелкие, тоже.

Шипохвост аккуратно взял кусок из руки. Пушок и Царапка устроили между собой молниеносную потасовку за второй шмат. Борис разнял их третьим.

Потом из кустов, отряхивая лапы, вылез Бузя. Хомяк остановился и уставился на Бориса с таким выражением морды, будто тот был лично виноват во всех бедах мироздания.

— Ещё один, — вздохнул Борис. — Слушай, хомка, ты что, все кусты облазил? Грязный, как свинюх! Это ж Олеське тебя мыть придётся в корыте.

Бузя сел на задние лапы. Сверлил взглядом.

— Ладно, ладно! — Борис кинул ему порцию мяса. Бузя цапнул и сожрал, не моргнув. Потом снова уставился на Бориса. — Нет. Всё. Хватит. Не смотри на меня так! Ты хомяк, а не бездонная бочка!

Бузя продолжал смотреть. Борис сдался и кинул ещё кусок.

— Ты их всех разбалуешь, — заметила Вера.

— Зато толстые будут. Стратегический запас на случай голодов, — философски ответил Борис.

Когда большинство наелось, я поднялся и вышел в центр поляны. Разговоры стихли. Все взгляды скрестились на мне.

— Доброе утро, — начал я. — Все сыты? Все согрелись?

Кивки. Согласное бормотание.

— Тогда поговорим, — обвёл лагерь взглядом. — Я знаю, о чём многие из вас думали эту ночь. И прошлые дни. «Красногорск проклят. Там постоянно какая-то тварь вылезает из-под земли или прилетает с неба».

Я выдержал паузу.

— Хорошо. Мы можем отправиться дальше. Можем ехать на юг, на запад, на восток, куда угодно. Можем найти другой город и попытаться зачистить его. Но давайте будем честными: что мы от этого выиграем? Оглянитесь вокруг. Везде руины. Везде бродят мутанты. Везде смерть.

Из толпы вынырнула Мария-Банши. Её лицо снова покраснело от возмущения, а голос дрожал:

— Но там опаснее, чем везде! Нас всё время атакуют гигантские твари! Мы не хотим жить на пороховой бочке! Нужно держаться подальше от городов!

Я лучезарно улыбнулся.

— Отлично. Вы хотите тишины и безопасности. Давайте подумаем вместе, где вы их найдёте, — обвёл рукой ближайшие заросли. — Вот лес. Нравится? Тихо, ёлочки, птички… белочки скачут шестилапые, кабанчики бегают. Допустим, вы уходите. Находите поляну. Строите частокол. Ставите дома. Частокол из чего, кстати? Из сосен? Против мутанта пятого уровня — может, хватит. Против десятого — нет. Против двадцатого — это двухсекундная задержка.

Народ снова загомонил.

«…а Мария-то дура, орала, что в лесу лучше. Да я бы сейчас за свой матрас в отеле полжизни отдал…»

«…поедем лучше домой, в отель. Там стены каменные, башни с турелями и дроны охраняют. Что мы тут забыли…»

Мария-Банши стояла поодаль, сложив руки на массивной груди и пыхтела, изображая паровоз.

— Алексей прав, — раздался голос Рейн. Она стояла у палатки, глядя на толпу. — Вы уехали вперёд, могли не заметить. Но мы с ребятами выехали сразу за вами. Знаете, что было по обочинам? Мутировавшие Крысы. Стая. Штук восемьдесят. Пятые-шестые уровни. Они не напали на вас, потому что вы были слишком большой группой. Машины, боевая техника. Но одиночка? Семья? Десяток людей с палками? — Она покачала головой.

— Вот именно, — кивнул Варягин. — Выживание — это дисциплина. Система обороны. Всё это — в Красногорске.

Мария начала возмущаться. Я поднял руку. Спорщики утихли.

— Красногорск пострадал, — признал я. — Дома вокруг эпицентра аварийные. Район у озера разрушен. Это правда. Но знаете, что ещё правда? Наш отель стоит. Его стены из железобетона, усиленного нашей совместной магией. Они выдержали ударную волну «Сверхновой». Мы построили эту крепость за неделю. Полностью переделали отель в военную базу. С генераторами, водопроводом, медблоком и мастерскими. С оружием, которое уничтожает высокоуровневых боссов, как щенков. Мы создали дронов, турели, системы раннего предупреждения.

— Так может, именно потому, что она выстояла — её снова атакуют! — выкрикнула Банши, чтобы хоть что-то возразить. Из принципа, судя по голосу.

— Атакуют, — согласился я. — Потому что мы сильные. Потому что мы представляем угрозу для тех тварей, которые хотят сожрать этот мир. И если мы побежим — они сожрут нас по дороге. Не стены спасают, а люди за ними.

Собравшиеся начали кивать, шёпотки переросли в уверенные возгласы. «Домой!», «В отель!», «Хватит леса!»

Мария, видя это, с отчаянием выпалила:

— МЫ ИМЕЕМ ПРАВО САМИ РЕШАТЬ!

Этот вопль стал ударом. Голос Марии, усиленный способностями Банши, превратился в плотную звуковую волну, которая оглушительно резанула по лагерю.

Удар прошёл сквозь кроны сосен, сбивая сухие ветки и заставляя хвою сыпаться дождём. Гражданские в ужасе зажали уши. Найда и Клык яростно зарычали и бросились вперёд, гавкая на женщину. Олеся, быстро встав между псами и Марией, скомандовала: «Тихо, мои хорошие! Назад!». Собаки мгновенно умолкли, хотя ещё продолжали скалиться в адрес нарушительницы спокойствия.

Искра поднялась с бревна, отряхнула колени от зелёных иголок и подошла ко мне с дымящейся кружкой чая в руках.

— Не, ну раз такое дело… нужно настоящее голосование устроить! — звонко объявила она. — Тут же все свободные люди, правильно? Прямо лесная демократия! Вот, у меня уже список вариантиков готов!