Инженер. Система против монстров 12 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 36

Лицо Искры ненадолго помрачнело. Да, я тоже представил, как этот хтонический ублюдок просто «отматывает» наши победы или зацикливает нас во временной петле. Или как меняет расклад, заставляя Барьер всё же рухнуть раньше.

— Ой, всё, Лёша, прекращай, — пробормотала девушка. — Ты решил превратить наш пикник в экзистенциальный кошмар? Давай просто надеяться, что этот многомерный извращенец, повелитель хаоса, или кто он там, не умеет пользоваться будильником.

— Звучит обнадёживающе, — мрачно согласился я.

Лес жил своей жизнью. Через десять минут послышался хруст и глухие удары — Борис с Медведем таскали стволы упавших деревьев. Заработали топоры.

Только я вгрызся в очередной кусок сушёного мяса, как из-за ближайшей ёлки, разбрызгивая грязь ботинками, вылетел Горыныч. Массивные сварочные очки привычно сидели на лбу пироманьяка прямо поверх вязаной шапки, а на лице сияла совершенно безумная, счастливая улыбка.

— Командир! — гаркнул он, активно жестикулируя. После своих экспериментов он был глуховат на одно ухо, так что орал. — Костры нужны? Я готов! Давай прям сейчас запалю!

— Дров ещё нет, Горыныч, — спокойно ответил я. Сырой воздух холодил лицо, но энтузиазм этого мага мог бы согреть небольшую деревню.

— А зачем нам дрова⁈ — искренне возмутился он. — Я прямо так могу! Воздух подожгу, мокрую листву, вон ту грязную лужу! У меня маны полно!

— Остынь. Подожди, пока Борис с Медведем ямы подготовят. Вот тогда и поможешь с розжигом. Только аккуратно.

Горыныч разочарованно всплеснул руками, но тут же снова загорелся идеей:

— Ну командир! Раз у нас пикник на природе, нужны фейерверки! Я такую «хризантему» соберу — закачаешься! Бабахнем так, что все мутанты до самого горизонта облысеют!

Искра не выдержала и громко хрюкнула.

— Горыныч, — ехидно начала она, — Лёша сегодня уже бабахнул. Пока хватит. Ты нам тут вместо пикника крематорий устроишь. Уйми свои таланты или вон, иди белок шестилапых ловить. Горячий фастфуд нынче в цене.

Пиромант обиженно поправил очки, но спорить с огненной коллегой благоразумно не стал.

Спустя полчаса потянуло дымком. Нет, не от белочек. Горыныч всё же помог берсеркам, так что пламя взвилось в положенных местах, а не где пиромантской душе угодно.

— Кстати, — повернулась ко мне Искра, — а что с Прометеем?

— Оставил в отеле. Контролирует город, мониторит угря возле реки. Если что-то случится — свяжется.

— Разумно. — Она вытянула ноги, покачивая ботинком. — Хотя без твоего железного дровосека как-то непривычно.

— Он не железный.

— Сорян! Титано-эфириумно-молибденовый или как-то так. С гироскопами.

Я хмыкнул. Из леса, с восточной стороны поляны, выбежал Клык — крупная, больше любой реальной собаки, тварь с коричневой шерстью и мощными лапами. Костогрыз уже достиг пятого уровня. Пёс прогарцевал через лагерь, задрав нос и явно наслаждаясь запахами. Пара гражданских отпрянули, но Клык их проигнорировал — потрусил к хозяйке. Олеся как раз пыталась натянуть свитер на Мики.

— Ну холодно же! — убеждала она. — А ты почти голенький! Шерсти — одни клочья! Простудишься, дедушка Петрович будет тебе уколы ставить!

Лемур внимательно слушал, но становиться жертвой моды категорически отказывался.

Дед Василий сидел на бревне и что-то активно втирал Степану. Найда лежала рядом, смотрела в огонь и следила за подрастающими щенками. Шестеро маленьких комочков возились около мамаши, спотыкаясь и повизгивая.

Потом появился новый Шипохвост Олеси, а следом Пушок и Царапка в качестве свиты. Пламя бросало отсветы на шипы и костяную броню.

— Боже! — отшатнулась женщина из гражданских.

— Спокойно! — крикнула Олеся. — Это мои! Они не кусаются! Ну, то есть кусаются, но только по команде, а я не командовала!

Варягин закрыл глаза. Наверное, мысленно посчитал. Вздохнул. Я почти посочувствовал. Быть отцом восьмилетней приручительницы в апокалипсисе — челлендж похлеще уничтожения монстров.

И тут «Техно-Око» взорвалось красным.

В углу обзора всплыли тревожные окна. «Стрекозы» перешли в режим боевого слежения, зафиксировав резкий скачок биомассы в северном секторе.

ВНИМАНИЕ! Обнаружены цели с высоким уровнем агрессии!

Дистанция: 120 метров. Скорость сближения: 45 км/ч и растёт.

— Что там? — сразу же оживилась Искра.

— Ужин с доставкой на дом, — ухмыльнулся я, сворачивая окно. — Причём экспресс-доставкой.

Турелям «Цербер-3» я приказал попридержать огонь. Не хотел превращать лес в решето раньше времени, да и хотелось посмотреть, как справятся наши «тяжеловесы».

С севера, там, где подлесок был особенно густым, раздался звук, который не спутаешь ни с чем: треск ломающихся сосен. Любой обычный шум и в подмётки не годился. Краем глаза я заметил, как побледнела Мария-Банши.

Грохот сносимых деревьев нарастал, приближался. Мы уже видели, как колышутся кроны, будто их прорезает чудовищный шквал. Земля под ногами ощутимо вздрогнула, мелкая галька начала приплясывать.

Люди в лагере на секунду замерли… и начали испуганно метаться. Кто-то вскрикнул, кто-то выронил чайник, обдав ноги кипятком, кто-то в ужасе попятился к машинам, создавая в первые секунды настоящую давку.

— Борис! Медведь! — рявкнул я.

Берсерки среагировали синхронно. Они подскочили с брёвен, как сжатые стальные пружины. В глазах зажёгся огонь предвкушения.

— Монстрюга прёт? — уточнил Боря.

Из подлеска, разбрасывая клочья грязи и щепки, вырвались два массивных силуэта. Кабаны. Огромные мутировавшие кабаны. Живые танки из мышц, щетины и ярости.

Клыкач — Уровень 21

Клыкач — Уровень 23

Каждый размером с грузовик. Пятнадцать-двадцать тонн живого веса, обтянутого грубой, местами ороговевшей кожей, напоминающей по структуре бетонные плиты. Из массивных пятаков вырывались клубы густого белого пара, а из нижней челюсти торчали загнутые, пожелтевшие бивни-сабли длиной сантиметров в сорок. Глаза-щелочки, налитые кровью, сканировали толпу, выискивая подходящую мишень.

Один из Клыкачей издал звук, от которого у гражданских подкосились ноги. Никакого поросячьего визга. Низкий, утробный рёв, достойный тираннозавра.

Народ окончательно впал в панику. Кто-то попытался запрыгнуть в «ГАЗель», кто-то просто застыл, парализованный ужасом перед этими горами мяса и копыт.

Но Борис и Медведь видели ситуацию иначе.

Боря аж задержал дыхание, его ноздри расширились. На лице Медведя расплылась улыбка, что для него невероятная редкость. Я бы даже назвал её хищническим экстазом. В этот момент они выглядели опаснее любого зверя.

— Кабаны! — взревел Борис. — Мишка! Ты смотри! Настоящие, жирные кабаны!!! МЯСО!!!

— Свининка! — отозвался Медведь. — Свежая, сама пришла!

— ШАШЛЫ-Ы-Ы-К! — в один голос заорали два гиганта.

Они рванули в атаку, как два снаряда. Из инвентарей с характерным свечением выпрыгнули их любимые игрушки.

Борис сжал рукоять боевого молота. Тяжёлый стальной боек хищно блеснул в свете костров. Медведь, с диким хохотом, перехватил секиру. Лезвие огромного топора со свистом рассекло воздух, оставляя за собой едва заметный след вспыхнувших рун.

Четыре центнера мышц, прокачанных Системой, и чистого боевого безумия понеслось на десятки тонны мутировавшей свинины.

— Куда⁈ — заорала Искра, вскакивая с бревна. — Вы вообще с дуба рухнули⁈ Там же бивни! Копыта! Вас же размажет, идиоты!

Но берсерки её уже не слышали. Они шли за своим главным трофеем — за идеальными рульками к пиву.

— Делаем ставки! — крикнул Фокусник.

Глава 13

Свиные рульки

Грязь брызнула из-под их тяжёлых ботинок берсерков. Ярость вспыхнула в глазах кабанов. Они начали рыть копытами землю, а через миг с рёвом сорвались навстречу противникам. Земля снова задрожала.

— Дамы и господа! — разнёсся над поляной усиленный иллюзорной акустикой голос Фокусника. Он стоял на крыше микроавтобуса, театрально раскинув руки. — В левом углу ринга — братья Хрюк, общий вес тридцать-сорок тонн, спонсор показа — фабрика желудей! В правом углу — два отбитых любителя барбекю! Делайте ваши ставки!