Тирион и Теклис (сборник) - Кинг Уильям - Страница 148

Король-Колдун обошел вокруг четверки, озирая их с головы до ног. Амара смотрелась как прекрасная простушка с предгорий Котика. Например, молочница из какой-нибудь маленькой эльфийской деревеньки в глуши. С длинными светлыми волосами, с широко распахнутыми голубыми глазами, с маленьким, совсем не аристократическим носиком, с пухлыми алыми губками, она выглядела невинной, доверчивой (а также заслуживающей доверия) и чуточку глупой.

Ни одно из этих качеств не было ей присуще.

Малекит точно знал, что она убила больше тысячи эльфов. Она убивала кинжалами, ядом, удавками и даже длинным узким клинком, которым владела весьма умело. Беспощадная шпионка, непревзойденная актриса, она сотни раз путешествовала по Ултуану, оставаясь неразоблаченной. С одинаковой легкостью Амара могла изобразить и княжну-коммерсантку из Лотерна, и официантку из таверны в какой-нибудь отдаленной деревне Ивресса.

Она умела завоевать доверие и соблазнить для пользы своего дела любого эльфа. Сейчас на ней была форма офицера королевской гвардии — эту должность она занимала при дворе, когда не участвовала в каком-нибудь зарубежном задании. Смотрела женщина в пол, скромно потупившись, но Малекит знал, что она внимательно слушает и железные шаги повелителя за спиной не пугают эльфийку.

Балиал был высок и свиреп. Ростом он почти не уступал Малекиту. Неимоверно широкоплечий, сверхъестественно крепкий, он с наслаждением применял свою силу. Одним движением мог сломать шею кузнецу-человеку, валил на землю здоровенных быков. Мог отрубить чью-нибудь голову, заодно расколов тяжелую деревянную колоду, на которой эта голова лежит, одним взмахом гигантской секиры, которую всегда носил за спиной. Секира эта отличалась от других тем, что лезвия у нее находились с обоих концов. Тонкости в Балиале не было никакой. Он убивал лицом к лицу в бою. Любил чувствовать брызги чужой крови на своей коже.

Начинал он бойцом на арене и привлек внимание Малекита несравненной яростью и жестокостью. Какое-то время Малекит подумывал сделать его палачом, но потом обнаружил прячущийся под зверской маской ушлый, коварный разум. Балиал был, пожалуй, самым смертоносным воином свиты Малекита. Как ни странно, он обладал при этом определенным обаянием, позволяющим ему завоевывать доверие других эльфов. Малекит часто внедрял его в группы рабов-гладиаторов, чтобы Балиал выяснял, о чем они думают, собирал сведения об их родине и стимулировал их драться и побеждать ради более зрелищного представления. Балиал мог похвастаться отличной памятью и прекрасно разбирался в стратегии; кроме того, он отличался абсолютной надежностью, чего нельзя сказать о большинстве темных эльфов.

Кхалион выглядел слишком большим любителем поесть, выпить и расслабиться, чтобы считаться хорошим бойцом. Но его внешность тоже была обманчива. Опытный чародей Кхалион особенно удачно владел заклятьями иллюзии и маскировки и потому сам никогда не попадался на подобную удочку. Малекит часто пользовался его услугами, чтобы подчинить мятежных колдунов или умертвить их, если обуздание не представлялось возможным. Кхалион смотрелся добродушным толстяком, но был невероятно жесток, даже по меркам темных эльфов. Он любил пытать своих жертв, поглощать их души или отдавать эти души демонам самыми тошнотворными способами.

Видор походил на обитателя Авелорна. Он мог бы быть одним из примитивных азраев дальневосточного континента: в потертых кожаных одеждах, в плаще с капюшоном. Он не расставался с длинным луком в рост эльфа, которым пользовался с мастерством, сделавшим бы честь даже уроженцам заокеанских лесов. Стрелял он без промаха и столь же умело нес смерть мечом и ножом. Видор любил охотиться, особенно на разумных существ: людей или эльфов. Знаменитый следопыт, он часто возвращал хозяевам сбежавших рабов. Ему это нравилось.

Малекит знал его секрет. Видор не просто был хорошим разведчиком; Король-Колдун приказал своим магам изменить обонятельные центры в мозгу друкая. Это стало интересным экспериментом, предшественником других, более сложных, которые он осуществил над Урианом и прочими. Видор брал след, как ищейка. Нюх у него был волчьим. Благодаря изменениям в мозгу он получал почти сексуальное удовольствие от охоты и убийства.

Наконец Малекит заговорил:

— Вас посылают на задание чрезвычайной важности. Вы отправитесь в Авелорн и выясните, что случилось там с нашей армией.

От вопросов четверка благоразумно воздержалась. Если король захочет что-то объяснить, он объяснит. А если не объяснит, они вольны интерпретировать его желания соответственно собственному пониманию.

Малекит сжато изложил ситуацию и дал инструкции:

— Вы будете искать силы генерала Дориана и объяснение тому, почему он не выходит на связь. Если объяснение окажется неудовлетворительным, вы позаботитесь о том, чтобы генерала Дориана сменил его непосредственный заместитель. Если Вечная Королева там, доставьте ее мне. Если нет, найдите ее и привезите сюда, если это возможно. Если невозможно, убейте и принесите мне ее голову, чтобы я использовал ее как штандарт моей армии.

Он кивнул в сторону ближайшего стола, на котором лежали маленькие драгоценные амулеты в форме птицы.

— Каждому из вас дается каменный ворон. В случае необходимости связывайтесь посредством него со мной. Не стану объяснять, как важно, чтобы вы достигли успеха. Пока что завоевание Ултуана идет точно по плану, за единственным исключением в виде молчания генерала Дориана. На вас ложится огромная ответственность вернуть эту часть плана в нужное русло. Вопросы есть?

— Можно ли считать, что мы имеем право делать все, что нам потребуется? — спросил Балиал.

— Вам выдадут черные печати. В ходе всего задания вы действуете именем короля.

Балиал выглядел довольным. Большего знака доверия Малекита не существовало.

— Мы можем убрать любого, кто встанет на нашем пути, вне зависимости от того, сколь высокое положение он занимает и чьим покровительством пользуется, сир? — спросил Кхалион своим раздражающе высоким голосом. Все знали, что он враждовал с несколькими самыми преданными Морати колдуньями, страстно ненавидя их, — возможно, потому, что все они отвергли его ухаживания.

— Да. И неважно, кто, по их уверениям, их защищает. Впоследствии ваши действия будут оценены, и если их сочтут необязательными, вы за это ответите.

Кхалион улыбнулся. Он знал, что успех отпускает все грехи. Малекит тоже знал это, однако напрямую говорить не хотел. Зачем лишний раз провоцировать материнскую враждебность?

— Как мы доберемся туда, сир?

— Вас переправит Н’Кари. И немедленно, я уже распорядился. Это знак важности вашего задания.

— Я готов, сир, — сказал Видор.

Все остальные кивнули.

— Идите! — напутствовал их Малекит. — Доставьте мне Вечную Королеву живой или мертвой, и вы сами назовете свою награду.

Столь фантастическая щедрость ошеломила их. Четверка поспешно покинула павильон.

Четверо убийц шагнули в Авелорн, ведя в поводу четверку черных скакунов, и осмотрели выглядящий практически покинутым лагерь.

— Не так уж тут много народу, — заметил Балиал.

— Весьма наблюдательно, — сказал Н’Кари.

— Твое мнение мне ни к чему.

— А мне ни к чему твоя вонь, но терпеть ее приходится, — фыркнул демон. — Теперь я должен уйти. Прошу прощения, что не могу подождать, пока ты сформулируешь ответ, но лишнего месяца у меня нет. — И демон исчез. Магический портал закрылся за ним.

— Ты! — рявкнул Балиал на одного из солдат, стоящего неподалеку на часах. Темный эльф подошел, чеканя шаг.

— Сир, — с опаской произнес он, не зная, кто эти прибывшие, но подозревая, что особы они важные.

— Где твой командир?

— Капитан Марин в лесах, сир. Мы ничего не слышали от него уже несколько дней. Последнее, что он приказал нам, — оставаться здесь и ждать открытия портала.

— А где твои капитан и генерал?

— Они оба отправились к турнирным площадкам, сир, захватить Вечную Королеву.