Кодекс Охотника. Книга XXXL (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 2

Волк еще раз тяжело вздохнул, взял рацию и передал нужные указания. И тут началась красота. Красота, от которой, скорее всего, сейчас в полном экстазе находится Крендель. Ведь не просто так у нас все эти ракетные шахты и установки были возведены, а склады ракет уже просто переполнены по самое «не могу».

В общей сложности в работу пошло около двух сотен ракет единым залпом. Цель — огромное чёрное солнце, которое уже успело изрядно взбудоражить людей. И, на минуточку, Ольга задолбала звонить и спрашивать, что я в очередной раз натворил. А Лиза не хотела вмешиваться и решать с ней вопросы. Поэтому мне пришлось через родовых журналистов записать несколько обращений к людям. В них я заявил, что безопасность Империи под полным контролем, как Императрицы, так и лично моего Рода, да и меня собственно. Кажется, это помогло.

Когда ракеты начали долетать до цели, мне даже показалось, что я перестарался. Магические возмущения были просто гигантскими!

Но всё это показалось нам лишь цветочками по сравнению с тем, что случилось, когда в это чёрное солнце влетела ракета с кодовым названием «Большой П». Не знаю, как эта аббревиатура расшифровывается… Но когда я уточнял у Кренделя возможность переименовать её во что-то нормальное, он наотрез отказался. Сказал, что если она всё-таки сработает, то это название — самое удачное. А я ведь помню одно оружие с подобным названием у одного императора одной роз… гхм… империи. И он тоже не пояснил мне расшифровку, гад такой.

— Сань, можно задать вопрос? — вдруг обратился ко мне Волк, при этом настойчиво дергая меня за плечо.

Я лишь тяжело вздохнул.

— Давай, задавай, — отвечаю ему, не глядя в его сторону. На самом деле, я вообще сейчас не понимал, в какую сторону смотрю.

— А зрение когда вернётся? — выдал он свой вопрос.

— Кстати, да, очень нужный и важный момент. Оно вообще вернётся? — а это уже была Елизавета.

Вздыхаю во второй раз и пытаюсь проморгаться.

— Какие-то вы у меня слабенькие, однако. И ладно Волчара, он не еще не набрался опыта, хотя Мастер Уокер был бы недоволен. Но ты, Лиза, у самой Бездны училась! Неужели она настолько халтурила?

Лиза рассмеялась, несмотря на то, что временно ослепла.

— Ну, знаешь, Александр, мы с ней не только тренировались, а ещё просто отдыхали и много общались.

После этого, конечно, пошла очень бурная работа. Ольга уже орала благим матом мне в трубку, поскольку только в одном Иркутске, наверное, никто не пострадал. Первый момент — это наша многослойная артефактная защитная сеть, разбросанная по всему городу. А второй — люди, которые привыкли слушать своего барона. И если он говорит «прячьтесь», они так и делают. Объявление о том, что нужно сидеть дома и не выходить на улицу в ближайшие сутки, я выдал на всю Империю.

Но, как оказалось, не все послушали. А потому хрен знает, какое количество людей сейчас имели проблемы со зрением. Впрочем, они решались достаточно простым способом — вмешательством целителей. Да и те объяснили, что даже без их помощи у простых людей через неделю всё придёт в норму. И да, я вроде как чувствую себя немножко виноватым… Но, с другой стороны, Мертвое Солнце полностью уничтожено. А людям помогут… Все таки не так много городов зацепило.

И вот последняя боеголовка выжгла всю чужеродную энергию, не позволив даже капле осесть на этой планете. А потому считаю такие методы вполне приемлемыми. Наверное, в следующий раз, если они что-то подобное затеют, то уже точно не на территории Российской Империи, а где-нибудь подальше.

— Нет, ну это нечестно! Почему ты зрение не потерял, а я — сейчас слепой, как крот⁈ — возмутился вдруг Волчара.

Он сидел у меня в кабинете, пока я работал.

— Ну, как бы тебе объяснить, друг мой… — я взглянул на него с легкой задумчивостью. — Полноценного Охотника не может убить, наверное, никакая зараза. В редких случаях его могут только сожрать, или он сам себя прикончит по глупости. Тебе это всё ещё только предстоит пройти. Так что радуйся, пока такие мелочи могут тебе навредить. Потом ставки будут совсем другие.

Волк там ещё что-то поматерился — ну, наверное, чисто для виду. Но я его не слушал, заполняя документацию. А еще не забывал связываться с Кренделем, который на время отложил проект доспехов для Шнырьки, поскольку лично хотел видеть результат своей работы в действии.

И этот доморощенный артефактор теперь тоже слепой! Нахрена он-то вышел из Горы. «Я хотел посмотреть на „Большой П“». Дебил, блин… Посчитал же себя самым умным: нацепил несколько пар артефактных очков, которые должны были, по его словам, дать ему более глубокое представление о происходящем. Последствия вышли соответствующими. Поэтому дня два ему точно находиться на больничном, и никак иначе.

А между прочим, Шнырька уже терроризирует меня по полной. Ведь я обещал сделать его королем Теневого мира, и мелкому уже не терпится сесть на свой трон. А возможно, дело вовсе не в троне, а в одной достаточно важной, строптивой, но — зараза! — красивой, по его словам, Королеве!

Костяной Скульптор

Скульптор находился в своих владениях, полностью закрыв их от союзников. Те уже некоторое время пытались до него достучаться, надеясь получить ответы, которых у него, к сожалению, сейчас не было.

Он был именно тем, кто отвечал за это мероприятие и кто спланировал всё.

Главным звеном, сконструировавшим «клещи» над этим жалким, но достаточно странным миром. И опять же, именно он, вопреки всей защите Многомерной, смог втиснуть внутрь мощнейшее заклинание. Тяжело представить, насколько невыполнимой была эта задача, но у него получилось — пусть и не без помощи остальных. Предвечная тоже приложила руку, и заклинание вышло поистине уникальным.

Оно маскировалось под обычное Мертвое Солнце лишь на восемьдесят процентов, но оставшиеся двадцать процентов превращали его в нечто запредельное. Участники Абсолютного Триумвирата, как они назвали себя, придумали такую структуру, от которой очень быстро половина планеты должна была сойти с ума. А если бы у кого-то хватило сил уничтожить это заклинание, то смельчака, вернее сказать, Охотника, ждала бы окончательная смерть. Даже душа, которой так гордятся Охотники, получила бы повреждения, несовместимые с бытием. Не факт, что сам Кодекс сумел бы её вытащить.

Всё было продумано. Кроме того факта, что люди на этой планете умеют удивлять.

Скульптор просматривал свою память уже, наверное, в тысячный раз, разбирая те крупицы информации, что до него долетели. Он просто не понимал, как это могло произойти. Заклинание имело множество защит, но то, чем его уничтожили, было полнейшим абсурдом.

Смесь техномагии с крупицами алхимии, добавление душевных энергий, следы стихийной магии. Зачаровательная и элементарная артефакторика, немного Света, Тёмная магия, энергия Безумия… И это только малая часть того, что первым бросилось в глаза. А сколько там было частиц элементов, взятых из некогда живых существ!

По всем законам такое оружие просто не должно было существовать. Как минимум — не на этой планете. Скульптор понимал: столкнись он с каким-нибудь уникальным разумным, в его закромах еще можно было бы найти нечто подобное. Но здесь — точно нет. Разве что на планете переродился кто-то ещё — кто-то, кто скрывает свои таланты и до поры до времени не отсвечивает.

Именно к такому выводу пришёл Скульптор. Однако с подобными ответами он не может сейчас явиться к союзникам — это просто смешно. Правда, существовала ещё одна версия: кому-то очень сильно повезло. Но, как бы заманчиво это ни звучало, даже в мыслях Скульптора Многомерной такого не бывает.

И пожалуй, на данный момент пусть остальные считают самым опасным противником Сандра, который заявил свои права на эту планету и является там неким заложником ситуации. Для Скульптора же всё в один момент резко поменялось: больше, чем Охотника, он теперь будет опасаться именно того разумного, кто создал это оружие. По его мнению, оно могло бы навредить даже самому Скульптору, и достаточно серьёзно.