Корсаков. Тетралогия (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 90

– Вы хотите о чём‑то спросить, ваше императорское высочество, – с подбадривающей улыбкой обратился я к ней. – Не волнуйтесь, я взрослый мальчик, вынесу любой ваш вопрос.

Она бросила на меня полный сомнений взгляд, но всё же вздохнула и, набравшись решимости, произнесла:

– Если бы вам предложили с ним встретиться, как бы вы к этому отнеслись?

Я приподнял бровь, глядя на Дарью Михайловну.

Сам вопрос был бы неудивителен, однако, учитывая, кто его задаёт, можно смело утверждать – Долгоруковым известно, где папаша прятался всё это время. И, похоже, меня сейчас прощупывают на тему, сгодится ли такая награда за очередные подвиги. Но нет уж, господа хорошие, меня так дёшево не купишь.

– Простите, ваше императорское высочество, за мою прямоту, но мне совершенно неинтересно, где этот человек сейчас, чем он занимался всё это время, почему его не убили кредиторы, и встречаться с ним никакого желания у меня нет, – честно ответил я.

Долгорукова задумалась над моими словами, но продолжать диалог времени уже не было – мы добрались до нужного места. В своём окне я увидел вывеску «Центральный госпиталь г. Выборг», и уже стоящее на крыльце руководство. Нас ждали.

– Прибыли, ваше императорское высочество, – сообщил водитель, прежде чем остановить автомобиль перед крыльцом.

Пока мы будем внутри, машины наверняка отгонят на внутреннюю парковку, а сейчас охрана явно пыталась минимизировать время нахождения наследницы престола на открытом пространстве. Впрочем, дежурная четвёрка людей Долгоруковых сгруппировалась у двери будущей государыни.

С крыльца спустился одутловатый мужчина чуть за сорок, в сверкающих на солнце очках и с такой же блестящей лысиной. Врачебный халат болтался на нём расстёгнутым, и я даже подозревал, что это – чужая вещь, и на объёмном животе заведующего просто не сойдётся.

– Ваше императорское высочество! – высоким голосом громко воскликнул он. – Позвольте поприветствовать вас в нашем скромном заведении. Ваше посещение для нас – это такая честь!

Дарья Михайловна шагала чуть впереди меня, а потому не видела, как блеснули целительским огнём мои глаза. А вот толстяк всё заметил и на миг запнулся, впрочем, его взгляд тут же вернулся к разглядыванию будущей государыни.

– Врёт, – шёпотом сообщил я, и Долгорукова чуть наклонила голову – так и не поймёшь, то ли мне ответила, то ли заведующему.

Конечно, я мог бы промолчать. Но зачем мне такие проблемы? Дарья Михайловна прекрасно знает, что целители видят, когда им лгут. И если она спросит меня, говорил ли человек перед ней правду, самому мне врать не хотелось. Мало ли что может скрываться за ложью заведующего госпиталем?

Может быть, его кабинет заминирован, и когда будущая государыня войдёт, помещение взлетит на воздух. Так что Долгорукова чуть дёрнула пальцем, и от машин сопровождения отделились ещё две тройки бойцов.

– Я не могла не посетить ваш госпиталь, Глеб Романович, – с улыбкой произнесла Дарья Михайловна. – Со мной также прибыл целитель Корсаков Иван Владимирович. Пока мы с вами будем работать с документами, его благородие может осмотреть самых тяжёлых пациентов вашего госпиталя. Отрядите человека, который сможет указать нужных.

Глеб Романович тут же истово закивал, хотя и успел бросить в мою сторону опасливый взгляд. Что же он тут такого скрывает, раз ему страшно до ужаса, что я увижу нечто не предназначенное для чужих глаз?

Глава 14

Центральный выборгский госпиталь  .

Дарья Михайловна прошла вслед за заведующим к его кабинету. Пока они двигались по чистым и блестящим коридорам, никто из персонала не попадался по пути, как и пациенты – людям заранее запретили ходить там, где может появиться будущая государыня.

Нельзя сказать, что такое удивляло Долгорукову, однако добавляло на чашу весов дополнительные сомнения. Не верить Ивану Владимировичу было бы полной глупостью, не нужно быть целителем, чтобы заметить, насколько взволнован Глеб Романович Лисичкин. Он явно боялся.

Гвардейцы уже проверили помещение, так что в кабинет заведующего её императорское высочество вошла совершенно спокойно. Пара охранников замерла у двери внутри, ещё двое остались снаружи. Можно было быть уверенной, что никто посторонний не войдёт.

Если в госпитале № 2 Дарья Михайловна не стала занимать кресло заведующей, так как не желала создавать давящую атмосферу, то сейчас это было необходимо. Поправив юбку, наследница престола опустилась в мягкое кожаное кресло и строго взглянула на хозяина кабинета.

– Итак, Глеб Романович, – максимально холодным голосом проговорила она, – я пришла, чтобы лично провести небольшую проверку, как в Выборге осваивают выделенные Российской империей средства. Надеюсь, вы успели не только разогнать подчинённых, чтобы они со мной случайно не столкнулись, но и документы подготовили?

Заведующий чуть изменился в лице, но постарался взять себя в руки. Что его уловка с ограждением её императорского высочества оказалась замечена, он, похоже, прекрасно понял. И принял новые правила игры. Оставалось посмотреть, что он сделал с бумагами, и задать нужные вопросы.

Дарья Михайловна была уверена: что‑нибудь обязательно найдётся. Тем более что с пустыми руками она не пришла – дядюшка постарался, и сегодня утром её императорскому высочеству неприметный человек доставил папку с правильными цифрами. Теперь оставалось подтвердить подлог.

– Конечно, ваше императорское высочество, – поклонившись глубже, произнёс Глеб Романович. – У меня всё готово, честь по чести. Если позволите, я бы пригласил нашего главного бухгалтера, он лучше знает все конкретные цифры. Я же, как заведующий, немного другими задачами занимаюсь. Но за свои обязанности готов отчитаться по всей строгости. А пока мы ждём, – он бросил осторожный взгляд на пару бойцов у входа, – может быть, хотите кофе?

Дарья Михайловна кивнула, как учили – чтобы чувствовалось, что она снисходит до подданного. И судя по тому, как отреагировал Глеб Романович, произвести нужное впечатление у неё получилось.

Там же. Иван Владимирович Корсаков  .

Ну, по крайней мере, порядок в госпитале навели перед нашим прибытием. Конечно, до уровня укладки асфальта в паре километров от машины руководителя местным было далеко, но всё выглядело чисто, униформа на сотрудниках опрятная. Разве что слишком новая, ещё не обмятая, и сразу видно, что её буквально сегодня надели в первый раз.

Однако больше, разумеется, впечатляло отсутствие пациентов в коридорах. Тишина, лишь где‑то в кабинетах звучат голоса персонала, да и то – едва уловимо, чтобы было не разобрать, о чём речь. Но разве можно обмануть целителя?

– Может быть, стоит всё‑таки выйти и рассказать?

– Чтобы что? Цесаревна уедет, а мы здесь останемся. И куда ты пойдёшь, когда Лисичкин тебе отомстит? На улицу, дворы подметать. Ты же знаешь, какие у него покровители, тебя потом ни в один госпиталь не возьмут, такие рекомендации тебе напишут.

– А что делать? Сидеть и ждать?

– Тихо ты, кто‑то идёт.

Я дёрнул уголком рта, проходя мимо. Сопровождающий меня старший врач госпиталя выглядел совершенно спокойным. По крайней мере, он умел держать лицо и если и переживал о чём‑либо, успешно это скрывал.

– Прошу сюда, ваше благородие, – проговорил он, указывая рукой в сторону лифтов.

Пока мы ждали, когда кабина приедет, входные двери госпиталя распахнулись, впуская мужчину в гражданской одежде. Он нёс на руках девушку, бледную, с неестественно болтающейся на весу ногой.

– Помогите! – воскликнул он, едва увидев нас.

Остальной персонал, всё это время бурно изображавший кипучую деятельность, встрепенулся, как будто стряхивая дрёму, и всё пришло в движение. Один медик направился к пострадавшей, другой стал куда‑то звонить.