Мельница ангелов - Грубер Андреас - Страница 4

Хогарт резко остановился.

– Черт! Вольф и Рольф!

– Я думал, ты знаешь следователей, – прошептал Курт за его спиной.

– Да, но я надеялся, что сегодня их здесь не будет. Пока они на месте преступления, территория охраняется как зона отчуждения. – Хогарт быстро взглянул на брата: – Нам ни за что не попасть в дом.

– И что мы теперь скажем?

– Я что-нибудь придумаю, – прошипел Хогарт.

В следующее мгновение оба полицейских уже стояли перед ними.

– Рольф Гарек, Вольфганг Айхингер – мой брат, – представил Хогарт мужчин друг другу.

Айхингер, как всегда, выглядел безупречно и на месте преступления больше походил на прокурора, чем на следователя. Лишь перчатки из латекса и конец галстука, заправленный в рубашку, выдавали в нем полицейского.

Гарек был во вчерашней рубашке, что не удивило Хогарта. Темные круги под глазами говорили о том, что он работал всю ночь. И прием, разумеется, был соответствующим.

– Какого черта, Хог?!

Курт вздрогнул.

– Мы… – начал Хогарт, но не смог продолжить.

Айхингер сделал шаг к нему:

– Что бы ты ни хотел нам сказать, оставь при себе. Это дело не имеет ни малейшего отношения к пожару в региональной кассе медицинского страхования. А теперь возьми своего брата за руку и убирайся, у нас работа.

Хогарт сглотнул. Он совершенно забыл о встрече, назначенной на девять часов в кабинете директора страховой компании. К сожалению, он уже согласился взяться за это дело. Теперь ему нужно было срочно позвонить Расту, чтобы перенести встречу.

– В чем дело?! – рявкнул Айхингер. – Ты меня вообще слушаешь?

– Я всегда тебя слушаю.

Прежде чем Хогарт успел вставить что-то еще, из дома выскочил один из сотрудников.

– На мобильный Островского поступило семь звонков. Номер не скрыт. Теперь у нас есть время и…

– Не сейчас! – прервал его Гарек.

– Но это тот же номер, что и на автоответчике стационарного телефона…

– Не сейчас! – Гарек развернулся и втолкнул полицейского обратно в дом. – Выясните, кому принадлежит номер, и, если я говорю не сейчас, значит…

– Я не хочу вас здесь больше видеть!

Айхингер тоже развернулся, направляясь к входу в дом.

– Я знаю, кому принадлежит этот номер! – крикнул им вслед Хогарт.

Полицейские тут же обернулись.

– Не шути со мной, Хог. – Гарек откинул жирные волосы со лба.

– Номер принадлежит одному из знакомых Островского, бывшему студенту. Сейчас он работает мануальным терапевтом. Иногда они встречаются, чтобы поболтать о старых временах. – Хогарт обратился к своему брату: – Ты же в субботу несколько раз пытался связаться с Островским, потому что вы хотели снова договориться о встрече, верно?

Курт с недоумением уставился на полицейских.

– Да, пытался.

– Какой у вас номер телефона? – спросил Гарек.

Курт назвал номер своего стационарного телефона.

Гарек обратился к молодому полицейскому, тот коротко кивнул.

– Если я не ошибаюсь, к вечеру мы получим еще и признание.

Айхингер медленно подошел к брату Хогарта.

Глаза Курта расширились. В его зрачках вспыхнула злость. Хогарт понял, что брату хотелось задушить его, но зачем отрицать многочисленные звонки, если Курт пытался связаться с Островским? Через два часа полиция уже была бы у него в кабинете, чтобы увезти на допрос.

– Мы увидимся сегодня в 18:00 в участке на Ландштрассе, 148a, третий этаж, кабинет 318, – объявил Айхингер. – Сейчас коллега только запишет ваши личные данные.

– Но я… – попытался возразить Курт.

– Почему бы не допросить его прямо здесь и сейчас? – вмешался Хогарт.

– Хог, после утреннего выпуска газет мы получили сотни звонков с наводками, каждую из которых нужно проверить. – Гарек потер глаза. – Чем, по-твоему, мы здесь занимаемся?

– Мы уже здесь, короткий разговор – и через пятнадцать минут все сделано, – предложил Хогарт.

Айхингер и Гарек переглянулись.

– Давайте покончим с этим, – вздохнул Гарек.

– А ты оставайся за ограждением, – указал Айхингер на улицу.

– Хорошо, я подожду в машине.

Хогарт пошел по гравийной дорожке обратно к садовым воротам, в то время как полицейские окружили его брата. В сущности, Хогарту было все равно, что Курт им расскажет, главное – чтобы он отвлек их на пятнадцать минут и ни словом не упомянул видеозапись.

Добравшись до своей «шкоды», он воспользовался ключом-брелоком, чтобы машина подала звуковой сигнал. Затем открыл водительскую дверь, но сразу с шумом захлопнул ее. Согнувшись, он пробежал вдоль живой изгороди к задней части участка и набрал на мобильном телефоне номер Гельмута Раста, директора «Медеен энд Ллойд».

Сотрудники этого страхового гиганта заключали не обычные полисы для домохозяйств, а страховали настоящие сокровища: скаковых лошадей, бриллианты, ретроавтомобили, картины эпохи барокко, товарные поезда, авиалинии и танкерные флоты. Кроме того, компания предлагала широкий спектр услуг, список которых был длиннее, чем венский отраслевой справочник.

Как и следовало ожидать, номер Раста был занят. Секретарша перевела Хогарта на руководителя выездной службы, с которым он уже познакомился в прошлом году, когда летал в Прагу по запутанному делу для страховой компании.

– Господин Хогарт, – поприветствовал его Кольшмид чересчур дружелюбным тоном. – Мы ждем вас уже битый час.

Кольшмид, похоже, ничуть не изменился. Хогарт буквально видел его перед собой: метр шестьдесят ростом, в элегантном костюме, с густой помадой в волосах и циничной улыбкой кредитного хищника, которому только что удалось провернуть крупнейшую сделку своей жизни.

– Возникли непредвиденные обстоятельства, о которых я не могу говорить по телефону, – запыхавшись, ответил Хогарт.

– Ущерб в Венской региональной кассе медицинского страхования оценивается минимум в семь миллионов евро, не считая потерь данных, последствия которых пока невозможно определить, – продолжал Кольшмид, которого совершенно не интересовали оправдания Хогарта. – В одном из пунктов полиса указано, что страховая сумма в случае пожара выплачивается в течение семи дней, если только мы не сможем доказать поджог.

Тем временем Хогарт достиг конца участка. Здесь цивилизация заканчивалась. Узкая улочка Вальдорфгассе вела многочисленными серпантинами через лес к вершине Каленберга. За живой изгородью и садовым забором Хогарт видел обвитую плющом заднюю часть виллы Островского. Ночью этот участок из-за плохого уличного освещения погружался в полную темноту – идеально, чтобы незаметно проникнуть в дом. Где-то здесь он тоже найдет место, чтобы перелезть через забор. Хогарт крался вдоль живой изгороди, пробираясь напрямик.

– Время поджимает. Если вы не возьметесь за это дело, нам придется нанять другого страхового следователя. – Теперь голос Кольшмида звучал уже не расслабленно. Мужчина просто не мог больше сохранять спокойствие.

– В этом нет необходимости, – прошептал Хогарт, переступая через корни между кустами. – Я уже начал расследование.

– И на каких условиях?

– Обычная стандартная модель для внешних консультантов, – предложил Хогарт. – Фиксированная ставка восемьсот евро в день плюс суточные и возможная надбавка за выходные, а также аванс в тысячу евро. Номер моего банковского счета у вас есть. Расходы на аренду автомобиля и проживание при необходимости берет на себя страховая.

Кольшмид некоторое время молчал.

– Довольно нетрадиционно обсуждать такие вещи по телефону. Но от вас я ничего другого и не ожидал. – Прозвучало это совсем не как комплимент.

Хогарт подошел к садовой калитке, соединявшей лес с участком Островского. Приватный вход. Как и ожидалось, кто-то взломал дверь. На металлической ручке и замке виднелся белый порошок, который криминальная полиция использовала для обнаружения отпечатков пальцев. Хогарт толкнул калитку ногой.

– В случае успеха мое вознаграждение составит два процента от страховой суммы.

– Почему вы шепчете?

– Два процента от страховой суммы! – повторил Хогарт.