Стать нижней - Унин Игорь - Страница 32

Свои грешки ведь можно скрыть даже в маленьких поселениях, где всё обо всех знают.

Дальнейшую эволюцию отношений описывать не будем. Дадим опять возможность домыслить интерактивному читателю. Так продолжалось два с половиной года. На момент ухода в армию Рома проделал всё для него сексуально мыслимое с обеими сёстрами, исключая вагинальный контакт с Маринкой.

В какой-то момент он неожиданно вколол Маринке в задницу иголку. От всколыхнувшей острые воспоминания характерной боли Маринка впервые неожиданно испытала что-то вроде оргазма. А ещё Ромик любил рассматривать во всех подробностях упомянутый в начале рассказа hymen. Марина откидывалась назад на руки и до боли по максимуму разводила ноги. Он говорил: «Смотри у меня! Чтоб сохранила! Из армии приду — сразу распечатаю!»

Таких девочек жалко. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что нужно для них сделать объективно. Надо найти бескорыстного и доброго человека и поручить ему опеку. Только где ж его найдёшь. Кто возьмёт проблемную девочку в пубертатном возрасте с негативным сексуальным опытом в уже сложившуюся семью и окружит вниманием и заботой? А если такого человека нет, то не стоит думать, что в детском доме лучше.

Однако моралистам не интересно. Они даже не мыслят в этом направлении. «Живи в аду, но сохранись в половой неприкосновенности! Чтоб — ни-ни! А то ты оскорбляешь наши понятия о допустимом. У нас вот всё есть, мы мучаемся — выбираем, в каком соусе заказать омаров и каким вином запить, свихиваемся от безделья и русской хандры в пятизвёздочных отелях на Ривьере, нас уже тошнит от Лигурийского моря. А вот этого-то как раз нельзя и нам. А тебе, стало быть, конечно же, тоже! Потому что нам нельзя! Ни под каким видом!!!»

«Что? У неё, по сути, нет выбора? Где такое происходит? Давайте, стучите же! Пойдём разбираться, полицию подключим, общественность поднимем! Где журналисты?» Народ обожает эту тематику. Смаковать, что «извращённый гад» заставлял делать с малолеткой, как именно он извращался и какова дальнейшая судьба ему уготована. Вот и выпустили чуток злобу и напряжение.

Но Марина никуда жаловаться не пойдёт. Будет держать оборону до последнего, не проронит ни звука, как бы заботливые дяди и тёти ни проявляли глубокое участие. Ведь для неё после лицемерной суеты и позорной огласки всё станет только хуже. Улучшить её условия проживания и дать средства к существованию никто ведь и не стремится. А что там бывает в ваших детских домах? Даже падкие до скандальных сенсаций журналисты кое-что умалчивают. Чтобы создать тысячам обездоленных детей нормальные условия жизни, соответствующие современным запросам, нужны не только деньги — нужна душевная щедрость. Только вот мало у кого есть желание этим делиться, особенно когда нарастает неопределённость относительно дальнейшего развития общества.

Итак, любовник сестры наказал беречь девственность и отбыл в армию. Если бы я писал мыльную оперу для телесериала средней тупости, надо непременно вставлять замес, что парень-де отбыл, а старшая сестра залетела. Типа, не успели расписаться. Но наша цель не мыльная опера. Понятно, что после ухода Ромы в армию жизнь сестёр друг с другом стала невыносимой. Я не буду описывать все дрязги и гадости между ними.

Марине судьба дала огромный запас терпения, она не сопротивлялась издевательствам старшей сестры, получала побои, плохо питалась и делала всю домашнюю работу — ну настоящая Золушка! Она понимала. Она всё понимала.

Что поделать, в их поселении почему-то все девочки моложе парней. Тринадцать парней в возрасте Ромика, и на них — пять девушек тех же годов рождения. А на четыре года моложе — всё как раз наоборот: девочек чуть не в три раза больше. В городке нет шансов. Уже следующей весной всё неотвратимо произойдёт. Он ведь сказал, что после дембеля — сразу ей «целку ломать». На глазах старшей сестры. Без всяких сантиментов. И виноватой в глазах общества будет она сама.

Перспектива единственная: одним махом всё потерять, когда этот ублюдок вернётся из армии. А потом — молчать. Рассказать и пожаловаться нельзя. Жить придётся там же, и вдруг ненароком в речке утонешь, с лестницы свалишься, суррогатом каким отравишься или грибочков случайно не тех поешь. Из посёлка при заводе никуда не денешься. А вот она решила… куда-то деться.

«Бессердечность богатых узаконивает дурное поведение бедных». От души аплодирую тому интерактивному читателю, кто узнал автора. Значит, вы не только прочли, но и поняли нашего классика. Будьте честны с самим собой, если сразу узнали — ставьте себе высший балл! Это маркиз де Сад.

И вот у Золушки, как и полагается в сказках, совершенно случайно появилась добрая фея. Как же иначе? А то бы на тех выселках и сгинула, ни я, ни вы ничего бы о ней не узнали.

Девочке на тот момент как раз исполнилось шестнадцать. Фея предстала в образе тридцатилетней развязной бабёнки, которая в своё время укатила в столицу, где подвизалась в сфере оказания неких услуг. А потом в Москве у неё что-то не сложилось, а может, просто перестали платить и выставили, не назначив пенсию. Она работала где-то в городе, устроил местный авторитетный дядя торговать, зарплату более или менее регулярно выдавал, но «с отсосом» и без записи в трудовую книжку. Натурой получал с неё в закрытом ларьке после подсчёта выручки. Чаще оральный секс, но иногда и раком. Дома у него семья.

Она не отказывалась. Желающих пообвешивать на фруктах-овощах в их депрессивном городе много, а местечко тёплое, зимой не холодно. Своим намётанным взором и выцепила Маринку. Выяснила, что та девственна. И стала склонять на этом заработать. Маринке — в любом случае — тысяча зеленью. Ну, она своё сама получит. Едва ли сводница знала, что есть у нас даже статья «Торговля людьми». А ещё «Вовлечение несовершеннолетних в проституцию». Можно пришить или не пришивать, потому что лень крутить, да и кому от этого будет легче?

Марина решилась сразу, безо всяких колебаний. Знала: скоро Ромик вернётся из армии и всего лишит забесплатно, едва успев снять дембельскую форму. Он уже пару раз звонил и предупреждал. Жил, можно сказать, предвкушением. Неожиданно возникшая дама подсказала способ, как вырваться. Заработок для девушек. Но потом. Сразу — тысячу баксов.

Да, Марина вся собралась для самого важного в жизни решения. Она будет умолять, чтобы тот, кто её купит, ей помог. Оставил прислугой. Хоть полы мыть, хоть что угодно. За кровать, еду и защиту. Прочь от посёлка, бабки, сестры, Ромика. Если у него есть такие деньги на кусок слизистой, то, видимо, человек небедный.

Она зашла домой к той даме, «овощной соске», как её кто-то метко назвал в поселении. Там Марина была переодета в очень кокетливое нижнее бельё с маленькими бантиками — откуда ей видеть такое в глуши. Тело фотографировали без лица. Отдельно — её капитал, предназначавшийся к монетизации. Пришлось самой всё там раздвинуть и придержать пальцами.

Риск колоссальный. Её могли, к примеру, продать в сексуальное рабство. Интерактивный читатель в состоянии самостоятельно оценить перспективы. Сказок много, реальность большей частью другая. Не заплатят ничего — это в лучшем случае. И Марина бы молчала. Мало того, безропотно всё бы ещё выполняла, она же дала посторонней бабёнке сделать её фотографии. А она… как она домой бы вернулась? Там бы жизни уже больше и не было…

Однако без риска нет удачи, слишком много вариантов могут оказаться существенно лучше, чем полный беспросвет в том поселении. А тут, можно сказать, повезло, если это слово вообще в данном случае уместно. Заказчик всё подтвердил в течение двух суток, он оказался надёжным и в целом порядочным человеком, если говорить об иных общечеловеческих понятиях.

У любого девиантно мыслящего индивида психика формируется как симбиоз из личной узко понимаемой морали и морали общепринятой. Вот и у человека, что её купил, своя мораль. Прекрасный принц явился в обличье взрослого мужчины лет под шестьдесят. Правда, хорошо за собой следил и был очень небедным человеком. В общем-то, никогда не был и педофилом. Наоборот, чётко соблюдал закон. Возраст согласия, говорят, четырнадцать.