"Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Зингер Владимир - Страница 4

Взяв первый попавшийся пакет, я присел на стул и внимательно его изучил. Срок годности истёк сто восемьдесят семь лет назад. Впрочем, это мало что меняло: перед мной был сухой концентрат, предназначенный для разведения в воде. Надпись на упаковке сообщала, что одного пакета в сутки достаточно для поддержания жизнедеятельности — полный комплекс веществ и витаминов в компактной форме.

«Эх… Надеюсь, я не помру», — мелькнула невесёлая мысль.

Найдя большой стакан, я вскрыл пакет и высыпал порошок. Кран с водой оказался рядом. Через мгновение в стакане плескалась густая субстанция нейтрального запаха — нечто среднее между кашей и киселём.

Я повертел стакан в руках, глубоко вздохнул и сделал первый глоток.

Безвкусная жижа скользнула в горло, вызвав стойкий рвотный рефлекс. Желудок протестующе заурчал, но я упрямо продолжил пить. Каждый глоток давался с трудом, но я знал: без питания мне не выстоять. С последним усилием я проглотил остатки, тут же сполоснул стакан и налил чистой воды.

В животе забурлило. Я замер, прислушиваясь к ощущениям. Спустя пару минут дискомфорт прошёл, а странное чувство сытости медленно разлилось по телу.

Неосознанно я усмехнулся. Новое тело. Первый приём пищи — не жареная дичь, не изысканные фрукты, а безымянная биомасса, просроченная на два столетия.

Несколько минут я сидел неподвижно, отслеживая реакцию организма. Живот успокоился, голод исчез. Всё в порядке. На ближайшее время едой и водой я обеспечен.

Пора двигаться дальше.

— Яр, рассказывай, как найти и починить резервное питание.

— Рекомендую закрыть глаза — я загружу в ваш нейроинтерфейс часть карты комплекса с проложенным маршрутом. Вести вас самостоятельно я не могу: та часть полностью обесточена — не хватает энергии. Вам необходимо добраться до помещения с резервным блоком питания. На восемьдесят процентов я уверен, что проблема подачи энергии заключена в обрыве кабелей. Схема питания от резервных блоков тоже будет загружена.

— Загружай, — я закрыл глаза и расслабился.

Загрузка прошла быстро: через несколько секунд встроенный нейроинтерфейс вывел карту прямо перед моими глазами. Маршрут прочертился светящейся линией, разветвляясь в ключевых узлах, а точки потенциального обрыва пульсировали тусклым красным.

Идти было достаточно далеко, но теперь я хотя бы был одет, а на ногах — нормальные ботинки. Поёжившись от холода, я двинулся к резервному блоку питания.

С трудом открыв двери отсека, я вышел в коридор. Закрыть их уже оказалось легче.

Воздух становился всё промозглее с каждым шагом. Стены, прежде ровные и стерильные, теперь покрывала изморозь, а в некоторых местах сквозь трещины пробивались ледяные кристаллы. Время от времени раздавался треск — то ли от сдвигающихся плит, то ли от остаточных разрядов в оборванных кабелях.

Поворот, ещё один коридор, лестница вниз. Карта в нейроинтерфейсе вела меня всё глубже — к защищённому резервному блоку питания.

Я дошёл до первой отметки с точкой потенциального обрыва. Внимательно осмотрев участок, убедился: здесь всё в порядке. Карта тут же обновилась — красная точка сменила цвет на зелёный.

Я двинулся дальше, стараясь не обращать внимания на нарастающий холод и тревожные скрипы вокруг.

Прошёл в темноте около пятисот метров. Родовые способности псионика помогали видеть, но были крайне слабы. Попробовал задействовать телекинез — хотел открыть дверь в отсек, где стояла метка о нарушении целостности кабеля. Ничего не вышло.

В памяти всплыли слова Яра: «Функции псионики ограничены из-за сбоя в системе обеспечения ресурсами. Полное восстановление — в течение двух лет».

«Ладно, — подумал я. — Если постоянно тренироваться, всё восстановится быстрее. Наверное…»

До цели оставалось триста метров: нужно было проверить последнюю точку с потенциальным обрывом, а затем спуститься к резервным блокам питания.

Но впереди меня ждал ужасный сюрприз.

Коридор оказался завален обрушившимся потолком. Значит, обрыв кабеля — именно здесь. Я попытался отодвинуть хотя бы один блок, но усилия оказались тщетны. Холод пробирал до костей — я буквально замерзал.

Времени на раздумья не оставалось. Пришлось бросить всё и бежать назад — в лабораторию.

Ворвавшись в лабораторию, я плотно закрыл двери. Пробежка чуть согрела, но и в этой части комплекса было прохладно. Обогрев работал на минимуме.

Вернувшись в отсек номер три, я снова принялся рыться в комплектах одежды. Наконец отыскал ещё один — точно моего размера. Кое-как натянул штаны, куртку и носки второго комплекта поверх первого. Стало чуть теплее, хотя до комфорта было далеко.

— Яр, там огромный обвал. Последняя красная точка на карте. Думаю, обрыв именно там, но сдвинуть блоки мне не хватает сил. А псионические способности не работают — я не могу с их помощью убрать завалы. Нужны инструменты. И ещё… там невыносимо холодно.

— Блок номер десять, — без промедления отозвался Яр. — Раньше там хранились усиленные бронекостюмы разведчиков и штурмовиков. Ещё были грузовые манипуляторы. Не знаю, есть ли там завалы, но, если сможете добраться, возможно, найдёте ещё целые костюмы. Батареи для костюмов должны работать — они практически вечные, если их не использовали.

— Грузи маршрут, — скомандовал я, опускаясь на стул и закрывая глаза.

Через несколько секунд на карте появился новый участок с маршрутом. Предстояло преодолеть около километра.

— Какова протяжённость этого комплекса, Яр? — не удержался я от вопроса, поражённый масштабами.

— Если соединить две самые дальние точки, получится три километра. Мы находимся примерно в центре. Или вас интересует полная площадь всех помещений? — уточнил ИИ.

— Нет, достаточно того, что ты назвал. Я не помню ничего про этот комплекс.

— Комплекс строился в строжайшей тайне. Общее количество персонала составляло пятьдесят человек: тридцать учёных и двадцать — обслуживающий персонал, который, в том числе, выполнял функции охраны.

— Странно, что отец ничего мне не рассказал.

— Ратибор Святославович, возможно, отец рассказывал вам про комплекс, а вы просто не помните. Не забывайте, что в вашем нынешнем сознании отсутствуют два года жизни, — напомнил мне Яр.

— Зови меня просто Ратибор. Без отчества и титула князя.

— Как прикажете, Ратибор.

— Ладно, сейчас немного согреюсь и пойду искать бронекостюм. Если найду — это будет успех.

Штурмовые бронекостюмы нашего Дома в те времена считались едва ли не вершиной технологического мастерства. Они обеспечивали полную герметизацию, обогрев, работу сенсоров, воздушные фильтры и стопроцентную защиту от радиации. Кроме того, костюмы были пригодны для работы в открытом космосе и на планетах, непригодных для жизни. В них было реализовано воспроизводство воздушной смеси для дыхания. Костюм можно было не снимать вовсе: имелась система отвода продуктов жизнедеятельности и поддержка организма за счёт большого запаса витаминов и необходимых веществ. В комплектацию входил автодоктор, запас лекарств и прочие высокотехнологичные решения.

Костюм разведчика был проще. Например, в нём отсутствовала столь мощная броня, как у штурмовиков; та выдерживала несколько попаданий из плазменного оружия.

В любом случае даже костюм разведчика дал бы мне возможность спокойно работать в холоде — не боясь превратиться в ледышку. А усиленные серводвигатели могли помочь справиться с завалом! Конечно, бронекостюм штурмовика был бы куда предпочтительнее — тогда и грузовые манипуляторы не понадобились бы. Мощности его серводвигателей хватило бы, чтобы сдвинуть плиту весом до двух тонн. Поднять её я, конечно, не подниму, но двигать — вполне. А уж с грузовыми манипуляторами… О, это была бы настоящая сказка! Завал убрался бы за час — не больше.

Я расплылся в улыбке, живо представляя, как мне везёт. Мысли закружились в радостном вихре — кажется, я даже на миг задремал от счастья.

Открыв глаза, я осознал две вещи: во-первых, спина затекла от долгого сидения на стуле; во-вторых, я наконец согрелся и был готов отправляться на поиски бронекостюма.