Инженер. Система против монстров 12 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 20

Свобода!

Корень уже падал, с рёвом рассекая воздух и закрывая собой половину мира. Давление вытесненной массы ударило по шлему.

Миомерные жгуты экзоскелета сжались до предела. Я бросил всю мощь сервоприводов, помноженную на возросшую физическую силу, в один отчаянный боковой рывок. Тяжёлый доспех выбросило из зоны поражения за миллисекунду до того, как гигантская древесная туша врезалась в асфальт.

Земля содрогнулась с такой силой, будто рухнула Пизанская башня. Меня подбросило в воздух. Осколки бетона и комья грязи забарабанили по броне, но я остался жив.

— Ха! Коллективный разум? Стратег хренов! — выругался я и рубанул «Спектром» наотмашь по одному молодому, но очень наглому побегу.

Полезли его братья. Раскалённый клинок прошил три щупальца одним ударом. Обугленные куски шлёпнулись в грязь. Но лезли новые. Пришлось одновременно махать мечом и контролировать циркулярные диски. Вжик! И нет борзой поросли! Чирк! Ещё минус зелёная погань!

Мана: 430/615

Нагретые циркулярки метались вокруг меня, прикрывая от этой мелкой дряни, но не от крупной.

Тень. Над головой. Корень.

Прыжок! Визг моторов. Полёт. Удар корня разорвал оставшиеся на земле плети, превратив в подобие шпината.

— Лупишь по своим, приятель!

Я срубил уцелевшее щупальце, и тут же боковое зрение поймало движение: длинная стреловидная тень пронеслась от разрушенной торговой палатки. Шип! «Пронзающая Игла».

Вжух! Сразу две крутящиеся пилы бросились наперехват. Игла разлетелась в щепки. Но и сами диски пострадали, всё же эти шипы чудовищно прочные. Один зубастый круг отлетел и впился в облицовку здания. Другой перебил водосточную трубу.

Ещё игла!

Разворот. Энергетический щит на левой руке. Голубая линза отразила удар. Под прикрытием щита я рубил лезущие к ногам щупальца, одновременно отслеживая тень корня.

БАБАМ!

Корень рухнул левее, оборвав линию электропередач. Провода хлестнули в воздухе, а от тряски земли бетонный столб покосился, затем величаво упал, увлекая за собой гирлянду обрывков.

— Создатель, поглощение завершено! — голос Прометея прорезался в наушниках. — Сто двадцать пять бочек опустошены.

Камера мастерской в углу зрения. Дядя Коля стоял посреди пустых бочек, держа стержень с кристаллом, как рыбак удочку, и тяжело дышал. Да, пришлось торопиться. Прошло всего минут десять. Надо выписать ему премию. Изумруд стал сияющей звездой.

— Могучая штуковина, — констатировал дядя Коля, осторожно убирая руку. — Скажи, Алексей Батькович, она точно не рванёт?

— Не рванёт! Прометей, маячок! — крикнул я. — Навигационный маяк на кристалл, нужна точная телеметрия после погружения! Иначе мы его потом фиг найдём!

— Принято.

Четыре секунды. На камере титановые руки андроида защёлкнули вокруг кристалла пояс из тёмно-серого композита: тонкий, химически инертный обруч с крохотным передатчиком и двумя светодиодами. Тот же дисциплинарный ошейник, только без взрывчатки. Щелчок фиксатора.

— Маяк закреплён. Пересылаю Ядовитый Изумруд через Хранилище фракции.

Предмет получен: Ядовитый Изумруд (снаряжённый).

Голубая вспышка. В левой руке материализовался кристалл и озарил меня зеленоватым сиянием. Навигационный пояс плотно обхватывал его. Двадцать пять тонн концентрированного яда. В одном камне. На моей ладони.

— Прометей, сканирование глубины! Где корневой узел?

— Центр озера. Глубина, предположительно, четыре метра. Данные со «Стрекоз» и сейсмических датчиков совпадают.

Корень снова поднялся. Семьдесят два метра древесного бича, мокрого и лоснящегося. Капли летели с коры, как дождь.

Я убрал «Спектр» и переложил Изумруд в правую ладонь. Сжал. Пальцы бронированной перчатки обхватили камень. Миомерные жгуты в предплечье натянулись, мои собственные видоизменённые мышцы напряглись до предела.

Корень пошёл вниз.

Я разбежался. Два шага. Три. Сервоприводы бёдер и икр выдали всё, что могли. Ноги оттолкнулись от бетона. Тело развернулось.

Одновременно — мысленная команда. Не словами. Волей. Чистый ментальный импульс, направленный в структуру кристалла: «Выпустить. Всё. Немедленно».

Бросок!

Плечевой сустав, трицепс, широчайшая мышца спины. Миомеры и сервоприводы. Всё сработало вместе. Камень вылетел из моих пальцев, как из катапульты, по высокой дуге. Баллистический калькулятор на визоре прочертил зелёную параболу, подтверждая правильность броска. Точка падения — центр озера. Безупречно.

Изумруд, вращаясь, достиг верхней точки дуги. Датчики мигнули. И камень рухнул в воду.

Плюх!

Негромкий, обыденный всплеск. Как будто ребёнок кинул камушек.

А потом озеро начало умирать.

Сначала пошло свечение. Из глубины пробился тусклый зеленоватый отблеск, мерцающий и неровный, как свет болотного огня. Он расползался от точки падения концентрическими кольцами. Вода меняла цвет — из тёмно-серой в бурую, потом в желтоватую.

БАБАМ! Корень рухнул в пустоту. Меня уже не было на прежнем месте. Навигационный маяк транслировал телеметрию. Глубина три и восемь десятых метра. Температура воды плюс пять. Концентрация гербицида растёт экспоненциально.

Корневой отросток снова вознёсся, но вдруг дёрнулся и замер в апогее для удара. Снова дёрнулся. Конвульсивно, как рука, которую ударило током.

Потом он начал дрожать.

Мелкая вибрация, как у натянутой струны. Дрожь нарастала. По коре побежали трещины. Из них брызнула бурая жидкость — не зелёная, как раньше, а грязно-коричневая, как ржавая вода.

Лианы, тянувшиеся ко мне, остановились. Замерли, словно прислушиваясь к чему-то далёкому. Пара секунд…

И они стали усыхать.

Это началось с кончиков — тонких усиков, стреловидных побегов. Они скручивались, как бумага на огне, но без пламени. Кожура бледнела, переходя из зелёного в серый, потом в желтовато-бурый. Побеги сжимались, покрываясь морщинами, как старческая кожа.

Волна гибели расходилась от озера, как круги по воде. Всё быстрее. Толстые лианы, обвивавшие остатки поликлиники, задрожали и начали отваливаться, как засохшие ветви. Они рушились на землю с тяжёлым древесным стуком. Сухие и мёртвые.

А корневой отросток… Триста тонн. Он наклонился. Медленно, с протяжным скрипом, как столетнее дерево под пилой, он пошёл вбок. Верхний слой коры осыпался, обнажая высохшую до ломкости сердцевину. И рухнул.

На берег.

БДЫЩ!!! Земля содрогнулась в последний раз. Мёртвый корень лежал на берегу, как выброшенный на сушу кит — огромный, неподвижный и уже бесполезный. Из его расколовшегося тела сыпалась труха цвета старого пергамента.

— Создатель, — голос Прометея зазвучал тише обычного. — Фиксирую массовую гибель вегетативной ткани объекта «Семя Морвейга». Корневая система прекратила функционирование. Потоки питательных веществ — ноль. Регенерация — ноль.

— Побеги в городе?

— Переключаю на воздушную разведку.

Визор заполнился мозаикой картинок с двух десятков «Стрекоз». И везде одна и та же картина. Лианы, ещё десять минут назад ломавшие дома и охотившиеся на всё живое, теперь скрючились и лежали неподвижно. Некоторые уже начали осыпаться. Другие — те, что оплетали фасады зданий — свисали безжизненными космами, словно гигантские тенёта.

— Подтверждаю: объект «Семя Морвейга» мёртв. Все связанные побеги и ответвления прекратили биологическую активность. Угроза ликвидирована. Осталось только несколько особей Химер, но новых уже не предвидится.

Я стоял на берегу мёртвого озера, среди сухих обломков чудовищного растения, в бронированном экзоскелете… и мне нестерпимо хотелось жрать.

Батончиков мало.

Поздравляем!

Вы уничтожили «Семя Морвейга»!

Получено опыта: 5 300 × 3 = 15 900

Внимание! В связи с уничтожением угрозы ранга «Планетарная Катастрофа», вам начислен бонусный опыт!

Получено опыта: 50 000

Я смотрел на эти цифры… и мне было плевать. Всё, чего я сейчас хотел — это кусок жареного мяса. Желательно размером с корову.