Лето возмездия (ЛП) - Грубер Андреас - Страница 36

Классическое патовое положение.

Грета Хокинсон повесила трубку.

За окошком небольшой почты, на окраине Куксхафена, сидел молодой человек в очках с никелевой оправой. Две страницы факса в Австрию стоили пять евро. Эвелин сунула ему десятку и прошла в нишу, где стоял факс.

Она набрала код Австрии, затем номер факса в бюро Патрика. Прежде чем вложить список пассажиров, Эвелин еще раз пробежала его глазами.

Смолле...

Она даже не знала, было ли это имя или фамилия. Эвелин отчаянно искала Смолле в списке, но никого из почти дюжины пассажиров даже приблизительно так не звали. С кем Грета разговаривала по телефону? Кто был этот человек с хриплым голосом?

Последнее имя в списке было зачеркнуто. Она вертела лист во все стороны и даже подставляла к свету, но так и не смогла прочитать имя последнего пассажира. Может, это и был Смолле?

На глаза вновь попались имя и адрес Холобека. От осознания этого у нее снова кольнуло в груди. Эвелин знала Холобека с первых дней своей подработки в адвокатской конторе Крагера во время каникул. Этот человек научил ее всем уловкам и трюкам, которые должен был знать адвокат. Не считая своих коротких поездок в Тайланд, Холобек никуда не ездил в отпуск. Может, путешествие на "Фридберге" было как-то связано с его гомосексуальностью? Эвелин еще раз перечитала имена. Одни мужчины! Ее пересохшее горло стало шероховатым, как наждачка. Она вновь вспомнила теплое щекотание в животе, когда в последний раз разговаривала по телефону с Холобеком. Каждый раз когда у нее появлялось это ощущение, что-то было неладно. Оно еще никогда не подводило ее.

Если Холобек действительно был на корабле, значит, он знал и Рудольфа Кислингера и Хайнца Пранге. Теперь ей стало понятно, почему Холобек вопреки обычным адвокатским принципам защищал интересы частного лица в противостоянии с фирмой. Дело о воздушной подушке! Возможно, Холобек поддерживал контакт не только с Пранге, но и с его вдовой и хотел оказать ей дружескую услугу. В любом случае, у Холобека должна была быть очень веская причина, чтобы скрыть от Эвелин обстоятельства.. Она хорошо запомнила его слова во время последнего телефонного разговора. "Эвелин, не лезьте в это дело. Оба случая не связаны между собой".

Еще как связаны! Холобек был сам по уши замешан в них. На мгновение Эвелин представила себе пугающую картинку, как девушка в платье на бретельках толкала Холобека через балконное ограждение. Отбросив эту мысль, она вложила фоторобот в факс и нажала на кнопку "Отправить".

Пока бумага с треском уходила, ей на сотовый позвонил Патрик.

- Слушай, никогда больше не клади трубку в то время как я разговариваю с тобой,- накричал он на нее. - Я смертельно перепугался!

На почту зашла клиентка с полным пакетом писем.

- Не преувеличивай,- прошептала она. - Я сейчас высылаю тебе факс.

- Неужто из дома Хокинсона?

- Не волнуйся, я на почте. Сначала ты получишь фоторобот нашей блондинки...

- Мата Хари, ты же не украла эту картинку?

Эвелин ничего не ответила и молча вложила список пассажиров.

- Следом придет список гостей "Фридберга". Ты удивишься, когда увидишь чье имя там...

Эвелин не договорила. Лист, лежащий обратной стороной наверх, на ее глазах затянуло в факс. На короткое мгновение имя Смолле как привидение промелькнуло мимо нее.

- Что? - крикнул Патрик? - Какой список гостей?

- Подожди секунду.

Эвелин вытащила лист с обратной стороны из прорези для бумаг. Пока прибор набирал номер, она пробежала глазами обратную сторону списка.

Вот оно, черным по белому: Пауль Смолле. Он был капитаном "Фридберга".

Подождав подтверждение об отправке факса, и разорвав его, Эвелин села в свою машину.

Проезжая вдоль Эльбы, обратно к автомобильной переправе в Вишхафен, она разговаривала по громкой связи с Патриком. Разговор был длинный. Ей столько всего пришлось рассказать Патрику, самое главное, как ей удалось заполучить отправленные ему по факсу бумаги.

- Это ты ловко придумала, на всякий случай оставить свою визитку на вилле - чтобы Грета, если что, смогла заявить на тебя, обвинив в краже со взломом,- ехидничал он.

Тоже мне умник! Эвелин и сама знала, что это не было блестящим достижением.

- Ладно, все нормально, ежик. Наконец-то у нас есть хоть что-то на руках. Список можно разобрать, но последнее имя перечеркнуто. Ты можешь что-нибудь разобрать в оригинале?

- Никаких шансов.

- Может, что-нибудь получится, если мы отдадим оригинал уголовной полиции. Я поеду на такси в участок и ...

От этой мысли у Эвелин все сжалось внутри.

- Прежде чем ты отдашь список полиции, я бы хотела, чтобы ты сам прошелся по нему и попытался узнать побольше об этих мужчинах.

- Что это ты вдруг стала такая нерешительная, спящая красавица? Вчера тебе срочно надо было, чтобы мы... о, черт! - выругался он.

Наконец-то он нашел.

- Наш друг Холобек тоже в этом списке.

- Поэтому я и не хочу, чтобы список сразу попал в полицию.

- Вот это да!

Эвелин буквально слышала, как мысли в голове Патрика стремительно сменяли друг друга.

- Ты знаешь, что это значит?

- Да,- тихо ответила она. – Пожалуйста, выясни, кто остальные. Были ли они тоже геями? Шантажиривали ли и их тоже?

- Да, да, я знаю, что делать.

Конечно же он это знал, в конце концов Патрик зарабатывал себе на жизнь такого рода работой.

Сбросив скорость, она объехала стадо овец.

- Но сначала я бы хотела попросить тебя о другом одолжении. Некто Пауль Смолле был капитаном "Фридберга". - Эвелин произнесла имя по буквам. - Разузнай, где он живет, и сразу же позвони мне. Это срочно.

- Сделаю, но возможно этого парня уже нет в живых.

- Да нет,- возразила она. - Полчаса назад я разговаривала с ним по телефону.

Около трех часов дня, Эвелин стояла у поручней автомобильного парома, бороздившего по Эльбе. Над водой все еще висел туман. Видимо здесь всегда было так.

Наконец-то, на другой стороне стала медленно приближаться суша. Постепенно из густого тумана появились сначала будка паромщика, а затем и причал в Глюкштадте. Над рекой раздался гул сирены.

Перед отправкой Эвелин купила себе колу, хотдог и плитку шоколада. И только надкусив булочку, поняла, насколько была голодна.

Она натянула ворот свитера до самых ушей. Стало холодно, с севера подул ледяной ветер. Кроме того, события последних часов вызывали у нее внутреннюю дрожь. Эвелин откусила шоколадку. Якобы шоколад успокаивал нервы. Если это так, то она очень нуждалась в нем.

Съехав с парома на своей арендованной машине, Эвелин остановилась на парковке рядом с федеральной трассой. Навигатор показывал ей дорогу из Глюкштадта до аэропорта Гамбурга. Почти час езды. Если она хотела улететь домой еще сегодня, то пришло время заказать билет в «Эйр Берлин» по телефону. Но, возможно, улетать из Гамбурга было не таким уж умным решением. Грета Хокинсон знала о ее планах. Вдруг она будет ждать ее в аэропорту. Мысль, граничащая с паранойей, но с другой стороны Эвелин не знала, чего ожидать от этой женщины, так же как от своего коллеги Холобека. Разве она не была твердо уверена в том, что знает его и его маленькие секреты? Эвелин вновь стало понятно, что нельзя заглянуть ни в одного человека, и нужно полагаться лишь на свою интуицию.

Эвелин в нерешительности смотрела на сотовый. Лететь домой или оставаться здесь? В принципе, она уже давно приняла решение.

Когда зазвонил телефон, она вздрогнула. На дисплее высветился номер Патрика.

- Алло,- коротко ответила Эвелин.

- У тебя напряженный голос.

От господина детектива не ускользало ничего.

- У тебя есть что-нибудь для меня?

- Капитан Пауль Смолле, 1944 года рождения. Отец погиб на войне, мать исчезла после его рождения. Довольно неприятный парень, имеет лицензию капитана, однако несколько раз привлекался за вождение в пьяном виде. Уже десять лет не работает капитаном. Больше деталей моему коллеге Уве выяснить не удалось.