Идентификация Блэка (СИ) - "mrs Addams" - Страница 72

— Мисс Дамблдор просто даст несколько простых клятв на крови, — пояснила госпожа Линь таким тоном, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся. — И выполнит кое-какую работу на благо нашей семьи. После этого она окажется связанной настолько прочно, что даже не подумает создавать проблемы.

Глава клана откинулся на спинку кресла, и на его лице появилась довольная улыбка. Проблема разрешалась сама собой — элегантно, без крови и политических осложнений. На цзе-цзе и её мудрость действительно можно было положиться. Одной проблемой станет меньше.

Правда, это была относительно мелкая проблема по сравнению с масштабными задачами, стоящими перед кланом, но нельзя же сразу получить всё? Главное — двигаться в правильном направлении, шаг за шагом укрепляя позиции клана.

— Хорошо, цзе-цзе, — кивнул Чжан Чженьфань. — Я распоряжусь, чтобы мисс Дамблдор доставили к мистеру Блэку. Когда ты хочешь это сделать?

— Чем быстрее, тем лучше, — ответила Линь Жуй. — Время работает против нас. Чем дольше она находится здесь, тем больше вопросов может возникнуть.

— А теперь скажи, Фань-Фань, — госпожа Линь не двинулась с места, её голос звучал спокойно, почти отстранённо, но в нём читалась сталь. — Правильно я поняла, что ты планируешь у британского правительства увести их магическую часть страны?

Чжан Чженьфань замер, его пальцы сжались на краю стола. Затем он медленно встал, отодвинув кресло, и подошёл к большому окну в пол, выходящему на парк с прудом. Вечерние сумерки сгущались над садом, превращая деревья в тёмные силуэты на фоне угасающего неба. В пруду отражались первые звёзды, а карпы продолжали свой неторопливый танец под водой.

Он некоторое время молча смотрел в окно, обдумывая, как ответить сестре. Линь Жуй заслуживала правды — всей правды, без недомолвок и политических увёрток.

— Прости, цзе-цзе, — наконец заговорил он не оборачиваясь. — Можешь считать меня самонадеянным. Но я ничего не забыл.

Его голос стал тише, в нём зазвучали нотки, которые он редко позволял себе показывать.

— Я был слишком мал, когда пала империя Цин, но то, что творилось после... — он сжал кулаки, — не забуду никогда.

Чжан Чженьфань медленно повернулся лицом к сестре и увидел слёзы на её лице. Они текли беззвучно, не искажая её черт, но от этого становились только более красноречивыми. Он сделал шаг к ней и продолжил говорить. Этой женщине он доверял безоговорочно — она была единственным человеком, перед которым мог снять все маски.

— Опиумные войны опустошали нашу страну более пятидесяти лет, — его голос окреп, наполнился болью старых воспоминаний. — Но после низвержения императора... Ты знаешь, кто ворвался в поместье нашей семьи?

Он подошёл ближе, и в его глазах полыхнул огонь — тот самый, что много лет назад заставил его выжить, когда смерть дышала в спину.

— Я помню, как застрелили отца. Помню выстрел, кровь на полу, его глаза... А меня спасла ты в той бойне, — он протянул руку и коснулся её плеча. — Ты вынесла меня из горящего здания, прячась от пуль. Я был ребёнком, но я всё помню, цзе-цзе. Каждый крик, запах палёной плоти, каждое лицо тех, кто грабил наш дом.

— Да, А-Фань, — тихо сказала госпожа Линь Жуй, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — Я знаю, кто это сделал.

Она поднялась с кресла, и теперь они стояли рядом — брат и сестра, связанные родственной кровью, болью и памятью.

— Британская жадность безгранична, — продолжила она, и в её голосе зазвучала та же непреклонность, что и у брата. — Но я помогу тебе, А-Фань. Ты хочешь присоединить к ритуалу как можно больше локаций на островах?

— Да, — кивнул Чжан Чженьфань, и на его лице появилась хищная улыбка. — Кстати, Ирландия уже присоединилась. Маги севера острова вышли из-под власти британского монарха и уже провели ритуал.

— Блэки расширили свои владения, они присоединяются, — задумчиво произнесла госпожа Линь, складывая руки перед собой. — Но для проведения ритуала нужен тёмный артефактор. Причём очень талантливый — такое масштабное действо требует настоящего мастерства.

— Ты не поверишь, но у британцев такой есть, — усмехнулся Чжан Чженьфань, и в его глазах заплясали озорные искорки. — Правда, он сейчас на континенте, восстанавливается после заключения в Азкабане. Но Блэка уже я известил.

Госпожа Линь внимательно, изучающе посмотрела на младшего брата. Её взгляд стал острым, проницательным — таким, каким она смотрела на врагов клана, прежде чем нанести решающий удар.

— Тогда прошу тебя охранять его очень тщательно, — произнесла она медленно, отчеканивая каждое слово. — Ибо если о нём узнают те, кому не следует, то в живых ему оставаться недолго. Британцы не потерпят такой угрозы своей власти.

— Обязательно цзе-цзе, — заверил её Чжан Чженьфань, снова касаясь её плеча. — Ты же меня знаешь. Я не совершаю одну и ту же ошибку дважды.

Брат и сестра тихо стояли у окна, размышляя над сложившейся ситуацией. За стеклом сгущались сумерки, превращая сад в царство теней и неверного света. Фонари зажигались один за другим, отражаясь в тёмной воде пруда россыпью золотых искр.

Госпоже Линь Жуй было откровенно страшно признаться вслух даже брату в том, что она помнила очень хорошо. В поместье клана Зелёного дракона в те страшные дни пришли грабить не только обычные солдаты и бандиты. Были там и британские маги — алчные, безжалостные, уверенные в своей безнаказанности.

Правда, большинство из них не дожили до рассвета. Она сама позаботилась об этом, защищая то немногое, что осталось от семьи. А предпоследнего из тех мародёров уничтожил именно Джейсон Блэк совсем недавно, даже не подозревая, какой старый долг он закрывает.

Оставался только один — всем известный Альбус Дамблдор, диктатор магической Британии и хозяин ворованного феникса. Украденного тогда из питомника Зелёных драконов, где разводили этих великолепных птиц для императорского двора.

Линь Жуй сжала кулаки, вспоминая молодого рыжеволосого мага, который с наглой улыбкой выходил из горящего павильона, держа в руках клетку с перепуганным птенцом феникса. Она тогда не смогла его остановить — была слишком занята спасением Фань-Фаня и других детей.

Но она запомнила это лицо. Запомнила навсегда.

— Цзе-цзе? — тихо позвал Чжан Чженьфань, замечая, как побелели костяшки её пальцев.

— Всё хорошо, А-Фань, — ответила она, разжимая ладони и расправляя плечи. — Просто вспомнила кое-что. Старые счёты.

— Которые мы скоро закроем? — уточнил он с понимающей улыбкой.

— Которые мы обязательно закроем, — твёрдо произнесла Линь Жуй.

Они ещё какое-то время стояли молча, глядя на темнеющий сад. Два силуэта в освещённом окне — брат и сестра, пережившие много боли, чтобы простить. И достаточно сильные, чтобы добиться справедливости.

---

**Примечания:**

*Сюэр (雪儿) — ласковая форма обращения, буквально «снежинка»

*Энгу (恩姑) — почтительное обращение к старшей родственнице, тётушке.

*Сяо Сюэ (小雪) — «маленькая Сюэ», ласково-уменьшительная форма имени

*Цинлун (青龙) — Лазурный дракон Востока, один из четырёх священных животных китайской мифологии, символизирующий весну, восток, дерево и благородство

*Фань-Фань — ласковая, уменьшительная форма имени, используемая близкими родственниками

*Цзе-цзе (姐姐) — старшая сестра (почтительное обращение младшего брата)

Больше интересного по ссылке в шапке работы.

Глава 31

Завтрак в особняке на площади Гриммо протекал размеренно и привычно. Утреннее солнце пробивалось сквозь высокие витражные окна столовой, окрашивая полированный стол из тёмного дуба цветными бликами — изумрудными, сапфировыми, янтарными. Столовое серебро с гербом Блэков поблёскивала в этих переливах света, а тонкий аромат свежесваренного кофе, поджаренных тостов и яичницы с беконом наполнял просторное помещение.

Джейсон восседал во главе стола и неспешно пил кофе из тонкой фарфоровой чашки. Напротив него, на месте супруги главы рода, расположилась изящная, как фарфоровая статуэтка Сюэ. Она была одета в элегантное утреннее платье цвета слоновой кости с тонкой вышивкой, её тёмные волосы были собраны в тугой узел, закреплённый нефритовыми шпильками. По правую руку от Сюэ, с достоинством и безмятежностью истинной аристократки, вкушала утреннюю трапезу госпожа Линь Жуй, сегодня без привычной личины древней старухи.