Командующий фронтом (СИ) - Радин Влад - Страница 42

Дневник Генерал — фельдмаршала Бока.

Запись от 28 сентября 1941 года.

Изданы последние приказы по наступлению. Гудериан силами своего правого фланга медленно пробивается на исходные позиции.

Запись от 29 сентября 1941 года.

Прошу воздушный флот, начиная с сегодняшнего дня, подвергать планомерным атакам с воздуха все важнейшие железнодорожные узлы перед фронтом мой группы армий.

Запись от 30 сентября 1941 года.

2-я танковая группа Гудериана переходит в наступление. Приходит в движение её левый фланг, южное крыло пока не движется с места — оно вынуждено отражать атаки противника с востока.

В результате ночного налёта авиации противника на штаб 3-й танковой группы тяжело ранен генерал — полковник Гот. Очень большая и не желательная потеря накануне перехода в наступление! Не хотелось бы мне расставаться с этим с этим блестящим военачальником — танкистом! Командование 3-й танковой группой принимает Рейнгардт.

КОНЕВ: — у аппарата Конев.

СТАЛИН: — у аппарата Сталин. Здравствуйте, товарищ Конев.

КОНЕВ: — Здравия желаю, товарищ Сталин!

СТАЛИН: доложите обстановку.

КОНЕВ: Противник вторые сутки осуществляет массированные авиационные налёты на узловые железнодорожные станции. Особенно интенсивным ударом подвергаются Сычёвка, Вязьма и станция Вязьма — Брянск. Сегодня утром силами 14–16 самолётов противник нанёс удар по железнодорожной станции Ржев.

В районе ШЕЛЕПЫ данными разведки установлено наличие не менее трёх танковых

дивизий противника развёрнутых в первом эшелоне. Согласно данным полученными авиаразведкой противник вторую ночь подряд осуществляет переброску бронетехники по гатям проложенные через болота в данном районе. Разведкой девятнадцатой армии установлен факт интенсивного ремонта полевых дорог, осуществляемого противником в своём ближнем тылу. Для выполнения этих работ привлекается местное население. Всего против правого фланга Лукина развёрнуто по моим предположениям не менее пятнадцати дивизий противника. По данным артиллерийской инструментальной разведки зафиксировано появление большого количества новых артиллерийских батарей противника против правого фланга Лукина.

СТАЛИН: какова обстановка на центральном участке фронта?

КОНЕВ: появления новых частей противника на участке шестнадцатой и двадцатой армий не зафиксировано. Опрос захваченных пленных показал,что они ничего не знают о развёртывании в их ближнем тылу новых танковых и моторизованных частей.

СТАЛИН: -ваши выводы по складывающейся обстановке на правом крыле Западного фронта?

КОНЕВ: Противник готовится нанести удар по правому флангу Лукина. В общем направлении на Канютино и Белый, в обход автострады с севера. Общую численность группировки противника предназначенной для нанесения первого удара оцениваю не менее чем в 15–17 дивизий. Замысел противника имеет своей целью обход наших укреплений на реках Вопь и Днепр. Согласно полученным разведывательным данным противник в данный момент вступил в заключительную стадию развёртывания своей ударной группировки и начал выдвижение своих войск к передовой. Переход противника в наступление следует ожидать не позже второго октября.

СТАЛИН: Что у вас на Рославльском направлении?

КОНЕВ: аналогичная картина, товарищ Сталин. Отмечена концентрация значительных сил противника против левого фланга Собенникова. В ближнем тылу немцев отмечены интенсивные перевозки. Согласно данным разведки на данном направлении действует группировка немцев объединённая управлением 4-й танковой группы, переброшенной из под Ленинграда. Противник так же начал наносить массированные авиационные удары по тыловому району левого крыла Западного фронта, в первую очередь по транспортным объектам.

СТАЛИН: Каковы по вашему мнению планы противника на Рославльском направлении?

КОНЕВ: Противник имеет очевидное намерение нанести удар в стык Западного и Брянского фронтов между Варшавским шоссе и железной дорогой на Киров с последующим выходом на СПАС — ДЕМЕНСК. Цель:- прорыв первой полосы Ржевско — Вяземского оборонительного рубежа в районе СПАС — ДЕМЕНСК с последующим продвижением вдоль Варшавского шоссе с целью осуществления глубокого охвата левого крыла Западного и Резервного фронтов. В первом эшелоне ударной группировки немцев развёрнуто не менее двух пехотных корпусов. Во втором эшелоне танковые и моторизованные соединения. Очевидно после прорыва обороны левого крыла Собенникова силами пехотных соединений противник осуществит ввод в образовавшуюся брешь своих подвижных частей с целью развития прорыва на большую оперативную глубину. Численность ударной группировки развёрнутой против Собенникова я так же оцениваю в 15–17 дивизий.

СТАЛИН: Какова обстановка на фронте 24-й армии?

КОНЕВ: на фронте 24 -й армии противник активных действий не предпринимает. Наличия его танковых и моторизованных частей на данном направлении так же не зафиксировано.

СТАЛИН: товарищ Конев, довожу до вашего сведения, что сегодня утром немцы начали наступление в полосе Брянского фронта. Главный удар наносится ими из района Шостки и Глухова.

КОНЕВ: ясно, товарищ Сталин.

СТАЛИН: В связи с переходом противника к активным действиям против войск Ерёменко, прошу самым серьёзным образом учитывать этот факт, особенно при разработке своих планов противодействию противнику.

КОНЕВ: будем учитывать, товарищ Сталин.

СТАЛИН: у меня пока всё.

КОНЕВ: до свидания, товарищ Сталин.

СТАЛИН: до свидания.

Зайдя в свою приёмную я увидел сидящего на стуле Яковенко. Увидев меня майор вскочил со стула и вытянулся по стойке «смирно».

— Вольно, вольно, майор,- сказал я ему,- когда перешли фронт?

— Сегодня ночью.

— И сразу ко мне! Молодец! А ну ка заходи. Поговорим!

Яковенко зашёл в след за мной в мой кабинет.

Оказавшись наедине я повернулся к нему и произнёс:

— Ну,майор, рассказывай,что и как. Потери большие?

— Нет,- ответил мне Яковенко,- только двое легко раненых. Я счастливчик!

— Ну,ну. Нос -то особенно не задирай! А то ещё сглазишь!

— А как Васильев? Я знаю,что вышел и всё.

— Нормально, твой Васильев. Вышел. Правда с потерями, но вышел. Зато целого немецкого гауптмана с собой приволок. В целости и сохранности. Из штаба четвёртой танковой группы. Тут из Москвы целая орава по его душу примчалась. Лично товарищ Берия звонил, узнавал, что и как.

— А сам он цел?

— Цел, цел. Только зацепило его слегка, но дошёл на своих ногах. На его плечах немцы долго висели, но он сумел — таки оторваться от них. Молодец! Я его представил к званию Героя Советского Союза. Бумагу соответствующую составил и в Москву послал. А уж как там решат не знаю. А по мне он герой и есть. Информации которую он и его группа раздобыла цены нет. Без неё мы до сих пор бы как в потёмках ходили.

— Костя отличный человек,- сказал мне на это Яковенко,- и профессионал настоящий. Я с ним ещё с Халхин- Гола. Он там к «Красному Знамени» представлен был, да только в Москве почему -то завернули, «звездочкой» ограничились. Не везёт ему с наградами. Хотя там на Халхин — Голе ему сам товарищ Жуков лично благодарность выносил.

Что я мог сказать на это? Только то,что практика награждения непричастных и наказания невиновных не нами придумана и существует уже давно и прочно. Я сам частенько сталкивался с ней. И в Афганистане и Чечне. Да меня самого представляли к Герою России во время второй чеченской, но представление благополучно похерили. Уж очень я был неудобным командиром полка.

— Ну,что, майор, скажешь о немцах,- спросил я Яковенко, как они себя чувствуют? Ты как — ни как у них в тылу побывал, сам всё своими глазами видел. Это мы здесь в кабинетах сидим и ничего кроме бумаг не видим.

— Силищу собрал немец великую,- ответил на мой вопрос Яковенко,- как ночь так начинается, кругом ревут танковые и автомобильные моторы. Колонна за колонной идут. Местное население сгоняют для ремонта дорог. Ну и на болота, гати настилать. Днём спокойнее, а как только стемнеет так начинается. Из деревень прилегающих к передовой всех отселили.